Зеленая мартышка - Наталья Галкина
Наталья Галкина
Аннотация: В состав шестой книги прозы «Зеленая мартышка» Натальи Галкиной, автора тринадцати поэтических сборников, входят два романа («Зеленая мартышка» и «Табернакль»), а также «повествование в историях» «Музей города Мышкина». В многоголосице «историй» слышны ноты комедии, трагедии, лирики, реалистической пьесы, фарса, театра абсурда. Герои «Зеленой мартышки», истинные читатели, наши современники, живущие жизнью бедной и неустроенной, называют Петербург «книгой с местом для свиданий». В этом месте встречи, которое изменить нельзя, сходятся персонажи разных времен, разных стран. Детям-инвалидам из «Табернакля» открывается многовековой мир культуры, волшебный круг воображения, смотрит в темную воду Екатерининского канала действительно проживавший на его берегу, на Средней Мещанской, потомок крестоносцев, а переулки, палисадники, териокские дачи, ингерманландские снега — не просто декорации истории любви Николая Гумилева и Ольги Высотской или французского тайного дипломата и очаровавшей его девушки с музейного портрета, но заповедное пространство «тайного города», объединяющее всех, кто ступил на мостовые его. Книга предназначена для широкого круга читателей.
- Автор: Наталья Галкина
- Жанр: Современная проза
- Дата выхода: 2012
- Страниц: 104
- Добавлено: 5.05.2025
Внимание! Аудиокнига может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних прослушивание данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в аудиокниге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту pbn.book@gmail.com для удаления материала
Читать книгу "Зеленая мартышка - Наталья Галкина"
Еще одна забытая страница (собрать их все по строчке, по стежку!):
похожий на сенатора возница их на телеге привезет к лужку.
Судьбы возничий, финн зеленоокий, даритель, их ввергает в этот круг,
в плутающий в лесах за Териоки — цветы по пояс! — разнотравный луг.
Там, наверху, что снег ланской и лонский, — армада, облачные корабли.
Надев шубейки широты чухонской, жужжат свое шумерские шмели.
В полдневный зной все соткано из света, кому бы тут еще смотреть в зенит?
Одни сообщники любви и лета — кипрей, и зверобой, и аконит.
О дреме луговой лучи расскажут историю вне пыла и остуд,
стебельчатые швы им пальцы свяжут, соцветья рукава переплетут.
Громоздкие венки плетешь, подруга, легчайшие венцы в ромашках сплошь.
Остановила войско калиюга, на перемирие весь мир похож.
Но с мельницы уже грядет возничий, чу, скрип колесный, значит, едем вспять,
вне вотчины цветной капеллы птичьей Финляндии Фарландией не стать.
Сноп луговой в ее объятьях едет, задумчиво жует он стебелек,
но на глазах, как лето тонет в Лете, нисходит лепет в пятистопный слог.
Но версты продлены и дериваты, на Вечность с легкостью растянут свет,
а летнего романа день девятый — на девять месяцев или на девять лет.
Хоть древу суждена одна из веток, расстанемся на вы, а не на ты.
Но я увижу в мире напоследок цветы и луг, цветы, цветы, цветы.