Сириус - Стефан Серван

– Медлить нельзя. – Рассказчик показал на узкую гряду серых облаков на севере. – Буря точно пойдет на нас. Передохнем немного, и в путь.

Авриль прошла по снегу несколько шагов. Глубоко вдохнула. Как хорошо! Как хорошо быть живой. Даже просто слышать, как хрустит под ногами снег, чувствовать сухой мороз в легких, запрокидывать голову и глядеть на бескрайнее небо, видеть, как мальчик с поросенком открывают рты, ловя языком хлопья. Такие мелочи. Но в них – всё. Авриль подумала: если бы люди помнили об этом, ничего бы не случилось. «Если бы ты сама не забывала это, то никогда бы не сделала того, что сделала», – прошептал внутренний голос.

Поморщившись, девушка выпила содержимое бутылки. Вкус был мерзкий.

Авриль вернулась к повозке. Рассказчик кормил Эзопа.

– Спасибо, – сказала она, протягивая мужчине бутылку. – Спасибо за всё, что вы для нас сделали.

– Я уже говорил, решаю не я, это всё…

– Эзоп, он главный. Да, я знаю. Но всё равно спасибо. Вы же не обязаны. Особенно… после того, что случилось на ферме. Мне правда жаль.

Рассказчик похлопал осла по холке.

– Признаюсь, я был расстроен. Твой побег очень огорчил меня. Я начинал к вам привязываться.

Авриль потупила взгляд.

– И почему вы снова стали нам помогать?

Старик улыбнулся:

– Возможно, я еще немного к вам привязан.

– Вы не злитесь теперь, когда знаете, кто я?

– Я не знаю, кто ты, Авриль. Я видел татуировку у тебя на плече. Черную звезду. Можно ли судить о человеке по татуировке, как думаешь? Сдается мне, это слишком просто.

– Или по ожерелью из ушей, – согласилась Авриль.

Рассказчик взглянул на жуткое украшение, висевшее спереди на повозке, и кивнул.

– Когда ты сбежала, мне стало грустно за тебя.

– За меня?

– Да. Потому что я знал, что бегство никуда тебя не приведет. Ты должна была сказать мне правду.

Там, в лесу, Малыш полез на дерево.

Авриль крикнула, чтобы он был осторожнее, но мальчик не откликнулся. Девушка повернулась обратно к Рассказчику.

– Я не хотела вам врать. Когда вы сказали, что Черные Звезды забрали у вас сыновей, я решила не говорить о своем прошлом. Чтобы не делать вам больно…

– Знаешь, откуда берется грусть, Авриль? От молчания. Не от слов.

Она хотела возразить, но Рассказчик перебил:

– И ты снова лжешь, Авриль. Ты промолчала не потому, что берегла мои чувства. Ты берегла свои, потому что стыдишься.

Помедлив, Авриль кивнула:

– Да, всё так.

– Стыд, он как эгоизм. Человеческое свойство.

– Вы думаете, что я эгоистка.

– Да.

Она сжала кулаки.

– Вы говорите так, чтобы меня задеть?

– Нет. Я сам поступал так же. Был эгоистом. И, когда понял, кем я был, я тоже пробовал убежать. Убежать от себя. Но от прошлого не убежишь. Оно всегда догоняет. И прячется там, где меньше всего ждешь. На дне бутылки. В петле. Или в лице мальчика-смерть.

Авриль вздрогнула.

– Я сказал, что Черные Звезды отняли у меня двух сыновей, но я сказал не всё. Я тоже не был честен до конца.

Старик набрал воздуха.

– Альбену и Роману было по пятнадцать. Близнецы. Мы с их матерью расстались. Они жили со мной. Хотя, правильнее сказать, у меня, под одной со мной крышей. Я же думал только о писательстве. Закрывался в кабинете с утра до вечера. Иногда проводил там по нескольку дней, даже не замечая, что не ел и не спал. И что совсем не говорил с детьми. Я не видел, что происходит под носом. Думал, у них есть всё, что им нужно для счастья. Бассейн, телефоны, телевизоры, пиццы в холодильнике, каникулы на лыжных курортах. Я не понимал, что им куда нужнее отец. Когда начались беспорядки, я даже не подумал, что это может сыновей как-то зацепить. Они всё время просиживали за компьютерами, листая по кругу кадры зверств. Тогда я ничего не заметил. Как будто… как будто ослеп. А когда у меня раскрылись глаза, было уже поздно. Однажды утром я проснулся и увидел в саду пылающий костер. Мои книги и семейные фотографии. На стене в гостиной была огромная черная звезда. Это всё, что оставили мне Альбен и Роман. Пламя воспоминаний и черную звезду.

– Они ушли?

– Да. Сначала я думал, что их заставили пойти с Черными Звездами. Что накачали наркотиками. Или держат в плену неведомо где. Я не хотел взглянуть правде в глаза. Тогда я всё бросил и отправился искать сыновей. Как-то вечером я обнаружил лагерь. Черные Звезды грозились, что убьют и отрежут мне руки. Но я не колебался. Я хотел найти своих сыновей и вытащить из этого.

– И вы нашли их?

– Да. Они были там, но ни на один мой вопрос не ответили. Когда увидели, в каком я жалком состоянии, стали смеяться. Они смеялись, Авриль. И все вокруг тоже смеялись. Я увидел себя глазами этих молодых ребят… в кого превратился с годами. И понял, за что они меня ненавидят. Я был сплошное высокомерие и эгоизм. Я был старым миром, грязным, усталым. Им не надо отрезать мне руки и забивать до смерти. Они добили меня своим смехом. Когда я сказал тебе, что Черные Звезды отняли у меня сыновей, я соврал. Никто их у меня не крал. Я сам их потерял.

Рассказчик отвел взгляд. Авриль показалось, что в уголке глаза у него блеснула слеза.

– Вот истинная гибель мира, Авриль. Без любви мир – пустыня.

Авриль коснулась его руки.

– Спасибо, – прошептала она, – спасибо, что помогаете нам.

– Я просто стараюсь спасти то прекрасное, что еще есть в мире.

Авриль хотела ответить, но тут раздался крик Малыша. Он сидел на верхушке дерева и показывал куда-то на запад.

– Артио! Артио, она здесь!

– Артио, она здесь! – Малыш бежал к Авриль и повторял на бегу: – Малыш видел Артио!

– Ты о медведице, верно? – спросил Рассказчик.

– Да. Артио! Артио, она в лесу!

Перспектива встречи с живой медведицей Авриль не очень-то радовала.

– Хорошо, подождем, пока она дойдет.

Малыш замотал головой:

– Нет, Артио, она раненая! Мы помочь Артио!

– Малыш, это небезопасно.

Но мальчик не слушал девушку. Он побежал в лес.

– Малыш, вернись!

Мальчик исчез за деревьями. Авриль тихо выругалась.

– Думаю, тебе лучше идти за ним, – сказал Рассказчик. – Повозка в лес никак не пройдет. Я останусь с Эзопом и Сириусом.

Авриль схватилась за пояс. Потом вспомнила, что потеряла нож во время побега с Моста.