Приближая горизонты мира. Смерть от своих, спасение от врагов - Галиб Халил

– Да прямо сзади тебя, в железной коробке, – ответил Бен, продолжая сжимать беретту правой рукой. – Как прошла зачистка следов?

– Центр не дал насладиться работой; пришлось просто грохнуть бедолаг и поджечь грузовичок, – фыркнул Гендель.

Пока Гендель, отвернувшись, сканировал капсулу на наличие кодированной информации, Бен бесшумно вернулся обратно к вытяжному шкафу, приготовившись к любому повороту событий. Теперь от прежнего укрытия его отделял лишь один шаг. Он предварительно убрал все предметы в основном зале, которые связной мог бы использовать как прикрытие, оставив в центре только один стеклянный шкафчик, куда и положил пилюлю. Учитывая, что Бен мог держать его уже под прицелом и открыть огонь, не вынимая рук из кармана, у Генделя в сложившейся ситуации оставался только один выход – рассчитывать на неожиданность.

Закончив проверку, Гендель, медленно кладя железную коробочку с чипом во внутренний карман, задал Бену вопрос. Это и послужило для Бена сигналом к предстоящей схватке. Как правило, для неожиданности нападения нужно занять мозг жертвы отвлекающим фактором, например, неожиданным словом или действием и, тем самым усыпив бдительность, замедлить его механическую реакцию. В данном случае это был простой вопрос.

– Как ты собираешься выбираться отсюда? – не оборачиваясь, спросил Гендель, но, не дожидаясь ответа, отпрыгнул в сторону и в развороте произвел несколько выстрелов по месту, где до этого стоял Бен. Тем временем Бен, не соревнуясь с Генделем в точности и скорострельности, успел только юркнуть в свое укрытие и нажать на кнопку увеличения звука на телефоне. Раздался оглушительный взрыв, и стеклянный шкаф рядом с Генделем разлетелся вдребезги. Не давая Генделю опомниться, Бен через мгновенье стоял над корчившимся от ран агентом. Тот был оглушен, и из множества колотых и резаных ран у него сочилась кровь. Пистолет отбросило далеко в сторону, а лицо перекосилось в неестественной гримасе. В агонии, словно чтобы освободиться от чего-то лишнего, агент стал стягивать с себя дрожащими руками изрезанную и окровавленную силиконовую маску лица Генделя. Это был молодой человек, азиатского происхождения, уставившийся на Бена с мольбою в глазах.

– Тебе в случае провала операции был установлен нулевой код самоликвидации, – холодно отчеканил Бен, отвечая на безмолвную просьбу агента. – Почему центр хотел убить меня? Кто тебе дал этот приказ? – зло выкрикнул Бен.

– Нне-зна-аю, вссе-е по закрытому кана-алу, – простонал агент, продолжая просяще глядеть на Бена.

– Тогда я могу тебе только облегчить твое последнее задание, друг. Прости… – выдохнул Бен и, поднявшись, выстрелил агенту в лоб. Пуля словно пригвоздила голову связного к бетонному полу, а из затылка стала расти большая черная лужа. Только глаза продолжали жалобно смотреть на Бена.

«Шансов у него и так не было. Это было лучшее, что я мог бы сделать для него и для себя», – успокаивал себя Бен, чувствуя, что несколько секунд назад он был на грани подчиниться эмоциям, а не здравому смыслу закона войны. «Ранения у него тяжелые, мне некогда было возиться с ним», – проносилось в голове Бена, пока он доставал капсулу из кармана агента. Напоследок он окинул взглядом помещение и, поблагодарив Бога, что жив, поторопился к лестницам.

На этот раз Бен был безмерно рад слепящему горячему солнцу, даже если бы оно растопило его в своих жарких объятиях. Было четыре часа дня. Он глубоко вдохнул раскаленного степного воздуха и поторопился к своей спрятанной в кустах машине. Бен все еще пребывал в состоянии шока оттого, что центр собирался его убрать, испытывая гнев за предательство и растерянность из-за утраты доверия в своего командира. Учитывая вероятность прямого наблюдения за ним через спутник, он понимал, что ему нужно не только сменить этот транспорт как можно скорее, но и вообще скрыться от наблюдения спутника до тех пор, пока не прояснит для себя ситуацию. Сейчас главное – убраться отсюда как можно дальше; при этом оставалось ответить на пару важных вопросов: «что делать дальше?» и «кому доверять?». То ли от палящего солнца, а то ли от жарких мыслей его голова была готова разорваться. Он перебирал различные варианты контакта с Руди и пути возвращения, но все они были недостаточно надежными. В сложившейся ситуации он не мог доверять никому, хотя допускал, что Руди так же, как и он сам, мог быть подставлен и потому, прежде чем делать окончательный вывод, нужно было удостовериться в надежности своего командира или выявить неопровержимый факт его предательства. Погруженный в тяжелые размышления, он чуть было не проехал мимо подходящего внедорожника для смены транспорта, который стоял на заднем дворе придорожного кафе. Прячась за другие машины, Бен подошел к внедорожнику справа, со стороны пассажирской двери. Убедившись, что вокруг никого нет, он смог вскрыть замок и завести двигатель. Довольный тем, что горючего было на двести километров пути, он резво рванул с места и стал быстро сокращать расстояние до поселка Чаган[4], расположенного между Курчатовым и Семей.

Бен въехал в поселок с северной стороны и, спрятав машину недалеко от руин средней школы, решил проделать часть пути пешком. Он понимал, что в забытом уголке земли сложно было обнаружить популярный молл с бутиками, чтобы затеряться в толпе людей и скрыться от «микроскопа» космического корабля. Поэтому Бен в сложившейся ситуации делал ставку только на скорость передвижения и нестандартные решения. Возвращение в Семей было бы самоубийством, и Бен решил воспользоваться запасным выходом из зоны действий. Такой альтернативой была международная команда экологов и ученых, прилетевших в Чаган по линии МАГАТЭ несколько дней назад для исследования последствий ядерных взрывов на экологию региона. Команда располагала своим небольшим самолетом и была обеспечена со стороны властей Казахстана вертолетом и внедорожниками. По спасительной легенде, Бена, как эксперта-эколога, находящегося в регионе по проекту ООН, коллеги должны были забрать с собой в Алма-Аты, где он мог бы получить полномасштабную поддержку своего Агентства. Вылет из Чагана по графику был назначен на завтрашнее утро. Но после смертельной схватки с транспортером Бен не мог медлить. Поэтому ему не оставалось ничего, кроме как улететь отсюда на самолете экологов немедленно.

Подойдя к гостевому дому, где проживала команда экспертов, Бен убедился, что коллеги были на выезде для замеров, оставив дома пилота и запасного водителя с одним из внедорожников. В дверях маячил приставленный к группе охранник, без устали поносящий генератор электроэнергии и пытающийся разобраться в его неисправности. Окликнув парня по-английски, Бен усыпил его бдительность. Тот жестами и на ломанном английском попытался объяснить, что команда с утра отправилась на полигон. Бен должен был делать все быстро. Подойдя вплотную к гостеприимному охраннику, он, не переставая улыбаться, воспользовался своим усыпительным баллончиком, позволив милому казаху уснуть и отдохнуть от неисправного генератора. Аккуратно поддержав тело? и уложив в тени у входа в дом, Бен без стука вошел в гостиную, где заканчивали обедать пилот и водитель. Оказавшись лицом к лицу с оторопевшими хозяевами, он тем же испытанным методом нейтрализовал их, усыпив на некоторое время. Затащив в дом охранника, Бен забрал у отключенных хозяев все ему необходимое и поспешил покинуть угрюмый Чаган.