Домовая любовь - Евгения Некрасова

левый рог у него старый, потрескавшийся,

правый новенький, гладкий, коричневый.

Я отряхну от земли звериную морду и спину,

обниму лося, выпущу в лес за калитку,

тогда всё пройдёт, и война пройдёт.

Я выращу лося,

по ритуалу осталось только полить,

только полить.

В моих слезах ДНК Юры —

это должно сработать,

но я не могу заплакать,

совсем не могу заплакать,

наверное, потому, что я на таблетках,

ни одной слезы,

или потому, что плакать надо было раньше.

Роговая ладонь тянется в центр земли,

ни одной слезы.

Я – Жня!

Посмотрите, что тут есть у меня:

мёртвые дедушка и бабушка,

мёртвый Юра,

война,

Платонов,

голова женщины-с-пальчик,

свежий культурный слой,

прежний культурный слой,

Эс-эн-тэ,

Кузнечики,

рог,

непророщенный лось,

в многоэтажках человечики.

Дача-дача,

ча-ча-ча.

Что посеете,

то и пожнёте.

Конец