Всю жизнь ты ждала - Анхель де Куатьэ

– Ты прав, Анхель. Хотя…

– Данила, поверь мне, сейчас ощущение важнее слов. Пусть уста молчат, дай душе пройти ее путь.

– Хорошо, Анхель. Ее путь только начался…

Мы вышли на улицу и улыбнулись рассветному солнцу.

Через пару часов Кристина придет в сознание.

Любящими глазами будет смотреть на нее Никита.

«Я так люблю тебя!» – скажет он ей. «Всю жизнь я ждала…» – ответит ему Кристина.

«Жизнь только начинается…» – шепнет он.

Их маленькая девочка родилась в несчастливый день, но зато принесла с собой счастье.

* * *

Мы шли по утренней просыпающейся Москве, дурачась, словно малые дети. Шли, подпрыгивая от счастья, несмотря на усталость.

– Говорю я тебе, – смеялся Данила. – Нет никакой Тьмы! Ерунда это! Есть только люди и их поступки. Это простое правило! Когда они готовят себя к жертве, они остаются ни с чем. Когда же дарят, тогда обретают.

Я думал поспорить с Данилой. Этой ночью я чувствовал противостоящие нам силы Тьмы, ощущал их кожей. Но я согласился с моим другом, потому что радость его была мне дороже.

– Главное, что первая скрижаль найдена, – только и сказал я.

– Нет! – засмеялся Данила.

– Что нет? – удивился я.

– Это не важно! Важно, что в нашей сказке Русалочка не умерла!

В этом все русские: важно не то, что будет, важно то, что есть. И я позавидовал Даниле, потому что он этим утром был поистине счастлив. А я думал только о том, что нам предстоит отыскать еще шесть недостающих скрижалей.

– Данила, ты правда так думаешь?

– Анхель, а ты поменял бы ее счастье на скрижаль? – в момент Данила стал совсем серьезным.

– Я… Ну… Это очень трудный вопрос, – я не знал, что ему ответить.

– А почему ты не стал со мной спорить, когда я сказал, что Тьмы нет? Ты ведь не согласен.

– Просто не хотел, чтобы мы с тобой спорили.

– А я не хотел, чтобы она умирала. Остальное – ерунда! И если для этого ей нужна была любовь, нужно, чтобы эта любовь была. А если нужно, то считай, что есть! Ведь если тебе что-то по-настоящему нужно, Жизнь даст это обязательно.

– Мне нужно еще шесть скрижалей, – рассмеялся я.

– Что ж, тогда ты должен очень этого хотеть!