Курорт. Другие люди - Сол Стейн

Два дня с Эбигейл Джордан относил к лучшим в своей жизни. Непрерывный калейдоскоп возбуждения, истомы, сна, сменяющегося возбуждением, запомнился навсегда. Несколько недель спустя он, позвонив Эбигейл, намекнул, что неплохо бы повторить удачный опыт, пусть и в укороченном варианте. Эбигейл притворилась, что не поняла намека. Ее интересовали мужчины вообще, и постоянного любовника она заводить не собиралась.

Эбигейл села рядом с мужем.

— Я как раз говорил Мерлю, что «Клиффхэвен» просто поразил меня.

— Ты заглянул в ресторан? — спросила Эбигейл.

— А как же. Я не мог упустить такой возможности. Это главная приманка, не так ли? Хочу задать один вопрос. Как тебе удается получать прибыль, обеспечивая этим евреям первоклассное питание и такие номера?

— Я не уверен, что мы уже имеем прибыль, — ответил Мерль, — но дело идет к этому.

— Я подумал, что содержание такого курорта с двумя сотнями гостей должно обходиться тебе в два с половиной, три миллиона долларов в год.

— Ты прекрасно считаешь, Джордан. В расчете на год я трачу два миллиона семьсот тысяч, а кредитные карточки и дорожные чеки гостей не покрывают и двадцати процентов расходов.

Джордан присвистнул.

— Только не говори мне, что даже такой Крез, как ты, может просто так выложить больше двух миллионов. Давай, Мерль, расскажи старине Джордану, что за туз у тебя в рукаве. Ты нашел серебряную жилу?

Эбигейл улыбнулась. Ну и умница этот Джордан. По сути дела он не ошибся.

— А где ты рекламируешь свой курорт? — добавил Джордан.

— Мы обходимся без рекламы.

— Ты бы мог разместить ее в газетах и журналах, издаваемых для еврейской общины.

— Неплохая идея, — поддакнула Эбигейл.

Мерль покачал головой.

— При всем уважении к тебе, Джордан, должен отметить, твое предложение давать рекламные объявления не выдерживает никакой критики. Их увидит слишком много людей. Моя система гарантирует, что большинство тех, кто узнает о «Клиффхэвене», приезжает сюда.

— Система?

— Я нанял дюжину людей, портье в больших отелях, официантов дорогих ресторанов, которые рекомендуют «Клиффхэвен» потенциальным клиентам.

— Они знают, для чего предназначен «Клиффхэвен»? — спросил Джордан.

— Я в этом сомневаюсь. Я лишь говорю им, что в «Клиффхэвене» евреи чувствуют себя как дома. Идею они улавливают. Ежемесячно я выплачиваю им небольшое вознаграждение, и они получают премию за каждого человека, приехавшего в «Клиффхэвен» с их подачи. Они звонят туда и сообщают фамилии. И портье, и официанты имеют дело с кредитными карточками, так что с этим проблем у них не возникает.

Джордан хлопнул себя по колену.

— Ну и хитрец же ты, Мерль.

— Иначе не получается.

— А если к вам по ошибке направят не евреев?

— Такое случается, но очень редко. Управляющий извиняется и дает им от ворот поворот, говоря, что свободных номеров, к сожалению, нет.

— И они не устраивают скандала.

— Без этого не обходится. Потом они клянутся, что ноги их больше не будет в «Клиффхэвене», — и Мерль рассмеялся.

— А разве приезжающие в «Клиффхэвен» никому не говорят, куда они едут? Родственникам, друзьям?

— Разумеется, говорят, — кивнул Мерль. — Нам приходится оставлять здесь родственников, разыскивающих наших гостей. И друзей, если…

— Если они евреи, — докончил Джордан. — Будь я проклят! Ты все продумал, — он встал. — Ты не будешь возражать, если я позвоню Мэри? Я не предупредил ее, что собираюсь в Биг-Сур, а потом к тебе, так как ты говорил, что дело сугубо конфиденциальное. Она полагает, что я в Денвере или в Сан-Франциско.

— Телефон там, — показал Мерль. — За перегородкой.

— Черт, дома только слуги. — Вернувшись, Джордан снова сел в кресло. — Нет смысла им что-либо говорить, они наверняка все перепутают.

— Ты можешь позвонить еще раз, попозже, — заметил Мерль.

— Благодарю. Я так и сделаю.

В гостиную вошел дворецкий-японец.

— Что ты теперь пьешь, Джордан?

— Как обычно.

— Сайер с мякотью лимона и со льдом нашему гостю, и «мартини» мне и миссис Клиффорд, пожалуйста.

Японец бесшумно исчез.

— Не мог он подслушать наш разговор? — спросил Джордан.

— Меня это не тревожит. В Соединенные Штаты он въехал нелегально и служит у меня много лет. Он будет верен мне по гроб жизни.

— Тебе повезло с таким слугой, — вздохнул Джордан. — Мы можем нанять только мексиканцев. А они частенько уходят без всякого предупреждения.

— Да, — согласился Мерль, — к счастью, японцы ни на кого не похожи. Удивительные люди. Многие из моих коллег-генетиков отмечают их высокий интеллектуальный уровень и трудолюбие. Они превосходные работники, а те, кто еще и умны, просто незаменимы. Жаль, что у нас нет способа избавить их от раскосых глаз и легкой пигментации. Из них получились бы отличные белые.

— Опять же, среди них нет ни одного еврея, — рассмеялся Джордан.

— Держу пари, Джордан не так отходчив, как ты, Мерль, — вмешалась Эбигейл. — Он наверняка помнит о Пёрл-Харборе.

— Еще бы, — хмыкнул Джордан.

— И напрасно, — возразил Мерль, — учитывая их промышленный потенциал и желание сотрудничать с нами.

— В чем они мастера, так это в лицемерии, — покачал головой Джордан. — И признают интересы только одной стороны, японской. Ладно, Мерль, хватит об этом. Ты мне еще не все рассказал. Как же окупаются затраты на твой курорт?

Мерль улыбнулся. Все-таки Джордан не догадался.

— В полумиле от основных зданий находятся три небольших поля, на которых по очереди работают гости.

— Я понял, — кивнул Джордан. — Гашиш.

Улыбнулась и Эбигейл. Джордану в уме не откажешь.

— Нет, не гашиш. Ты знаешь, сколько стоят в южной Калифорнии две тонны марихуаны?

— Будь я проклят! — воскликнул Джордан. — Ты всегда был самым умным из нас. Ну кто еще смог бы придумать, как использовать евреев. Мне понравился персонал курорта. Одна молодежь. А как тебе удается удержать евреев от побега?

Японец внес лакированный поднос с тремя бокалами. Обслужил Эбигейл, затем Джордана, последним — Мерля. Трижды в гостиной прозвучало «благодарю», и до ухода слуги тишину нарушало лишь позвякивание кубиков льда о хрусталь.

— Мы можем говорить и при нем, — заметила Эбигейл. — Он абсолютно надежный человек.

— Контроль осуществляется в трех направлениях, — продолжил Мерль. — Во-первых, месторасположение «Клиффхэвена» практически сводит к нулю возможность побега. Уйти можно лишь по одной дороге, которая тщательно охраняется. Тем не менее, к нашему удивлению, мы столкнулись с тем, что среди евреев полно бунтарей, и я говорю не только о молодых. Поэтому нам пришлось прибегнуть к воспитательным мерам. Джордж показал тебе шкафчики?