Голомяное пламя - Дмитрий Новиков

Гриша прощался. Вещи уже были собраны, уложены в машину. В руках он держал старую карту, потертую на сгибах. Вглядывался в нее напоследок. Была она красивой, изменчивой, словно женщина, показывала дороги, которые уже заросли, обмелевшие реки, превратившиеся в ручьи, озера, ставшие болотами. А имена деревень припечатаны были одним словом – нежилая, нежилая, нежилая… И только скалистый, твердый берег стойко держал натиск моря и времени.

Старик Саввин молча стоял рядом, вглядываясь в водную гладь. Потом произнес, ни к кому не обращаясь: «Да, дожили до дён, стал огонь холодён».

Гриша встрепенулся:

– Хочу вам книгу подарить. «Словарь живого поморского языка» называется. Слышали эту историю?

Саввин бережно принял в руки большой темно-синий том, погладил грубыми руками по обложке. Вгляделся в буквы:

– Слышал я про Ваню Дурова. Добился-таки своего. Молодец!

Он кивнул и, горбясь, пошел к своей избе, одной из последних в Керети.

Сам не понимая почему, не готовясь, Гриша вдруг крикнул ему вслед:

– Простите нас!

Саввин, не оборачиваясь, махнул рукой:

– Бог простит!

Гриша прощался. Многое было ясно ему, ногами истоптано, веслами изгребано. Немного вопросов вертелось в голове. «Где вы? – спрашивал он у Белого моря, неба, прибрежных скал. – Где вы, полярные капитаны, корщики, купцы, строители кораблей и домов? Где вы, рыбаки и солевары, белоголовое братство, воины, вдовы, отважная ребятня? Где вы, виноград земли русской? Кому поверили, стойкие? Куда ушли? Каких бесов пустили себе в светлые души?»

И помутневшим, увлажнившимся глазом вдруг словно увидел – от развалин домов пошли к морю солнечными бликами, травяными тенями – матерые мужики в окладистых бородах, молодки в расшитых жемчугом сарафанах и повойниках, старухи в черных платках, подростки вперепляс. Они скользили к берегу и уходили в морскую воду. Веселыми покатниками плескались дети. Быстрой тиндой ныряли подростки. Серебрянками, залёдками и закройками вились молодые поморки. Листопадками степенно уходили в глубь старухи. Огромными рыбинами – заломом – рассекали волну северные мужики…

Налетела быстрая золотая тучка. Просыпался мелкий светлый дождь. Легла на воду Светлого Гандвика яркая радуга. «Голомяное пламя», – вспомнил Гриша.