Независимая Украина. Крах проекта - Сергей Бунтовский

На том же ресурсе опубликовали интервью Мирослава Поповича, одного из идеологов нынешней самостийности, директора Института философии украинской Академии наук. С интересным заголовком: «Львовянам надо знать, что они не пуп земли». На вопрос корреспондента: «Как вы считаете, пропасть, которая выявилась между Западной и Восточной Украиной после выборов 2004 года, теперь углубится?» матерый самостийник отвечает:

— Все может быть. Хотя я бы не говорил о пропасти, потому что людей с такими взглядами, что преобладают в Западной Украине, можно найти по всей Украине, однако в разных пропорциях. Все настроения, которые есть на Востоке, есть и во Львове, они лишь больше или меньше выражены. Но если политики продолжат нагнетать напряжение, это отразится и на отношениях между регионами…

И там же Попович признает: мол, каждый край — и Харьков, и Донецк, и Киев, и Полтава, и другие города — имеют свою миссию. Например, Львов был всегда за национальный прогресс. И все, что касалось независимости Украины, в наибольшей степени развивалось и принималось во Львове. Демократия, гражданские свободы и права человека заботили Центральную Украину. Наконец, если речь идет об экономических реалиях, то самым сильным выразителем стремления к благосостоянию был Юго-Восток. «Враги Украины рассчитывают, что между этими краями будет непонимание. Поэтому элитам сих регионов нужно разрешать непонимание и мириться. Львовянам нужно знать, что они не пуп земли, и все не сводится только к национальным вопросам, а Южному Востоку необходимо становиться более национальным, национально-свидомым…»

Итак, с 1991 г. Украина пришла в упадок, оказалась в состоянии перманентного кризиса и нарастающего внутреннего раскола. И теперь встает вопрос: а куда идти? К чему двигаться?

Все, о чем мечтали националисты, рухнуло. Советский потенциал успели поломать, наследие СССР — проесть. А чего-то стоящего, «украинского», так и не создали. Конечно, УССР 1991 года была потенциально большой страной — с полусотней миллионов населения, с мощным индустриальным и интеллектуальным потенциалом, с богатыми черноземными землями и черноморскими портами. Но такая Украина могла сложиться только в Российской империи и СССР. При помощи великороссов, белорусов и иных народов огромной державы. Самостоятельно националисты такую республику не создали бы никогда. Украина Богдана Хмельницкого была вчетверо меньше нынешней, ее окружали сильные и агрессивные соседи: Речь Посполитая (Польско-Литовская держава), Турецкая империя с вассалом — Крымским ханством, Австрия и Московское царство. Только в союзе с московитами-великороссами (Петровыми и Ивановыми) Украина смогла обрести все свои нынешние земли. Да и Причерноморье, с нижним течением Дуная, Российская империя отбила у турок в итоге четырех долгих и кровопролитных войн, где напрягались силы всей страны. Только союз с Москвой спас Украину от покорения немцами в 1941 году, от гитлеровской колонизации, от превращения украинцев в рабов у немецких хозяев и истребления ими «лишнего населения». Оборона Одессы и Севастополя, освобождение Харькова, Донецка, Киева, Львова — дело рук не укронацистов, не каких-то свидомитов, а советских людей, Красной империи. Равно как и создание современного моторостроения в Запорожье, производства космических носителей в Днепропетровске, всех нынешних АЭС Украины. Унаследовав все это, ограниченный, пропитанный ненавистью к русским и многочисленными комплексами укронацизм довел Украину до ручки. Сегодня Украина по части величины бюджета на душу населения — самая нищая из славянских республик СССР. В пересчете на доллары ее бюджет 2007 г. — 34 млрд. долларов в расходной части. В РФ — 250 миллиардов (при населении, только в 3,2 раза большем). Белоруссия с ее 9 миллионами жителей (по сравнению с 45 млн на Украине) имеет бюджет в 15 млрд долларов. Сами можете посчитать, насколько она богаче Украины в расчете на душу населения.

Подкоркой своей последыши пана Бандеры это поняли. И теперь лихорадочно ищут выхода. Признать пагубность разрыва с великороссами — не хотят. Это все равно, что публично покаяться в собственном кретинизме. Потому на повестку дня укронацисты ставят план превращения Украины в провинциальную окраину Европы. И Львов должен возглавить движение в Европу.

«Прежде всего идея европейскости Львова — в его внешнем облике. Если он будет выглядеть хорошо — то и воплощение европейской идеи станет выглядеть краше. Если здесь живется хорошо — это и будет главным аргументом в пользу самого европейского выбора. Разбитые улицы, свист в кране и падающие балконы — источник серьезного вдохновения для евроскептиков.

Одна из самых химерических и наиамбициознейших идей, которую все еще может продвинуть Львов, — украинскокультурная европейскость, полнота национального, открытого для соединения со всем миром. Конкурентной идеи из русско-культурного стана пока еще не прозвучало, и теперь реализация идеи — первоочередной вопрос для Львова.

Львов должен стать самым европейским из городов Украины. Дискурсами, каковые Львов мог бы предложить в измерении европейства, могут стать гражданская культура, культура местного самоуправления, чистота улиц и культура вождения автомобилей, культура гостеприимства и качественного интернационализма…» — пишет Крывдык. Ему вторит философ-укронационалист Попович: «У Львова есть большой капитал — это люди. Когда-то сложилась такая ситуация в Англии, после Второй мировой: там остались одни рабочие классы с прекрасными традициями производства и инженеры, мастера… Во Львове есть такой капитал. Он может стать центром интеллектуальных научных технологий. Мы имеем Львовское отделение Национальной академии наук Украины, с традициями механики и многих других областей науки. Не эти вульгарные литейные цеха, а то, что делается интеллектом. В этом Львов располагает ресурсом…»

Ох, плохо ваше дело, панове националисты! Львов, столица Галиции — как светоч европейскости? Да он до 1939 года пребывал то в составе Австро-Венгрии, то Польши Пилсудского. И там, и там Галичина выступала самым бедным и неразвитым регионом. Только СССР пытался по-настоящему развивать Западную Украину: ставил здесь наукоемкие производства, автомобильные заводы в Луцке и Львове, поднимал вузы. Но вы все это ухитрились профукать! И теперь Галиция со Львовом — снова депрессивный регион, живущий на дотации с Восточной Украины и Причерноморья. Великий философ и фантаст Станислав Лем незадолго до смерти побывал на малой родине, во Львове (уже самостийном) — и вернулся, потрясенный открывшимся ему упадком города. Вы хотите за счет дотаций построить во Львове имитацию Европы, господа укры-необандеровцы? С высокими технологиями вы уже опоздали: потеряно более пятнадцати лет, разорваны важнейшие кооперационные связи с Россией. Подготовленные в СССР специалисты вымерли, постарели, потеряли квалификацию в примитивизированных реалиях «самостийности». Да и хочет ли вас видеть у себя Европа? Она-то вас не без оснований презирает и обходит стороной с брезгливой миной на лице. Ей, простите, Париж свой от упадка спасать надо, расхлебывать последствия глобализации — на черта ей Львов и Украина? И вообще союз с Европой — это союз с умирающей силой. Европа с 1945 года измельчала, оглупела. Пассионарность ее остыла. Европа теряет научно-технологическое и духовное лидерство. Она стареет и впадает в маразм, не рожает детей и затапливается потоками исламских мигрантов. И вот с такой Европой вы решили интегрироваться?