Спастись от опасных мужчин - Сол Лелчек

– Что это? На что ты смотришь? – раздался голос Итана.

Я положила фотографии обратно в конверт.

– Расскажу как-нибудь в другой раз.

Я встала, чтобы поцеловать его, и на его лице отразилось потрясение. После того, что с моим лицом сделали Виктор и Джозеф, какое-то время я не буду привлекать внимание мужчин. Во всяком случае, такого, которое я могла бы счесть лестным.

– Что с тобой произошло? – запинаясь, спросил он. – С тобой все в порядке?

– Этот вопрос задают мне сейчас все.

– Интересно, почему? У тебя такой вид, будто ты подралась с Майком Тайсоном.

– Тайсон оставил карьеру боксера.

– Возможно, он нашел себе другие интересные занятия.

Я покачала головой:

– Я не играю в гольф и не увлекаюсь рыбалкой.

– Ты могла бы заняться вязанием на спицах. Или чем-нибудь другим, спокойным и безопасным.

Некоторое время наш разговор шел именно в этом ключе, легком и беззаботном. Как будто мы знакомились заново. Мы сделали заказ, и нам быстро принесли еду. За едой мы почувствовали себя более непринужденно. Мы ели рисовую лапшу из больших мисок и вьетнамский суп с говядиной. Я пользовалась палочками для еды, чтобы обмакивать кусочки говядины в стоящую рядом тарелку с острым соусом, а горячий суп ела ложкой. Еда была чудесной. И сидеть здесь рядом с Итаном тоже было чудесно.

Наконец он отодвинул от себя миску.

– Я могу задать тебе вопрос?

– Само собой.

– Это будет вопрос в духе какой-нибудь ученицы восьмого класса.

Я отодвинула от себя свою собственную миску.

– Именно этого я всегда и хотела от своего парня.

Он улыбнулся. Кусочек лапши застрял в уголке его рта, и я невольно рассмеялась. Он смущенно покраснел и вытер губы.

– Я говорю серьезно, Никки. В последнюю пару недель я беспокоился о тебе, но все время уверял себя, что делаю из мухи слона. Но, увидев тебя сейчас… я начинаю думать, что мое беспокойство не было слишком сильным, а наоборот, было недостаточным.

– Это не вопрос.

– Думаю, вопрос будет звучать так: то, что с тобой произошло, – это нормально?

Я сделала большой глоток воды, чтобы остудить рот, горящий от острого соуса.

– Это был один из наименее нормальных месяцев в моей жизни.

– А-а-а-а. – Он обдумал мой ответ. – Это хорошо. Потому что, если бы нечто подобное случалось каждую неделю…

Я рассмеялась.

– Если бы такие вещи случались каждую в неделю, я бы точно отошла от дел.

Он настоял на том, чтобы заплатить за нас обоих. Мы вышли на улицу.

– Тебе сейчас надо куда-то спешить? – спросил он.

– Нет, меня нигде не ждут.

– Меня тоже.

Я мгновение поколебалась, потом сказала:

– Мы могли бы отправиться кое-куда на моем мотоцикле.

– На мотоцикле?

Я кивком указала на красный мотоцикл, припаркованный на другой стороне улицы.

– У меня есть второй шлем, так что мы не будем нарушать никаких правил.

– А куда мы поедем?

Я остановилась и посмотрела на него.

– Есть одно место, куда я иногда езжу. Маленький городок на побережье к северу отсюда. Там есть один дом, в который я иногда наведываюсь.

Он понял меня сразу.

– Ты говоришь о Болинасе? О городке, где ты жила в детстве?

– Я никогда не думала, что возьму с собой туда кого-то еще. Но я уже немного рассказала о себе, и когда мы приедем туда, быть может, мы могли бы продолжить этот разговор. И могли бы посидеть на берегу океана, глядя, как встает солнце. Если тебе этого хочется…

Его рука лежала в моей.

– Мне бы очень этого хотелось.

Мы сели на мотоцикл. Я почувствовала его вес за моей спиной. Почувствовала, как меня обняли его руки. Я уже давным-давно не ездила вместе с кем-то еще. Когда на мотоцикле сидят двое, он ведет себя по-другому. Но тоже нормально. Равновесие сохраняется, даже когда седоков двое. Главное в езде на мотоцикле – это держать равновесие.

Я запустила мотор и, легко надавив левой ногой, включила передачу.

Мы плавно выехали на тихую улицу.

Вскоре мы уже мчались по автостраде, держа курс на север. В сторону моста, в сторону тени, отбрасываемой громадой Сан-Квентина, но дальше, когда его мрачные стены останутся позади, дорога пойдет дальше, вверх, обвивая гору Тэмелпей, а потом с нее наконец откроется вид на Залив. Месяц над нашими головами, воды Залива далеко внизу, россыпь огней на холмах его восточного побережья. Я видела все это, видела ясно. Стена тьмы отступала под натиском света фары. Мы мчались вперед.