Искушение временем. Книга 1. Не ангел - Пенни Винченци

— Нормально, Брансон, спасибо. Леди Селия просила чашку чаю. С сахаром. Она… ей в офисе стало не по себе. Поэтому я привезла ее домой. Я сама отнесу ей чай.

— Мне очень жаль, мисс Литтон.

Пока ММ ждала Мэри с подносом, зазвонил телефон. Брансон поднял трубку. Звонил Оливер. Они с ММ долго разговаривали, затем она взглянула на часы. Время поджимало, а ей все же хотелось еще раз увидеть Селию и выпить чаю, прежде чем идти на свидание с Гордоном Робинсоном. ММ решила сходить на кухню за чаем сама. Она вошла в дверь для прислуги и начала спускаться по лестнице. И вдруг услышала, как Дэниелз говорил:

— Что, ей опять плохо? И что ты думаешь по этому поводу, Мэри?

Та ответила, что ничего не думает.

— Да ладно тебе! С ней уже такое случалось дважды, теперь сегодня. Страшное дело: она тогда в моей машине была зеленая, как трава. Так что, дорогая моя, этому есть только одно объяснение. Хочешь, поспорим, что через несколько месяцев мы услышим, как тут будет орать младенец.

— Хватит болтать, Дэниелз, — отрезала повариха. — Мэри, отнеси-ка этот поднос наверх мисс Литтон и леди Селии.

ММ мигом вернулась в холл, села в кресло в углу и сделала вид, будто читает газету. Снова войдя в комнату Селии, она спросила ее точно так же, как когда-то, много лет назад, ее спросила Селия:

— Почему ты не сказала мне?

— Не говори, пожалуйста, Оливеру. — Селия села на кровати, разрумянившись, с блестящими, словно в лихорадке, глазами. — Он пока не знает. Он страшно волнуется обо всем, начнет вокруг меня суетиться. А это ведь не помогает, как ты знаешь.

— Конечно не помогает, — согласилась ММ, — не скажу. Когда должен появиться ребенок?

— Я точно не знаю. Еще маленький срок. Не исключено, что я вообще не беременна. Доктор Перринг сделает тест. Даже он пока не уверен. Но если так, то, вероятно, в феврале.

— Что-то не похоже на тебя, — взглянула на нее ММ, — такая неопределенность.

— Я… я знаю, но при всех прочих волнениях как-то… — Селия умолкла.

— Не скажу, что завидую тебе, — улыбнувшись, заметила ММ, — но мне кажется, это известие всех обрадует. И ты ведь всегда охотно рожаешь детей?

— Да, — усмехнулась Селия, — да, охотно. Ладно, иди, ММ, мне уже лучше.

Но когда ММ обернулась с порога, чтобы улыбнуться ей на прощание, она увидела, что Селия вытерла глаза тыльной стороной ладони.

Фильм был очень хорош — комедия с Чарли Чаплином, — но даже он не смог отвлечь ММ от тревожных мыслей. В то время как все в зале, включая Гордона Робинсона, взрывались от хохота, она сидела и с беспокойством думала о Селии. После кино Гордон Робинсон предложил вместе поужинать.

— Просто чем-нибудь перекусим, может быть копченым лососем. В «Риджент палас».

ММ поблагодарила его, но сказала, что ей действительно пора возвращаться.

— Тогда я провожу вас до дома, — сказал он.

ММ улыбнулась в ответ: Гордон был очень симпатичный. Такой обходительный, такой добрый. Он был явно разочарован тем, как прошел вечер, и все же предложил ее проводить.

— Даже и не думайте, — улыбнулась ММ, — я всегда возвращаюсь домой одна.

— Тогда позвольте остановить вам такси.

— Не стоит, — запротестовала она, — право, не стоит. Я отправлюсь поездом.

— Одна! В такой поздний час!

— Мистер Робинсон…

— Гордон, пожалуйста.

— Гордон. А вы зовите меня ММ.

— Странное имя.

— Я знаю. Если я расшифрую буквы, вы будете сильно смущены.

— Боже! Тогда я не буду и спрашивать. А теперь пойдемте, здесь неподалеку я оставил свой автомобиль. Я вас отвезу. Я совершенно не намерен отпускать вас одну и не хочу, чтобы вы ехали поездом.

— Но…

— Никаких «но». Пойдемте. Сюда.

Они молча доехали до Хэмпстеда, но это молчание было легким, дружеским. ММ вдруг почувствовала себя очень спокойной.

— Пожалуйста, высадите меня здесь, — попросила она, когда они выехали на Фитцджонс-авеню. — Дальше трудно проехать по всем этим узеньким переулкам.

— Нет, — ответил он и добавил: — И вы одна ходите по этим закоулкам? Поздно ночью?

— Да, раньше ходила, — кивнула ММ, — но теперь мы живем в деревне в полной безопасности.

— Слава богу. Куда теперь?

От чашки чаю Гордон отказался и даже пришел в некоторое замешательство, что она ее предложила. ММ заснула уже не такая счастливая, почти озабоченная. Как далеки они друг от друга: он такой респектабельный, таких строгих взглядов, а она… она незамужняя мать. Это уже не изменить. Нужно, наверное, поскорее с ним расстаться. Пока не стало хуже.

В лаборатории Вестминстера молодая лаборантка склонилась над образцом на столе, настроила окуляры, еще раз для верности заглянула в микроскоп и затем аккуратно и четко записала на листе результаты анализа. В такой работе точность обязательна, просто необходима. Если женщина ждет ребенка, она должна заранее знать об этом — от этого ведь порою многое зависит в жизни. Ошибки здесь непозволительны. Вот этот анализ, наверное, кого-то обрадует, но, уж конечно, не жабу… А может, и не обрадует — и такое сплошь и рядом случается.

— Что ж, Селия, есть новость, — улыбнулся доктор Перринг.

— Да? — сглотнула она.

— Очень хорошая.

— Ага… — Ну вот и оно. Для нее это плохая новость. Надежды нет.

— Вы действительно беременны. Судя по тому что вы мне сказали, уже два с половиной месяца. Может быть, чуть больше. Поздравляю вас.

— Спасибо. — Селия попыталась улыбнуться, чувствуя при этом тоску, тяжесть и усталость. Доктор заглянул ей в глаза, и в его взгляде что-то промелькнуло — очень доброе, понимающее, сочувственное.

— Вы должны себя беречь, — предупредил он. — Во-первых, у вас и беременности были непростыми, а во-вторых, прошу прощения за недостаток галантности, вы уже… не так молоды.

— Да, — вздохнула она, — не так. Мне уже тридцать пять.

— Думаю, вам будет нелегко. Но вы везучая, у вас крепкий организм, и о вас есть кому позаботиться. И я уверен, что все ваши дети придут в восторг.

Конечно, если не узнают, что этот ребенок, может быть, приходится им братом или сестрой всего лишь наполовину, а к Оливеру вообще не имеет никакого отношения. Селия на миг представила, в какой атмосфере враждебности и злобы оказались бы она и ребенок, если бы дети узнали, как она оскорбила их отца.

— А что говорит ваш муж?

— Что?

— Вы уже сообщили ему?

— Нет, пока нет.