Сатисфакция - Лев Клиот

Но блокбастер Спилберга докатился и до африканской глубинки, и однажды в сентябре 17-го года мне позвонил Гофф. Он попросил меня принять участие в экспедиции в один из регионов Восточной Африки на границе с мирной в этот период Танзанией. В офис «Сатисфакции» обратился адвокат одной из враждующих сторон и сообщил, что между противниками достигнута договоренность о неприкосновенности эмиссаров «Сатисфакции» в случае, если они согласятся прибыть в их регион и провести мастер-класс, продемонстрировать оружие и правила игры. И если они будут удовлетворены, не исключено, что будет достигнуто перемирие. Гофф предупредил о том, что некоторый риск, совсем минимальный, в этой командировке присутствует. Но нужен человек, обладающий навыками управления, такого уровня, как я, и в то же время берется во внимание мой опыт службы в кадровой армии. Он подробно описал те средства, которые будут нас страховать от возможных провокаций. Нас снабдят новейшей электроникой, передающей картинку и звук в офис центрального штаба. Сопровождать нас будет переводчица с полной вовлеченностью в ситуацию. Договоренность о нашей безопасности достигнута на дипломатическом уровне в нескольких соседних странах, и их вооруженные силы выделили отряды спецназа, которые будут находиться в непосредственной близости от места переговоров.

Два палубных вертолета «Си Хоук» с авианосного корабля ВМС США в Индийском океане будут находиться в минутной подлетной готовности с «морскими котиками» на борту.

* * *

В Дар-эс-Салам мы вылетели в шесть утра из Тель-Авива и через пять часов приземлились в аэропорту Джулиус Ньерере.

В Тель-Авиве ко мне присоединился симпатичный черный парень, психолог из Филадельфии, давно работающий на «Сатисфакцию», – Дэниел Андерсон. С ним была вспомогательная бригада из шести человек. Они погрузили десять ящиков с оружием, амуницией, боеприпасами и продуктами, которыми собирался нас кормить повар, американец итальянского происхождения с какой-то смешной фамилией – кажется, Пипинто.

В аэропорту Дар-эс-Салама мы перегрузили ящики из транспортного «Геркулеса» С-130 в грузовик и в сопровождении трех джипов отправились в порт. У дальнего причала огромного, шумного, забитого складами, машинами, портовыми кранами порта нас ждала моторная яхта, совсем новая английская 82-футовая «Принцесса». Наш груз легко разместился в ее просторных помещениях, и мы, наконец, встретились с Адеолой Тиса, нашей переводчицей, чернокожей девушкой 24 лет. Выглядела она на шестнадцать: длинные, худые, ровные, как спички, ноги, круглое губастое лицо, тонкие руки и живые, как ртуть, глаза.

Адеола не стояла на месте – она все время двигалась. Она говорила, включая в разговор все свое нескладное тело, словно ступни ее ног касались раскаленной поверхности. Руки летали в такт произносимым словам и поддерживались активной мимикой ее живого лица. Уединившись в одной из кают, мы с Дэниелом слушали ее рассказ о том, как в кровавой междоусобице на ее родине она потеряла всех своих близких, как ее, десятилетнюю девочку, спрятала у себя медсестра-волонтерка из Дании, которая научила ее управляться с больными и ранеными. Но, самое главное, медсестра выучила ее английскому языку, причем научила не только разговорной речи, но и письму. Это позволило Адеоле найти свое место в жизни после отъезда благодетельницы. Та звала ее с собой, но девушка горела желанием в память о близких сделать что-то для своей страны.

Она излагала все это на вполне приличном английском и в конце четко обозначила свою позицию по отношению к тем двум джентльменам, которые определяют в настоящее время степень того ужаса, в котором пребывают жители территорий неспокойного региона. Они – бандиты-убийцы, но заменить их некем, поэтому с ними надо вести переговоры. Она пообещала осуществлять перевод таким образом, чтобы нам было известно то, что эти двое говорят на самом деле, а не только то, что ей велено доносить до нас.

Мы, со своей стороны, были подготовлены к пониманию той обстановки, в которой находилась значительная территория, граничащая с Танзанией. То, что нам оказывали помощь спецподразделения нескольких соседних стран, говорило о серьезных возможностях этих группировок дестабилизировать положение не только на своих территориях, но и во всей Восточной Африке. Все помнили, что происходило в Руанде и как сегодня возможный военный переворот в Бурунди способен накалить обстановку в соседнем Конго.

После нескольких часов полного хода по спокойному в этот час океану яхта пришвартовалась у небольшого частного причала живописного островка Нянджа, входящего в полуавтономный танзанийский Занзибар. На этой нейтральной территории нас ждали двое предводителей враждующих кланов с многочисленной свитой, представлявшей из себя весьма грозную силу. Пока наши помощники выгружали ящики с оружием и снаряжением на берег, мы с Адеолой и Дэниелом стояли у леера[1] и наблюдали за боевиками, суетящимися у пикапа, который они подогнали, чтобы забрать груз. Всего их было человек тридцать – все в милитари: половина в серо-коричневом, половина в черно-зеленом.

– Дэниел, я не напоминаю тебе Николаса Кейджа из «Оружейного барона»? Африканский берег, здоровенные черные бандюганы, характерные оружейные ящики, на подходе два вурдалака, и наша жизнь висит на волоске?..

Так, черно пошутив, я вдруг остро ощутил, какой силой стала обладать «Сатисфакция», какова степень ее вмешательства в экономику, политику и государство, если она может для прикрытия нескольких своих сотрудников привлечь флот США, дипломатов и войска нескольких стран. В общем, осталось спеть «Америка, Америка» и прослезиться.

Дэниел неуверенно улыбнулся на мою шутку: он наблюдал за тем, что к веселью не располагало. Я вглядывался в лица этих людей, в их движения – они были сдержанны, но в тоже время весьма выразительны. Нельзя было не заметить, как серо-коричневые смотрят в сторону черно-зеленых. Эти люди годами убивали своих противников – и солдат, и тех, кого они защищали. Годы чудовищных преступлений, превратившихся в повседневность. Что они испытывали в эти минуты, находясь в метрах друг от друга? Не знаю, насколько литературно это прозвучит, но я бы назвал то, что я увидел в их глазах, «усталой ненавистью». Именно так я это ощутил, наблюдая за ними с расстояния в пару десятков метров: усталая ненависть. Какими бы чудовищами ни были их боссы, в чутье им отказывать не приходится. Они понимали, что нельзя бесконечно держать людей в состоянии аффекта – а в другом состоянии творить то, что творили эти люди, невозможно. Звонок в «Сатисфакцию» был логическим продолжением их стремления удержаться в своем первенстве среди многочисленных противников.

На пристань въехали два «Хамви», отличающиеся такой же камуфляжной раскраской, как милитари бойцов. Из первого броневика вылез огромный человек двухметрового роста и весом не менее ста пятидесяти килограммов. Не управляют маленькие лысоватые наполеончики дикарями жестокой Африки. Человек был со всеми атрибутами власти в местном понимании: золотыми цепями, часами, перстнями, кобурой, на этот раз пустой. По договору, оружие на остров брать было запрещено. Но это вам не Европа, это вам-таки Черный континент со своими законами-внезаконами. У большинства под куртками что-то вполне красноречиво оттопыривалось.