Потому что я тебя люблю - Гийом Мюссо

* * *

Старинный «Понтиак» Кармины останавливается перед автовокзалом. Эви хлопает дверцей автомобиля, берет в багажнике чемоданчик и рюкзак. Автобус «Грейхаунд»[62]на Нью-Йорк вот-вот отправится. Продав жалкие пожитки матери, Эви удалось выручить всего двести долларов: как раз чтобы оплатить дорогу до Манхэттена.

Крэйг Дэвис теперь работает там.

Вначале она искала его в Лас-Вегасе, но негодяй покинул Калифорнию и поселился на Восточном побережье сразу же после смерти ее матери.

— Ты уверена, что хочешь уехать? — спрашивает Кармина, провожая ее до остановки автобуса.

— Конечно.

Всю свою жизнь толстая мексиканка недоверчиво относилась к чувствам. Она воспитывает детей в строгости и терпеливо создает вокруг своего мирка защитный кокон, помогающий ей казаться невозмутимой при любых обстоятельствах.

— Береги себя, — говорит она, слегка потрепав девушку по щеке. Этим жестом, по ее мнению, она в высшей степени выражает свою привязанность.

— О'кей, — отвечает Эви, залезая в автобус.

Они обе знают, что никогда больше не увидятся. Кармина протягивает ей багаж и в последний раз машет рукой.

Эви только потом обнаружит в своем рюкзаке триста долларов, которые мексиканка сунула ей в рюкзак.

* * *

Наконец автобус отправляется.

Сидя в автобусе, Эви прислоняет голову к окну. Она в первый раз покидает Вегас.

Через несколько часов она будет в Нью-Йорке.

Тогда она сделает то, что ей кажется справедливым.

Она убьет Крэйга Дэвиса.

Временами в нас обитает будущее, а мы этого не знаем, и слова наши, кажущиеся неправдоподобными, на самом деле описывают приближающуюся действительность.

Марсель Пруст

Сегодня

В самолете

2 часа дня

— Что же было потом?

И вдруг раздался звуковой сигнал, оповещающий о выходе из зоны турбулентности. Эви моментально вышла из состояния какого-то помрачения, в которое она погрузилась, рассказывая свою историю.

— Что произошло в Нью-Йорке? — настаивал Марк. — Ты нашла убийцу своей матери?

— Я…

Девушка замолчала.

Удивленная тем, что она так распахнула свою душу, теперь она засомневалась: а стоит ли идти дальше? Она знала этого человека всего несколько часов. Как она могла открыть ему свои самые сокровенные тайны, она, которая обычно никому не доверяла! Его взгляд, поведение и умение слушать, казалось, говорили о том, что он сочувствовал ей, а его трогательное участие лишало ее душевного равновесия. Внезапно ощутив опасность, она придумала, как избежать его влияния.

— Мне нужно в туалет, — сказала она (отличная отговорка).

Марк понял, что потерял контакт с Эви. Он приподнялся с сиденья, пропуская девушку, и с сожалением посмотрел ей вслед.

Ее рассказ взволновал и потряс его, сразу же напомнив его собственное детство. И Коннора.

Он еще раз взглянул на свою дочь. Под рокот моторов она крепко спала, склонив голову к свету, льющемуся из иллюминатора.

Теперь самолет спокойно продолжал путь. Зажглась зеленая лампочка, указывая пассажирам, что можно пользоваться мобильными средствами связи. Система GSM, встроенная в корпус самолета, позволяла получать звонки и отправлять смс. Марк с удивлением увидел, что половина пассажиров бросилась к своим телефонам и лихорадочно стала набирать номера своих электронных абонентов. Он тяжело вздохнул. За три года общественные средства коммуникации явно продвинулись вперед. Скоро все захотят трансплантировать себе постоянный наушник и будут перезваниваться, когда спят, мечтают, занимаются любовью. Еще никогда люди так много не общались и так мало слушали друг друга. Проклиная нынешнее время, он, однако, вспомнил, что взял с собой телефон Николь и нащупал его в куртке. И вот парадокс — сделал то же самое, за что несколько секунд назад осуждал других! Сообщений не было, но были пропущенные звонки с одного и того же неизвестного ему номера. Со дня отъезда он несколько раз пытался связаться с женой в Нью-Йорке. Безуспешно. Видимо, Николь не вернулась в их квартиру, и он совершенно не представлял себе, где она могла находиться.

И все же он попробовал позвонить по этому номеру.

Один гудок, два. Потом подключился автоответчик.

— Здравствуйте, вы позвонили…

Сообщение внезапно прервалось, и Марк не успел определить абонента.

— Марк?

Он тотчас узнал голос своей жены.

— Николь? Это я.

— С тобой все в порядке?

— Но где ты? Я схожу с ума от беспокойства.

— Я… я не могу сейчас долго разговаривать с тобой, милый.

В голосе жены угадывалось сильное напряжение и глубокое волнение. И, несмотря на гнев, охвативший его, первой непроизвольной реакцией Марка было успокоить ее относительно здоровья их дочери.

— Лейла со мной. С ней все нормально. Она разговаривала со мной.

Услышав свое имя, девочка открыла один глаз и стала тереть веки, зевая.

— Ты поздороваешься с мамой? — предложил Марк, протягивая ей телефон.

— Нет, — ответила ему Лейла.

Удивившись, Марк попробовал еще раз:

— Дорогая, скажи что-нибудь маме, ей будет приятно.

— НЕТ! — повторила она решительно, отталкивая телефон.

Оторопев от неожиданности, Марк несколько секунд пристально смотрел на дочь, пока Николь не заявила ему:

— Послушай, Марк, я сейчас должна попрощаться.

— Подожди! Почему она не хочет с тобой говорить?

— Я знаю, что произошло с Лейлой, — призналась Николь.

Признание прогремело как выстрел.

— Что ты такое говоришь? — задохнулся Марк.

Ярость и отчаяние разом охватили его, пальцы непроизвольно сжались в кулак.

— Ты знала, что она жива?

— Мне жаль, — извинилась она.

— Но что же все-таки происходит, черт возьми? Ты, наконец, скажешь мне правду?!