Шарлотта - Давид Фонкинос

Некоторым гостям показывали рисунки Шарлотты,

Вызывавшие неизменное изумление и восторг.

Один любитель искусства дал совет: организуйте выставку.

Почему такая идея до сих пор не пришла им в голову?

Это будет достойная дань памяти ее таланту.

На подготовку ушло много времени: нужно было создать каталог.

И вот, в 1961 году, выставка наконец открылась.

Произвела фурор.

Картины не только будили эмоции, они поражали

изобретательностью,

Невиданной оригинальностью формы,

Их теплые краски притягивали взгляд.

Известность Шарлотты мгновенно пересекла границы:

В последующие годы в Европе и даже в Штатах

Проходило множество выставок.

«Жизнь? Или Театр?» издали отдельной книгой

И перевели на несколько языков.

Альберт и Паула давали интервью телевидению.

Смущенные и трогательные, они сидели перед камерой,

Рассказывая о Шарлотте,

Говоря о ней как о живой.

Журналисты целыми группами устремились на юг Франции,

Чтоб расспросить очевидцев, в их числе и Марту Пеше.

Местных жителей не удивлял такой интерес к Шарлотте.

Хотя прошло уже два с лишним десятка лет,

Они как будто предвидели, что Шарлотту ждет слава.

Но у славы короткий век, и творчество – не исключение.

Со временем ретроспективы станут все более редкими,

Очень редкими, даже слишком, незаслуженно редкими.

Альберт и Паула старели, уже не могли заниматься

наследием дочери.

В 1971 году они решили его передать

В Еврейский музей Амстердама.

Коллекция там и поныне, но не в постоянной экспозиции —

Бо́льшую часть времени она хранится в запасниках.

В 1976 году скончался Альберт.

Гораздо позже, в 2000-м, ушла из жизни Паула.

Их обоих похоронили на кладбище под Амстердамом.

А что же Альфред?

Один из учеников помог ему бежать из фашистской Германии.

В 1940-м он перебрался в Лондон и больше его не покинул.

После войны он снова начал преподавать.

Очень скоро его методика завоевала успех.

С ним считались, его уважали,

Словом, он жил полной жизнью.

Начал писать роман, опубликовал его.

Изжив в себе прошлые страхи, здравствовал до щестидесятых годов,

Больше не ощущая себя мертвым среди живых.

Прошлое виделось очень далеким, почти уже нереальным,

И ему не хотелось слышать о родине – о Германии.

Но вот, через общих друзей, Паула нашла Альфреда

И написала ему подробное дружеское письмо.

Ну и сюрприз – после стольких-то лет!

В ответном письме он ее заклинал не расставаться с пением,

Снова твердил, что она – величайшая из великих,

Но ни единым словом не помянул Шарлотту,

Словно предчувствуя худшее.

Спустя несколько месяцев снова пришло письмо.

Собственно, даже и не письмо,

А каталог выставки произведений Шарлотты.

К нему приложена и брошюра с ее биографией,

И то, что он знал, не зная, нашло свое подтверждение:

Шарлотта погибла в 1943 году.

Он начал листать ее книгу,

И ему стало ясно все значение этой жизни.

Вот рисунки, посвященные детству, матери, ее ангелам,

Затем появляется и Паула.

А дальше…

Альфред внезапно увидел себя —

На одном рисунке,

На двух,

На трех…

На каждой странице он обнаруживал свое лицо,

Свое лицо и свои слова,

И свои теории,

И все их беседы.

Он и представить себе не мог, что имел на нее такое влияние.

Похоже, Шарлотта была одержима и им самим,

и их общей историей.

Альфреда пронзила жестокая боль,

Похожая на ожог или страшный удар в затылок.

Он упал на диван

И пролежал в прострации несколько дней.

Год спустя, в 1962-м, Альфред в одиночестве умер.

Его нашли на кровати,

Он лежал одетым

И выглядел как человек, собравшийся уезжать.

Похоже, он знал куда и когда состоится встреча,

И это ему придавало спокойный и мирный вид,

Безмятежное выражение, столь редкое для него.

Женщина, что нашла умершего, провела рукой по его груди

И нащупала что-то в кармане,

Во внутреннем левом кармане, со стороны сердца.

Она бережно вынула то, что он там хранил,

И удивилась: всего лишь брошюра, буклет экспозиции.

Картины художницы… как ее там?

Шарлотта Саломон.