Мечты темнокожей девочки - Жаклин Вудсон

Меня зовут Жаклин Вудсон,

и я готова прокатиться на этой карусели.

Как слушать № 10

Записывать все, что думаешь, что знаешь.

А знание придет.

Нужно просто слушать…

Писательница

– Ты настоящая писательница, – говорит мисс Виво. Ее серые глаза ярко блестят за тонкой проволочной оправой очков. Она так радостно улыбается, и я улыбаюсь в ответ, находясь на седьмом небе от счастья от похвалы учительницы.

Она феминистка. Услышав от нее незнакомое слово, все тридцать учеников нашего пятого класса лезут в парты, где лежат словари и только и ждут, чтобы открыть нам еще один новый мир. Мисс Виво молча смотрит, как наши пальцы быстро листают страницы Уэбстеров, пока мы ищем ответ.

– Равные права, – выкрикивает мальчик по имени Эндрю,

он отыскивает первый, – для женщин и мужчин!

Моя рука замирает посреди тонких белых страниц.

Как и чернокожие, мисс Виво тоже часть революции.

Но в это мгновение революция для меня не самое главное.

В это мгновение, здесь и сейчас, самое главное для меня – слова учительницы «Ты настоящая писательница», которые она говорит, прочитав начатое мной стихотворение.

Первые четыре строчки похищены у моей сестры:

Черные братья, черные сестры

Без дрожи и страха ринулись в бой.

Жажда победы у каждого в сердце,

Каждый из них – герой!

– Можешь забрать себе, – сказала Делл, когда увидела, что я сочиняю. – Я не хочу быть поэтом.

А поздно вечером мой карандаш выводит новые строчки:

Белые жили в роскошных домах,

Черные в жалких лачугах ютились.

Добрыми, мудрыми черные были,

Зла причинить никому не стремились.

Мартин был тоже такой человек,

Сердца добрее не сыщешь вовек.

– Ты настоящая писательница, – повторяет мисс Виво, возвращая мне стихи.

Взяв у нее тетрадь, я стою перед классом и дрожащим голосом читаю первые строки:

Черные братья, черные сестры

Без дрожи и страха ринулись в бой…

Но с каждым словом мой голос становится все тверже, потому что больше всего на свете я хочу верить в слова учительницы.

Каждое желание, единственная мечта

Каждый раз, когда я сдуваю пух с одуванчика, каждый раз, когда шепчу «Звездочка, звездочка, первая на небе…»,

мое желание всегда одно и то же.

Каждая упавшая ресничка и первый летний светлячок…

Моя мечта неизменна.

– Что ты загадала?

– Стать писательницей.

Каждый раз, найдя монету орлом вверх, в мечтах, во сне и даже когда мне говорят, что это глупые надежды…

я хочу быть писательницей.

Каждый восход, закат и песня у холодного окна:

Через горы,

Через моря.

Каждый прочитанный рассказ,

каждое выученное стихотворение:

Я друга так любил…

и

Среди темнеющих лесов березы гнутся до земли…

и

– О нет, – ответил ребенок, – это раны Любви.

Каждое воспоминание…

Лягушонок на свидание поехал, на коня вскочил во всех доспехах, а-ха-мм…

приближает меня к мечте.

Земля откуда-то издалека

Каждую субботу по утрам мы мчимся вниз по лестнице к телевизору. Как только звучит песенка из «Голубого мраморного шарика», мы подпеваем в четыре голоса:

Если взглянем сверху

На Землю мы с тобой,

Увидим шарик мраморный,

Шарик голубой.

Затем камера приближается к мраморному шарику, и мы видим, как синева превращается в океан, потом появляется земля, потом дети из Африки и Техаса, Китая и Испании, а иногда из Нью-Йорка! Весь мир теперь так близко к нам, и дети со всех концов света рассказывают свои истории прямо у нас в гостиной!

Уверяют солнце и луна: Земля-красотка на свете одна…

Этот мир – мой мир! – как слова. Сначала

была одна-единственная буква «J», сестра держит мою руку и водит ею, обещая мне бесконечность. Большой мраморный шарик Земли,

и слова, и люди, и разные места —

все это живет внутри меня, но и снаружи тоже.

И все это теперь мое, нужно только услышать

и записать услышанное.

Во что я верю

Я верю в Бога и эволюцию.

Я верю в Библию и Коран.

Я верю в Рождество и в Новый Мир.

Я верю, что хорошее есть в каждом из нас, кем бы мы ни были

и во что бы ни верили.

Я верю в то, что говорил мне дедушка.

Я верю в этот город, и в Юг, в их прошлое и настоящее.

Я верю в то, что люди с черной кожей и люди с белой кожей найдут общий язык и придут к согласию.

Я верю в политику ненасилия и в лозунг «Власть народу».

Я верю в светлую кожу своего младшего брата и в свою темно-коричневую.

Я верю в таланты своей сестры и простенькие книжечки, которые так люблю читать.

Я верю в маму, безропотно садящуюся в конец автобуса, и чернокожих людей, отказывающихся ехать на задних местах.

Я верю в добрых друзей и вкусную еду.

Я верю в пожарный гидрант во дворе, скакалки,

Малкольма Икса и Мартина Лютера Кинга,

жителей Каштанового штата и Бирмингема,

в то, что я слышу и пишу, в слова, плохие и хорошие. И я верю в Бруклин!

Я верю в «однажды» и «когда-нибудь», а еще в самый прекрасный миг под названием «Настоящее».

Каждый мир

Когда вокруг много разных миров, каждый день ты можешь выбирать новый.

Ты можешь представить себя талантливой, как сестра,

тихой, медлительной и задумчивой, как старший брат,

или переполненной радостью, захлебывающейся от смеха, как младший.