Паспорт человека мира. Путешествие сквозь 196 стран - Альберт Поделл

Никогда ранее ни в одной из своих поездок в Таиланд я не посещал печально известный мост через реку Кхвэяй. Он был построен военнопленными союзной Японии во времена Второй мировой войны как часть Тайско-Бирманской железной дороги, знаменитой Дороги Смерти. Чтобы восполнить мое упущение во время прошлых путешествий, мы с Эндрю и Деннисом арендовали в Бангкоке автомобиль и отправились оттуда на восток к Канчанабури, прямо к реке Кхвэяй. Наверное, мне стоило оставить в памяти кадры из просмотренного когда-то давно фильма, потому что реальность меня сильно разочаровала. Кадры из фильма показывали невообразимо широкое и глубокое ущелье. Но, как я позже узнал, эти съемки производились в Китугале, что на Шри-Ланке. В реальности же в Канчанабури не было тех захватывающих дух ущелий, да и сам мост, возвышающийся над мутноватой водой метров на тридцать, не больше, меня не особо впечатлил. Там совершенно не было ничего интересного, кроме разве что ярких сине-желтых, словно игрушечных, туристических поездов, пересекающих реку каждые 15 минут. К тому же то, что сейчас предлагают посмотреть туристам, – совсем не тот мост, который был построен в XX веке. Действительный мост был уничтожен бомбами союзников, а то, что в туристических брошюрах называют Мостом через реку Кхвэяй, – всего лишь мост, который японцы захватили на острове Ява и отправили в Канчанабури, предполагая, что он более стойко выдержит атаки бомбардировщиков.

Несмотря на это обстоятельство, принято считать близлежащую территорию местом особо значимым: около 60 тысяч британских и голландских военнопленных и других рабочих погибли при строительстве железной дороги, которая обеспечивала японские войска постоянной поддержкой со стороны Мьянмы. Мьянма, она же Бирма, в свою очередь боролась с Индией и пыталась покончить с властью Британской империи на своей территории. Но в итоге окрестности моста заполнила мешанина из дешевых баров, магазинов и лавочек, в которых можно найти ювелирные украшения, контрафактные и поддельные рубины, всевозможные сумки, футболки всех цветов и размеров и прочую сувенирную продукцию. Это было бы нормально, если бы туристические маршруты не затрагивали сам мост и выставки, посвященные истории его создания. Но пока, к моему сожалению, сувенирные лавочки и магазинчики неразрывно связаны с экскурсионным объектом и экспозициями. Поэтому здесь и можно увидеть настоящее безумие эклектики – Художественная галерея и Музей военной истории, Музей Дороги Смерти и главный офис организаторов «Мисс Таиланд», а чуть подальше – фотовыставка «Лучшие виды моста через реку Кхвэяй» и туалеты. Это смешно, так что мой совет – лучше просто посмотрите фильм и не тратьте свое время на посещение места преступления, ставшего весьма странной достопримечательностью.

Судьба падших была более счастливой. Комиссия Содружества по военным захоронениям создала и поддерживает мирное кладбище вдалеке от туристической зоны, «во славу памяти стойкости и жертвенности доблестных людей, которые погибли при постройке железной дороги от Таиланда до Бирмы во время их долгого плена».

Надгробные камни были все одинаково маленькими и белыми, возвышающимися лишь на пару сантиметров над зеленеющим ковром травы. Они выстроены в настолько длинные ряды, что я не мог увидеть конца. Здесь попадались редкие деревья, отбрасывающие тень, и все пространство было окружено цветами и аккуратной зеленой изгородью длиной в милю, за которой следили несколько садовников. На плите около входа было написано: «Я сделаю вас именитыми и почетными между всеми народами земли, когда возвращу плен ваш перед глазами вашими, говорит Господь».

Надписи на надгробиях были сентиментального характера, написанные с любовью и горькой гордостью, как те, что 40 лет назад я видел в Соллуме, остатки эры, когда эти ценности вели Величайшее Поколение:

* * *

Направляясь в Бруней, мы попали под муссонный дождь, грозовые тучи и страшный ветер на шоссе А319, ведущем на юг, затем пролетели мимо вулкана Синабунг, плюющегося пеплом из Индонезии, на западе и застали тайфун-убийцу на востоке, который позже стал одним из самых сильных катаклизмов, произошедших в Корее за последние 15 лет. Мы прибыли в Бруней в ужасе, но целые и невредимые, что скрасило несколько дней распланированной скуки и выхода из стресса в самой строгой мусульманской стране Азии в неделю праздника Рамадан.

Газета «Бруней таймс», которую я читал в полете, содержала колонку «Вакансии», где было предложение от Министерства по делам религии на позицию, которую я охарактеризовал как «Консультация по исследованиям и исправлению низкого уровня морали в Бруней-Даруссалам». В обязанности работника входило: «1. Определение морали. 2. Создание базы мест низкого уровня моральной активности. 3. Создание национального плана по исправлению низкого уровня моральной активности».

Некоторых подобные цели могут ввести в уныние, но нужно учитывать, что речь шла о стране, где жара и влажность стояли 24 часа 7 дней в неделю 365 дней в году, алкоголь, порнография, азартные игры были запрещены, любовники, демонстрирующие чувства на людях, подвергались штрафам, а неверные супруги могли попасть в тюрьму. Нельзя было даже коснуться ноги чьей-нибудь жены за столом, так как на большинстве званых ужинов мужчины ели за одним столом, а женщины и дети – за другим.

Главными развлечениями в скучном Брунее были прогулки по заросшим джунглям, которые составляли 75 % территории маленькой страны, отдых под кондиционером в экстравагантных торговых центрах, посещение бесплатного парка развлечений на северном побережье или грандиозного музея королевских регалий, где в нарядах, мечах и медалях был обессмерчен Его Величество Султан Хаджи Хассанал Болкиах Муизз уд-Дин Ваддаулахибни аль-Мархум Султан Хаджи Омар Али Саиф уд-Дин Саад уль-Хаир уа уд-Дин, который стал 29-м султаном в 1968 году. За последние 600 лет его монархия стала одной из самых долгоживущих и единственной абсолютной монархией в Азии, настолько абсолютной, что здесь не терпят ни намека на демократию, ни оппозиции и практически никакой политической активности.

Хотя и можно сравнить Бруней и богатые нефтью страны Персидского залива по размерам, богатству, населению, религии, форме правления, опоре на гастарбайтеров и большим затратам на чрезмерно пышные здания, но Бруней теряется при таком сравнении. Ему не хватает драйва, деловой хватки, предприимчивости, архитектуры мирового класса, космополитичного подхода и брызжущей жизненной энергии Дубая и Абу-Даби.

Взамен здесь можно найти спокойную, законопослушную, семейную страну, которая может похвастаться самым высоким уровнем ВВП благодаря нескончаемым нефтяным ресурсам. Это земля, где бесплатная медицина находится на высоком уровне, города чисты, субсидии идут на ЖКХ и другие нужды жителей, не нужно выплачивать налог на доходы и каждому гражданину гарантирована пенсия. Готовкой, уборкой и грязной работой занимаются приезжие индийцы или филиппинцы, а образование, которое уделяет особое внимание исламу и монархии, можно получить бесплатно. Хотя это было монархическое государство, здесь не найти диссидентов, горячих революционеров и волнений, похожих на те, что обрушились на Ближний Восток Арабской весной.