Мало ли что говорят... - Татьяна Соломатина

Так и продолжалось ещё некоторое время: пока из сенатора нескончаемым потоком извергался список достижений массачусетской экономики и мероприятий по окончательной демократизации населения, Наташа впихивала в Соню историю североамериканских штатов и конкретно города Бостона, одного из старейших в США, основанного в 1630 году. И так впала в азарт, что напоминала студента-первокурсника на первой сессии. Сразу становилось понятно – отчего экскурсии в её исполнении пользуются огромной популярностью. Что у американцев, что у наших.

Итак. Тема «билета»: «Бостон – колыбель американской революции».

Первая мысль: «Ну, прямо Петроград, блин!»

Ответ по теме:

«Бостон – город на северо-восточном побережье Атлантического океана. В 60 – 70-е годы XVIII века выступал в авангарде борьбы против английского господства. В 1765 году бостонцы восстали против гербового сбора. А к 70-му созрели для того, чтобы оказать вооружённое сопротивление регулярным английским войскам. А в 1773 году состоялось всемирно известное «Бостонское чаепитие», явившееся прологом войны за независимость Северной Америки. Пятьдесят отважных бостонцев, переодевшись индейцами, пробрались на корабли Ост-Индской компании и выбросили в океан сотни ящиков дорогостоящего чая в знак протеста против невыгодной для колоний налоговой политики и ограничений на торговлю с другими странами. Акт вопиющего неповиновения и послужил поводом для начала войны, которая длилась с 1775 по 1783 год и закончилась окончательной и бесповоротной независимостью».

От себя лично хотелось бы добавить, что фактическим поводом и причиной любой войны, а особенно войны за независимость, являлось и является пресловутое «бабло», которое никак не победит зло. Ибо так называемые «борцы» уничтожают всегда и только конкурентов, а отнюдь не компаньонов, приносящих корпоративную прибыль.

В связи с чем от лица миролюбивых североамериканских индейцев, которые в течение всей истории были крайними по определению, хочется просто извиниться:

«Простите нас за то, что на нашей земле вам пришлось сражаться за свою финансовую независимость. Простите, что наивно полагали быть добрыми соседями. Племя «Большой горы»[25]и племя прибывших сюда из Англии, Ирландии и ещё бог знает из каких далёких и не поддающихся воображению мест. Простите нас за то, что вас это не очень устраивало. И за то, что мы отстаивали свою историю и жизнь, не приняв в расчёт геополитические процессы. Наше уничтожение было предопределено. Но мы не подумали об этом. Мы виноваты. Из-за своей наивности, миролюбивости, доверчивости и ещё многих качеств, трактуемых современной цивилизацией как глупость. Простите, нас больше не будет. Нас уже почти нет».

Девиз штата Массачусетс «С мечом в руках мы жаждем мира, но только мира под сенью свободы» очень напоминает сентенцию Бисмарка «Хочешь мира – готовься к войне!» – и пованивает сероводородом скрытой агрессии.

Оценка: Обострение хронического «диссидентства» и слабое понимание вопросов «исторической правды».

Резюме: Несмотря на знание исторических фактов, экзамен не сдан.

По соображениям сохранности лжи под маской государственной политики – аттестат не выдан.

Помнится, по окончании восьмого класса Соне выписали такую характеристику, что ни одно советское учебное заведение, несмотря на стройные ряды отличных оценок, не захотело бы иметь с ней дело! Особенного внимания заслуживал перл, написанный классной руководительницей: «Настораживает тяга к лидерству». Вот оно! Цепной пёс системы настороже. Вечно их настораживает то, что не такое же, как они. Ага, индейцы, видимо, тоже настораживали своих бледнолицых «братьев». Бедные настораживали богатых. И наоборот. Одним словом – круговорот. Круговорот настороженных людей в мире. У правды много лиц. Но сама она – одна. Мы не можем ничего не делать. Весь вопрос – КАК мы делаем то, что делаем.

Мама с папой долго уговаривали Соню вести себя «потише», и она, конечно, заткнулась. Тогда заткнулась. Но много лет спустя, слушая Наташины речи об истории Америки, она подумала: «Очень хочется, чтобы вообще никого никогда ничего не настораживало и человек не убивал себе подобных. Не существовало бы бесконечных политических, а по сути – экономических, разборок. Я ненавижу «революции», которые научили нас «верить в несправедливость добра»[26], и я жажду, раскрыв руки, в которых нет ни капли настороженности, чтобы любое существо с колыбели было по-настоящему свободно. Не под сенью чего бы то ни было. А просто – СВОБОДНО».

Пришла Наташина очередь пнуть Соню, поскольку та «выпала из трансляции», погрузившись в свои мысли.

– Да чего ты?! Нормальная страна. Не самая говённая. Ну, а история и политика – известные проститутки. Не кипятись, – старшая подруга пожала плечами.

Действительно. Не так уж всё и плохо, в конце концов. К примеру, именно в Бостоне возникло первое в Америке организованное «Общество против рабства», которое переправляло беглых рабов в Канаду. Хотя лично Соня была очень даже не против цивилизованного крепостного права. Живя в деревне и глядя на «родимых пейзан», она иногда отчётливо понимала, что «барин им не повредит». Потому как сами они жить не умеют. Но живут. Пьют, лоботрясничают и воруют. А в единовременном сочетании ещё и что похуже…

В общем, этот чудесный живописный город ни в чём не виноват. Даже в том, что является исторической гаванью Америки.

Пока Соня предавалась околовсяческим размышлизмам о «судьбах родины» всея Штатов Америки, Джей привёл своих гостей в зал заседаний, куда вход обычно запрещён всем, кроме сотрудников State House. И патетически ткнул холёной ручкой в мемориальную трибуну под занавесом из синего бархата. Сама трибуна была, как говорится, «тёмного дерева», а по фасаду на синем фоне золотом вытеснена Декларация независимости.

Наташу снова понесло. Ещё бы, в Массачусетсе родился второй президент США – Джон Адамс. Но она была влюблена в «светлый образ» тридцать пятого – Джона Кеннеди.

Соня, по старой семейной традиции, «светлые образы» политиков пускала в свою жизнь лишь в качестве художественно-исторических персонажей. И чтоб не позже времён правления Ивана Калиты или Гуго Капета. Однако рассказывала Наташа увлекательно, сразу заинтересовав девушку тем, что, во-первых, Джон Кеннеди родился в самом русскоговорящем ныне районе Бостона – Бруклайне, где Соня и проживала в настоящее время. А во-вторых – в год, когда за океаном революционно настроенный поволжский дворянчик Ульянов, «с мечом в руках борясь за свободу», отдавал приказ о поголовном – от мала до велика – расстреле неких Романовых.

Итак, родившись 29 мая 1917 года, Джон Фицджеральд Кеннеди подрос и отучился в школе. Затем, ясное дело, окончил Гарвардский университет. Во время Второй мировой покомандовал патрульным торпедным катером. Был дважды тяжело ранен и дважды же награждён за отвагу. Немного запачкал себя журналистикой. А в 1947 году в возрасте всего двадцати девяти лет обошёл соперника-республиканца с пятикратным преимуществом и занял свою нишу в палате представителей. И попёр дальше в политику со всей носорожьей мощью потомственного ирландца-аристократа, отягощённого PR-анамнезом[27].