Комната шепотов - Дин Кунц

– Значит, вы можете найти то, что мне нужно?

Фошер откинулся на спинку кресла, развернулся на триста шестьдесят градусов и улыбнулся ей:

– Если бы вчера я узнал, что мне могут дать поучаствовать в изничтожении Д. Д. Майкла, я бы отдал левое яйцо за такую возможность.

– В этом нет необходимости, – заверила его Джейн.

Уилсон позвонил жене и попросил ее не возвращаться раньше шести. Им с Джейн потребовалось больше трех часов, выделенных первоначально. В его кабинете была кофеварка, и Джейн заварила кофе покрепче. Оба пили черный, без сахара.

Уилсон принес тарелку лимонного печенья с шоколадной крошкой – любимого лакомства его жены. Джейн была равнодушна к печенью, но момент для него, казалось, был самым подходящим, к тому же оно просто таяло во рту.

Уилсон не стал взламывать архивы строительного департамента Сан-Франциско, а перешел на сайт под названием «Эмпорис», именовавшийся базой данных по строительству зданий «большого общественного и экономического значения». Оттуда его перенаправили на сайт фирмы, которая возвела нужное здание, и на сайты основных субподрядчиков, привлекавшихся главным подрядчиком.

– Д. Д. нанимал лучших, – сказал Уилсон. – Насколько мне известно, тут нет ни одной компании, в которой он не имел бы доли.

У подрядчика был электронный архив, и Уилсон уверенно вошел в него за считаные минуты: в свое время он потратил несколько часов, чтобы взломать базу, и запустил туда троянца, чтобы без проблем пользоваться архивом.

– Я пытался выиграть у них конкурс, – сказал он Джейн. – Они демпингуют, рассчитывая разорить конкурентов. Нужно было заранее знать их тактику. – Похоже, он уловил выражение на ее лице и горестно улыбнулся. – Да, пожалуй, я не так далеко ушел от Отиса, как иногда хочется думать.

По мере того как планета все больше отворачивалась от солнца и тускнела вода, полная отражений облаков, в серую громаду неба за стеклянной стеной вплетались все более темные пряди.

– Есть трехъярусная подземная парковка. В наземной части первые семь этажей заняты офисами площадью в сто двенадцать тысяч квадратных футов. Площадь верхних этажей меньше из-за балконов – чуть более двадцати семи тысяч.

После внимательного осмотра и изучения синек Уилсон нашел сплошной ряд пустот сечением в шесть или семь квадратных футов, в самом центре южной стены, – сквозное пространство от верхнего этажа подземной парковки до самой крыши.

– Возможно, это винтовая лестница, – сказал он, – хотя места достаточно и для маршевой с небольшими площадками.

– И как на нее попасть?

– Кажется, она заканчивается чем-то вроде кладовки. Наверное, в кладовке вдоль стен расположены полки, и потайной рычаг убирает одну из них.

– Потайная дверь.

– Совсем как в «Индиане Джонсе», – сказал он.

– На двери наверняка есть сигнализация. Есть способ ее обмануть?

– Если дверь хорошо спрятана, сигнализация ни к чему. Сигнализация привязывает строительную безопасность к электронной, и если талантливый черный хакер проникнет во вторую систему, он обнаружит и первую. И ваш тайный маршрут отхода перестанет быть тайным.

– Камеры наблюдения там есть?

– Если вы можете наблюдать за лестницей с помощью камер, то это может делать и хакер, который увидит, как вы убегаете. Чем проще устроено убежище или тайный проход, тем труднее их выявить. Они проектируются так, чтобы никто не мог их обнаружить – по крайней мере, случайно. Воспользоваться ими может только тот, кому они были нужны изначально.

Наступили сумерки, с океана подул ветерок, поднимавшийся вдоль склона холма, и пальмовые ветви зашуршали, словно оплакивая уход света.

– Я верю в то, что мне рассказывали, – сказала Джейн. – А мне говорили, что я могу попасть по лестнице на восьмой или десятый этажи. Но не на девятый. Дверь на девятый пришлось бы взрывать с помощью С-4. После этого появиться там незаметно будет затруднительно.

– Д. Д. Майкл живет на девятом. Вы сказали, что десятый и восьмой отведены под систему охраны. Что именно это означает?

– Вам это знать ни к чему. Я собираюсь подняться на восьмой этаж. Если я проберусь туда живой, мне нужно будет как-то подняться на девятый этаж с восьмого. Появиться оттуда, откуда он никого не ждет.

Уилсон несколько секунд молча глядел на нее.

– Все, что говорят о вас в новостях, – вранье, да?

– По большей части. Мне приходилось убивать, да, но только ради самообороны. В новостях нет ни слова о самообороне.

– А что это вообще за история? – Фошер поднял руку, как бы призывая самого себя к молчанию. – Да, хорошо, мне это знать ни к чему. – Он вновь повернулся к экрану. – Давайте попробуем найти то, что вам нужно.

К вечеру понедельника Джейн приобрела новое оружие – у Джона и Джуди Уайт. Официально они звались Питом и Лоис Джонс, выдавали себя за сирийских беженцев – хотя, вероятно, никогда не бывали в Сирии – и жили в Резеде, в доме со множеством садовых гномов: бабушка и дедушка, гордящиеся несуществующими внуками. Джейн купила два пистолета «хеклер-кох компакт» с полимерным корпусом и магазином на девять патронов сорок пятого калибра, располагавшихся в полушахматном порядке, с пластмассовыми крышками для более удобного захвата. К ним прилагались глушители. Еще она взяла дополнительные магазины, коробки с патронами и новую наплечную оснастку с вращающимися разъемами и замшевой кобурой. Несмотря на опасность утратить свободу движений из-за большого веса амуниции, она купила также боевой ремень «Гулд энд Гудрич», с липучками для крепления и подвешивания нужных вещей.

На сей раз фигуристая Лоис надела не розовый спортивный костюм в обтяжку, а багряный. На ногтях – желтый лак вместо прежнего зеленого. К шести кольцам с огромными бриллиантами прибавилось седьмое.

Перед уходом, уже стоя на пороге, Джейн не выдержала и сказала:

– Берни Ригговиц из «Лучших волос» просил передать, что вы выпускаете первоклассный продукт.

– Русские волосы, – сказала Лоис между двумя затяжками.

– Это правда?

– Лучшие волосы в мире.

– Я этого не знала.

– Нельзя только пользоваться чернобыльскими волосами.

– Из-за близости атомной станции?

Лоис выпустила облачко дыма, сняла пылинку с кончика языка, рассмотрела ее и сказала:

– Это не случайность. Там была не просто атомная станция.

Уверенный вид женщины наводил на мысль, что она говорит со знанием дела, а не повторяет фантазии желтой прессы.

– Не атомная станция и не случайность? Что тогда?

Черные глаза прищурились, и в них блеснуло отражение такой суровой и холодной души, что эта женщина больше не выглядела комично, ни на йоту, даже несмотря на кричащий спортивный костюм, вульгарный лак для ногтей и переизбыток колец.