Бойня - Оса Эриксдоттер

Никого. Несколько раз обвел взглядом помещение, подождал и хотел было уходить, но тут в дальнем конце большого помещения из-за машины вынырнул худой длинноволосый парень с промасленной тряпкой в руке. Волосы зачесаны назад, на лбу бандана.

– Привет.

Парень, не отвечая, кивнул на припаркованный “вольво”:

– Барахлит старушка?

– Да нет… вроде нет. Я хотел попросить кое-какой инструмент напрокат.

– Ну что ж… оставишь залог… А какой?

– Болторез. Побольше.

Почему все смотрят на него с подозрением?

– А в “Лоссмед”[36] не обращался? – Механик отложил тряпку и улыбнулся. – Ладно… не похоже, что ты собрался ограбить банк.

– Они теперь не занимаются висячими замками, – сказал Ландон первое, что пришло в голову. – Переквалифицировались. Теперь у них что-то вроде интернет-банка.

– Висячий? На даче, что ль?

– Фриггебуд[37]. Старый… – Ландон совершенно взмок. Он не любил, а главное, не умел врать. – Купил участок, а хозяин потерял ключ, старый хрен.

Парень открыл шкаф на стене, достал большой грязный болторез и со стуком выложил на стол.

– Не уверен, что перекусишь. Эта штука хороша для тросов, велосипедных замков… но висячий замок? Литье он плохо берет. Не уверен. Особенно если новый. Лучше ножовка по металлу. Или газорезка.

– Давай и то и другое. Я слышал, теперь есть и болгарки без кабеля. На аккумуляторах.

– У меня такой нет. И газорезку не дам. Еще взорвешься – отвечай потом. Но точно говорю, “Лоссмед” надежнее. А может, и дешевле.

– Начну с этого, – Ландон постарался выглядеть решительно, – а там посмотрим. Удастся – значит, удастся, а нет – буду звонить хоть черту-дьяволу.

Он вытащил бумажник.

Механик недоуменно пожал плечами. Ушел в другой конец мастерской и принес ножовку.

– Слушай… я вижу, ты спец. А отстрелить не получится? – спросил Ландон.

– Как это – отстрелить?

– Ну, как… отстрелить.

– Из чего?

– Из ружья. Или из пистолета.

Глаза парня сузились.

– Да ладно… просто спросил.

– Не советую. Отстрелить, – усмехнулся парень. – Яйца себе смотри не отстрели. Дверь, конечно, разнесешь в щепки, а замок как висел, так и будет висеть. Лучше не пробовать.

Ландон молча выложил на стол ассигнацию в пятьсот крон.

Парень дал сдачу.

– Погоди-ка, приятель!

Ландон напрягся и заставил себя повернуться.

Парень достал из ящика стола нечто похожее на гибкую железную спицу с загнутым, как у рыболовного крючка, кончиком.

– Иногда удается… бывает, клиенты ключи теряют. Смотри…

Парень взял спицу в кулак и показал.

– Называется “пиявка”. Сначала заводишь как можно глубже. А потом медленно вынимаешь и поворачиваешь туда-сюда… ну, не туда-сюда, а против часовой стрелки, как ключ. Нажал – повернул, нажал – повернул. Не сразу… но иногда удается. Чаще удается, вообще-то.

– Спасибо за совет.

– Только если попадешься, на меня не ссылайся. Не говори, кто тебе дал эту хреновину.

– Куда я должен попасться?

Парень расплылся в улыбке.

– Вот теперь ты точно похож на взломщика. Дураку ясно: пошел банк потрошить.

Снимок старый, но превосходный. Солнечный день несколько лет назад. Юхан стоит перед правительственной канцелярией. Удивительно: центр города, а ощущение полнейшей, чуть ли не деревенской идиллии. Зеркальная, словно политая голубым маслом вода – как в рекламе пива “Приппс”. Фотографу даже удалось поймать в объектив парящих чаек. Длинные, красивые волосы слегка приподняты ветром – вылитая рок-звезда.

– А создание рабочих мест? Здесь просто: мы избавляемся от нежелательных элементов и даем дорогу более динамичным соискателям.

Юхан отложил вырезку из датской дамской газеты и поднял голову на Сикстена Рогарда. Последняя фраза словно выплыла из ниоткуда и повисла в воздухе – он давно перестал слушать скучное бормотание советника.

Обычная сессия со спичрайтером занимала не больше получаса, но сегодня затянулась.

– Нет, – сказал Юхан, – это жвачка. Динамичным соискателям, – иронично протянул он. – Не то. Акт любви к грядущим поколениям. Великое будущее для молодых. И вставь знаешь что?.. Ты хорошо сформулировал несколько минут назад. Мы – арбористы. Подрезаем ветви, чтобы оздоровить дерево.

Сикстен Рогард замялся.

– Вопрос только… народ не настолько глуп, чтобы не сложить два и два. Нельзя выложить половину правды, если вторую половину невозможно комментировать.

– Мы опередим. Они и рот не успеют открыть. Неужели вы подумали о стерилизации? Ничего подобного даже близко нет. Вытащим жвачку у них изо рта, и вкуса не почувствуют.

– Может, ты и прав. Но риск есть. Появятся рубрики в пол-листа, и куда жирнее, чем мы бы того хотели.

– Сошлемся на доклад Института. Тот, после Рождества… – Поймав недоуменный взгляд, Юхан раздраженно добавил: – Наследственные факторы и все такое прочее.

Посмотрел на часы. Рассчитывал на полчаса передышки перед заседанием в пять – осталось шесть минут.

Насколько легче было вначале! Тогда он принимал решения сам. А теперь все усложнилось, ставки повысились. Стоять у руля государства и составлять собственные обращения к нации физически невозможно. Нужны советники, спичрайтеры. И чем их больше, тем труднее понять, что у них в голове.

Он резко встал:

– Сможешь представить черновик к утру? К раннему утру? Мне надо подготовиться.

Сикстен Рогард если и задержался на стуле, то на долю секунды, не более, – вскочил, будто подброшенный пружиной.

– Никаких проблем. Получишь еще до завтрака.

– До завтрака… можно подумать, что я успеваю позавтракать в нынешние времена.

– В полном соответствии с идеологией. – Сикстен позволил себе пошутить.

– Вот! Как ты думаешь, сколько раз я слышал эту шутку? Мне-то казалось, вы, писатели, должны быть поизобретательнее.

– Да перестань, Юхан. Ты же сам прекрасно знаешь: клише. Деньги приносят только клише. За творчество не платят.