Мои печальные победы - Станислав Куняев

…Вот тоже нашлись «наставники» для русской литературы… Жаль только, что лет 20 они пускали нам кровь, и безжалостно[32]… Ну, кончено!..

Крепко жму руку.

Всеволод Вишневский.

Дорогой Толя!

У меня к тебе большая просьба: прочти прилагаемую рукопись»[33], если можно не откладывая в долгий ящик. Пьеса мне нравится, но так как, во-первых, автор мой ближайший друг, а во-вторых, я на разных этапах работы помогал ему и давал советы, то я боюсь быть необъективным. А между тем, если пьеса действительно удачная, мне бы очень хотелось подумать о ее судьбе.

Жму руку.

Твой Константин Симонов.

7 июня 1948 года.

Тов. Софронов!

Мне кажется, что упоминание моего имени в числе критиков, не выразивших своего отношения к осуждению их ошибок партийной орг.(анизацией) Союза и нашей печатью, – основано на недоразумении.

В 6 книжке «Знамени» в довольно большой статье «Пути романтики» я абсолютно четко определил свое отношение к эстетизму, декадансу, формалистической поэзии и т. п.

В другой форме я сделал это и в статье о Кирсанове и еще в ряде статей, напечатанных после августа 46 г.: – «Жизнь – действие – страсть» (в «Литгазете»), «Первые поиски» (в «Л. Г.»), «Главное в этой книге» (в «Л. Г.»), в рецензиях, помещенных в «Знамени», и, наконец, в книжке, посвященной творчеству Симонова, которую я закончил только что и сдал в из-во.

Думаю, что вся моя работа после августа показывает, что критику метода подхода к оценке лит. явлений, метода, который проявился в статье о Смелякове, я усвоил. А ошибки методологические ведь не изживаются в один день?!

Что же я должен был сделать, кроме практических усилий, творческих усилий критика?! Ведь это главное.

А в какой мере удачны были мои усилия, это другой вопрос. Тут я уже судить не могу.

С приветом Д. Данин[34].

Письмо без даты. По-видимому, 1947 или 1948 год.

12.1.61.

Дорогой Анатолий Владимирович!

Может быть, Вы и правы, что последняя моя поэма не для «Огонька». Обиды нет. Письмо не об этом.

Прочитал я здесь ваш журнал от 7-го января. Это прекрасный номер. Великолепные до слез стихи Дм. Ковалева. Яркие, как всегда, талантливейшие – Цыбина. Изумительное, абсолютно правильное, боевое выступление Коненкова[35].

… Я готов стать членом этого общества, ежели там будут принимать поэтов. Сам я этой нашей драмой теперь особенно болею.

Кстати. В музее реконструкции Москвы, на пл. Дзержинского, есть изумительная – в красках – панорама старой Москвы. И там – во всем блеске – чудо русского искусства – храм Христа Спасителя.

(Панораму совсем недавно прислал музею один доживающий эмигрант из Франции. Очень советую заехать… взглянуть).

Совершенно же ясно, что новая, коммунистическая Москва не должна стирать с лица земли древнюю русскую столицу. В этом смысле идея Коненкова об архитектурном заповеднике в центре Москвы – прекрасная, конкретная, совершенно реальная идея, которую с великой благодарностью оценят все поколения.

И напротив. Снесение в 1932 г. Храма Христа – страшное и мерзкое преступление. Это все равно, что снести Исакий или Василия Блаженного. Сейчас есть все возможности не допускать ничего подобного впредь.

Сам я вот уже месяц в больнице… Скоро выхожу и еду в санаторий.

Большой привет!

В. Котов[36].

Предисловие и комментарий к служебным запиская К. Симонова и А. Вергелиса – Ст. Куняева.

Комментарии к письмам А. Софронова, К. Симонова, В. Вишневского, В. Котова – В.А. Софроновой.