Русская гейша. Тайны обучения - Ольга Лазорева

– Долго ты там будешь валяться, тварь? – тихо спросила я. – Ползи сюда!

Павел Николаевич встал на четвереньки и, не поднимая головы, подполз к креслу.

– Раздевайся, – приказала я.

Он стянул окровавленную рубаху. Но на теле оказались только небольшие царапины, которые, правда, продолжали кровоточить.

«Н-да, – удрученно подумала я, – что-то я перестаралась».

– Раб! – позвала я.

И он поднял на меня глаза. Восхищение и покорность были написаны на его лице.

– У тебя есть спирт? – спросила я озабоченным тоном.

Павел Николаевич быстро пополз к шкафчику, тряся голыми ягодицами и напряженным «нефритовым стеблем», и принес мне в зубах бутылку. Я усмехнулась, увидев, что это обыкновенная водка. Открыв ее, начала лить на его спину. Он опустил голову и постанывал. Но «нефритовый стебель» стоял, как каменный.

– Щиплет? – спросила я.

– О, госпожа Юри, – прошептал он, – это великое счастье терпеть боль от вас.

– Хороший мальчик, – ласково произнесла я.

И он неожиданно всхлипнул. Я отбросила пустую бутылку и сказала:

– Приблизься, раб.

Павел Николаевич быстро подполз, все также не поднимая глаз. Я ухватила его за волосы и притянула к своим раздвинутым ногам.

– Вот твоя награда за хорошее поведение, – тихо проговорила я, чувствуя жар его дыхания.

– О, госпожа! – простонал он, так робко целуя «яшмовые ворота», что касался только волосков.

Я опустилась ниже, подняла короткий подол платья и раздвинула колени. Его язык заработал умело и нежно…

Утром я нашла у порога своей комнаты конверт с деньгами и белый бархатный футляр. В нем оказался необыкновенной красоты кулон в виде платиновой лилии, усыпанной алмазной крошкой. Тут же была и тоненькая платиновая цепочка.

Домой я вернулась во второй половине дня в весьма решительном настроении. Сбросив агрессию, я почувствовала холодное спокойствие. По крайней мере, мне уже не хотелось убивать. Я приняла душ, выпила кофе и позвонила Тимуру. Он долго не подходил, потом ответил сонным и раздраженным голосом:

– И какого черта, кому чего от меня нужно?

– Тим, это я, – рассмеявшись, сказала я.

– Ху из – я? – недовольно спросил он.

– Землячка твоя, – весело ответила я. – Зовут Таня.

– А, Танюха! – совсем другим тоном проговорил он. – Так бы сразу и говорила. А то спросонья я и не понял, кто это.

– У меня к тебе важное дело! – серьезно заявила я.

– Ну? – настороженно спросил Тим.

Я замолчала, раздумывая. Но потом все-таки решилась.

– Вот что, Тимур, мне нужна твоя помощь. Ты не мог бы какое-то время пожить у меня в квартире? Правда, ты на кокаине, и это меня категорически не устраивает. Но мне просто больше не к кому обратиться с таким щекотливым делом.

– Помочь? – окончательно проснулся он. – Что случилось-то, девочка моя?

– Все при встрече. Но ты в принципе согласен? У меня трехкомнатная, так что никто никого стеснять не будет. Только сразу условие – никаких дружков и подружек!

– Хорошо! Охота пожить в нормальных условиях. Сегодня можно переехать? – деловито поинтересовался он.

– Лучше прямо сейчас.

Тим появился через час с большой спортивной сумкой, туго набитой различными вещами.

– Господи, нарядов у тебя как у барышни на выданье! – рассмеялась я, глядя, как он первым делом достает светло-голубой костюм и вешает его на плечики в коридоре.

– А ты думала, – торопливо проговорил он. – Имидж в моем деле – это все! К тому же я просто обязан охмурить какую-нибудь богатую москвичку и жениться на ней, чтобы здесь зацепиться.

– Пойдем, я тебе покажу твою комнату, – усмехнулась я. – Там пустой шкаф есть. Все туда сложишь и развешаешь свои наряды.

Я привела его в бывший кабинет Петра, который сейчас занимал Степан. Там были книжные полки, диван и платяной шкаф с большим зеркалом.

– Шикарно! – восхитился Тим. – А то мы с Максом вдвоем в девятиметровой комнатушке, да еще и на узкой кушетке. Так и ориентацию поменять недолго! – смеясь, добавил он.

– С Максом? А он чем занимается? – настороженно спросила я.

– Да ты его видела в прошлый приход. Помнишь, он в отключке валялся? Ашот тогда еще нас оштрафовал. Любит рублем наказывать несчастных работничков.

– Сами виноваты! – немного агрессивно сказала я.

– Слушай, Таня, – неожиданно серьезно сказал Тим, – я не лезу в твою жизнь, так? И не интересуюсь, на какие шиши ты снимаешь такую хату. Если я иногда балуюсь с Максом, то это наши с ним дела. Девчонок я тоже люблю. И даже больше, чем мальчишек. А кокс я очень редко нюхаю. Очень редко! Во-первых, дорого, во‑вторых, здоровье берегу. Ты думаешь, такое тело само по себе так выглядит? Да я ежедневно в спортзале парюсь, и не по часу!

Тим неожиданно бросил рубашку, которую аккуратно вешал на плечики, развернулся ко мне, присел, резко махнул ногой вверх и, прямо как Брюс Ли, высоко подпрыгнул, крутнувшись в воздухе. При этом лицо его осталось невозмутимым. Он мягко опустился на полусогнутые ноги и посмотрел на меня.

– Впечатляет! – восхитилась я.

– Шуайцзяо, – гордо произнес Тим. – Китайская борьба. Я занимаюсь уже третий год. Так вот, Танюха! Специализируюсь на баодинском стиле, он более быстрый, стремительный, много бросков на противника.

– А к чему это ты? – улыбаясь, поинтересовалась я.

– Так ведь ты меня не для приятной компании пригласила здесь потусоваться? Правильно я понял?

– Дело в том, – начала я, – что мой друг, с которым я живу, оказался невозможно ревнивым.

Тим кивнул, видимо, вспомнил, как пытался безуспешно связаться со мной.

– И я решила сказать ему, что встретила своего земляка, мою давнюю любовь, все вспыхнуло с прежней силой, и мы решили больше не расставаться, – продолжила я.

– А я типа играю роль этой давней любви, – усмехнулся Тим.

– А как я еще могу от него избавиться? – пожала я плечами. – Он грозится, что не уйдет, и все такое, сам представляешь.

– А он москвич? – почему-то поинтересовался Тим.

– Да, – нехотя ответила я. – А какое это имеет значение?

– Это он платит за эту хату? – продолжил расспросы Тим.

– Нет, не он, – хмуро сказала я.

– Тань, я знаю, сколько стоит снять такую трешку в Москве, – резонно заметил он. – И тем более не за МКАДом. Так что лучше колись, где бабло берешь. Так и мне и тебе спокойнее будет. Мне ведь проблемы тоже не нужны!

– Я работаю в престижной русско-японской школе, – начала на ходу сочинять я. – И администрация сочла возможным оплачивать часть моих расходов по этому жилью. Помимо этого я даю частные уроки танцев некоторым из своих учеников, а так как родители там все далеко не из бедных, то и оплачивается это все вполне достойно.