Райские новости - Дэвид Лодж

В конверт был вложен маленький отротированный буклет с литургией гавайской народной мессы и лис­ток с фотокопией страницы из «Ридерз дайджеста».

Цитата из книги Мигеля де Унамуно[120]«О трагическом чувстве жизни у людей и народов» была отмечена зеле­ным маркером.

В самых потаенных уголках души человека, который ве­рит, что смерть навсегда положит конец его личному со­знанию и даже памяти, в этих отдаленных уголках, о чем он, возможно, и не подозревает, таится тень, смутная тень, тень тени неуверенности, и когда он говорит себе: «Не ос­тается ничего другого, как прожить эту преходящую жизнь, ибо иной жизни нет!», он в то же время слышит, как в этих самых потаенных уголках бормочет его собствен­ное сомнение: *Кто знает?..». Он не уверен, что слышит правильно, но он слышит. И точно гак же в каком-то угол­ке души истинно верующего, который верит в грядущую жизнь, приглушенный голос, голос неуверенности, бор­мочет на ухо его душе: «Кто знает?..» Возможно, голоса эти не громче комариного зуда, когда ветер с ревом гнет дере­вья в лесу; мы едва различаем это жужжание, и все равно, слившееся с ревом бури, оно слышно. Как вообще мы смогли бы жить без этой неуверенности?

Бернард сложил тонкие листки писчей бумаги и вместе с буклетом и фотокопией убрал их в желтый конверт. Глядя сквозь мерцающий огонь медных буко­вых листьев в голубое небо, он улыбнулся. Листья ше­лестели на ветру, и один или два, кружась, опустились на землю, как крохотные язычки пламени. Бернард несколько минут оставался в такой позе — голова запрокинута, руки раскинуты по спинке скамьи, — по­грузившись в счастливые мечты. Затем поднялся и бо­дро зашагал к зданию колледжа, внезапно охвачен­ный неудержимым желанием выпить кофе. Толкнув раздвижные двери, ведущие в преподавательскую, он чуть не столкнулся с выходившим Джайлзом Фрэнк­лином.

— Еще раз приветствую! — воскликнул Фрэнклин, придерживая дверь, чтобы Бернард мог пройти, и, гля­нув на конверт в руке Бернарда, весело добавил: — Хо­рошие новости или плохие?

— Хорошие, — ответил Бернард. — Очень хорошие новости.