Одним лайком меньше - Эллери Ллойд

Например, когда я замечаю, как кто-то тайком фотографирует Коко в парке или пялится на нее в бассейне, мне заранее ясно, что разговор, который я заведу с Эмми (точнее, разговор, который у нас состоится, после того как я объясню, что случилось, и принесу извинения), вернется на тот же самый круг, что и всегда. Может, мы совершили ошибку? Как нам обеспечить свою безопасность? Возможно, выставив нашу жизнь и жизнь наших детей на всеобщее обозрение, мы сделали большую глупость? А вдруг мы подвергаем Коко и Медвежонка риску? Вдруг это плохо повлияет на становление их личности? Как они будут воспринимать окружающий мир? Кто знает, возможно, вся эта история испортит им жизнь? Может, мы плохие родители?

Мы вновь и вновь переливаем из пустого в порожнее: один из нас винит себя, второй пытается его успокоить и оправдать наши действия. Каждый ищет изъяны в аргументах другого, мы боремся с собой и друг с другом, придираемся к словам и интонациям; с каждой секундой обстановка накаляется, угрожая взрывом. Однако итог всегда один и тот же – в очередной раз приходится признать ужасную правду, главный сдерживающий фактор всех наших споров, сомнений и угрызений совести: если мы сейчас все бросим, нам будет не расплатиться.

Эмми

Нельзя сказать, что меня не предупреждали.

Прежде, чем подписать договор и взвалить на себя тяжкий крест блогера, я имела долгий разговор с Айрин. Она бегло пролистала мой личный аккаунт в «Инстаграме» (ЭммиДжексон, 232 подписчика, все из которых – знакомые из реальной жизни) и на его примере объяснила, почему мои неумелые снимки (еда, цветы, домашняя выпечка, нефотогеничные друзья, дурацкие селфи с втянутыми щеками) совершенно никуда не годятся. Чтобы превратить блог в карьеру, нужны выверенные хэштеги, четкий контент-план, друзья-блогеры, которых я смогу отмечать в постах и которые будут отмечать меня, плюс фотографии, снятые за неделю до публикации и отредактированные до полного совершенства (или, как впоследствии выяснилось, несовершенства).

Айрин много раз повторяла: вести блог ПростоМамы – то же самое, что редактировать маленький журнал, где каждый пост – новый разворот. Тогда мне так и казалось. Подписчики ставили лайки и смайлики, никто не писал в директ, а если изредка я и получала сообщение, это меня не беспокоило. «Твиттер» предназначен для колкостей и шуточек, а «Инстаграм» – для милых фотографий и дружелюбных комментов.

Постепенно комментарии перестали содержать исключительно восторги и смайлики. Появились сообщения в директ – в основном от счастливых мамочек, начиненных окситоцином, причем, как правило, в четыре часа утра. А вскоре на мою голову обрушился целый поток писем: незнакомые люди ожидали немедленного ответа – одни клеймили меня за то, что я продаю свою семью в интернете, другие восхищались моей губной помадой. К нам проявила интерес желтая пресса. Сайты сплетен и таблоиды принялись смаковать каждый наш неверный шаг, каждый промах, будто мы настоящие знаменитости.

Когда-то нас с Дэном часто звали в гости (девушка из мира моды и многообещающий писатель – весьма востребованная пара); нам даже приходилось отказываться от приглашений. Мы приезжали с таким видом, будто только что занимались сексом (как правило, так оно и было), приносили пару бутылок хорошего вина, рассказывали анекдоты и танцевали до упаду. Со временем мы перестали ходить на вечеринки – какая в них радость, если мне все равно придется полвечера сидеть в телефоне, разбирая сообщения и комментарии. А может, нас просто перестали приглашать.

Мало-помалу мой блог превратился из скромного журнала в нескончаемый радиоэфир, где тысячи слушателей, независимо от их адекватности, получают неограниченное эфирное время. Благодаря сторис – пятнадцатисекундным видео, захватившим нашу жизнь, – у меня к голове как будто приклеена экшн-камера, снимающая нас днем и ночью. Я даже в туалет не могу сходить спокойно – борюсь с позывами выложить видео в сторис для публичного обсуждения.

Иногда я захожу в свой старый аккаунт, сборную солянку из нераспланированных рандомных постов, и сама себя не узнаю. Листаю фото – Эмми жует тост с авокадо, обнимает Полли на пикнике в парке, стоит с Дэном на фоне Эйфелевой башни, пьет шампанское на свадьбе, – и завидую.

Кто мог предвидеть, что «Инстаграм» вторгнется в нашу жизнь и в корне ее изменит? Говорят, там уже миллиард пользователей. Каждый день туда загружается сто миллионов фотографий. Уму непостижимо.

Тем не менее я не наивная дурочка, решившая стать крутым блогером и заработать кучу денег. Дэн понимал, во что мы ввязываемся, мы с ним все обсудили еще до запуска ПростоМамы. В тот момент никто из нас не предполагал, что проект так быстро наберет обороты, мы станем знаменитыми и будем чувствовать себя настолько незащищенными.

Вчера Дэн очень сильно перепугался.

Я много раз предупреждала, чтобы он ни на секунду не сводил глаз с Коко. Именно поэтому мне не по себе, когда за нашей девочкой присматривает его мама; не могу отделаться от мысли, что она полезет в сумочку за носовым платком, а в это время Коко выедет на велосипеде на проезжую часть и попадет под грузовик. Помимо обычных опасностей, подстерегающих трехлетнего ребенка – например, сунуть палец в розетку или подавиться пятипенсовой монеткой, – как минимум миллион человек (и не все из них хорошие) знают Коко в лицо, ее имя, возраст, любимое блюдо, любимую телепередачу.

Разумеется, Дэн был в своем репертуаре. После истории в «Уэстфилде» он принялся подвергать себя самобичеванию, строить душераздирающие версии развития событий и в красках расписывать собственные страдания. Пришлось проглотить раздражение, гнев и страх из-за пропущенных звонков, отмененной встречи с агентом и невозможности оставить мужа с ребенком хотя бы на три минуты. Вместо того чтобы задать ему хорошую трепку, я погладила его по плечу и заверила, что ничего страшного, с каждым могло случиться.

Только вот случилось это не с каждым, а именно с ним. И если я не устроила Дэну скандал, это не означает, что я на него не злюсь. Легко могу представить, как все произошло. Готова поклясться: когда Коко сбежала, мой муж записывал в телефон очередную идею для романа – поворот сюжета, удачную реплику… Так и вижу, с каким выражением лица он это делал: нахмурившись, поджав губы, полностью погрузившись в себя.

Родители двоих детей, находящиеся в браке столько же, сколько мы с Дэном, хорошо знают, каково это – полыхать праведным гневом или тихо кипеть от негодования, потому что кто-то занимался неизвестно чем, вместо того чтобы делать свое дело. В данном случае – присматривать за ребенком. Кому как, а для меня безопасность моей дочери – задача первостепенной важности.

Разумеется, мысленно Дэн вывернул ситуацию так, будто это я во всем виновата.

После вчерашнего поспешного бегства я надеялась, что смогу отделаться телефонным разговором, однако Айрин настояла на личной встрече. Поскольку Медвежонок, маленький ненасытный обжора, не может долго обходиться без груди, пришлось упаковать этого слингоненавистника в зимний комбинезон и проделать тот же изнурительный путь второй раз подряд. Я зареклась тащить тяжелый кулек на пятый этаж, поэтому попросила стажера поносить его вокруг дома, чтобы он не проснулся.