Семь сестер. Сестра луны - Люсинда Райли

– Согласна с тобой. Я тоже скучаю по Южной Америке. Зато Лусия, по-моему, здесь счастлива. Она покорила Америку. Победила Аргентиниту на ее собственной территории. Может, сейчас Лусия хоть немножко сбавит обороты и расслабится.

– Нет, Мария. – Менике покачал головой. – Мы с вами оба знаем, что такое никогда не случится. На ее горизонте возникнет еще какая-нибудь очередная Аргентинита… Еще одна страна, которую нужно покорить… Хочу поделиться с вами одним секретом.

– Слушаю тебя.

– Меня пригласили в Мехико выступить соло в одном очень известном кафе фламенко. Они ознакомились с рецензиями на наши выступления, которые были опубликованы в «Нью-Йорк таймс» и в других газетах.

– Понятно. И что ты решил?

– Пока еще не определился окончательно. Ведь до конца гастролей еще несколько недель. Кто знает, что будет потом? Наверное, я предложу Лусии поехать вместе со мной.

– А как же остальные члены труппы?

– Их не приглашают. – Менике взял со стола свою кружку с пивом и отхлебнул глоток.

– Лусия не поедет с тобой, Менике. Ты же знаешь это. Она не может просто взять и бросить все, оставить остальных.

– Что ж. – Менике залпом осушил кружку до дна. – Это ее выбор.

– Но и твой тоже, – возразила ему Мария.

* * *

По возвращении в Нью-Йорк артистам труппы Альбейсин был предложен контракт на выступления в известном театре «46-я улица». Но, когда они приехали в отель «Вальдорф Астория», им сказали, что свободных номеров нет и все места забронированы.

– Как забронированы?! – воскликнула Лусия в полном негодовании, пока портье сопровождал их по шикарному, отделанному мрамором, вестибюлю к выходу. – Ay! Да у них половина номеров стоят пустыми. Они должны быть счастливы заполучить нас снова в качестве своих постояльцев.

Они стояли на остановке в ожидании такси, спасаясь от весеннего ливня под каким-то жалким зонтиком; Менике обнял Лусию за плечи, пытаясь хоть как-то успокоить ее.

– Лусия, наверное, они не пришли в восторг от того, что ты сотворила с их дорогущей деревянной мебелью, со всеми этими горками и буфетами, когда мы тут останавливались в последний раз.

– А на чем мне было разогревать сардины? – совершенно искренне удивилась в ответ Лусия. – Нужны же мне были какие-то дрова для разведения огня.

В итоге вся труппа разместилась в больших комфортабельных квартирах на Пятой авеню Манхэттена.

– Я рада, что снова в Нью-Йорке. Чувствую себя здесь как дома. А ты? – спросила Лусия у Менике, распаковывая свои многочисленные чемоданы и вываливая их содержимое охапками прямо на пол.

– Нет, у меня такого чувства нет. Ненавижу Нью-Йорк. Это не мой город.

– Но тебя же здесь так любят!

– Лусия, мне надо поговорить с тобой.

– Si, конечно. Сочинил что-нибудь новенькое для нашего шоу? Я видела, как ты что-то писал на бумажке, пока мы ехали в поезде. – Лусия встала перед зеркалом, небрежно набросив на себя роскошное манто из белого меха, которое она только что извлекла из чемодана. – Как тебе эта вещица?

– Думаю, за те деньги, что она стоит, можно было бы кормить целый месяц всю Австралию, но в целом смотрится очень мило, mi amor. Пожалуйста! – Менике почувствовал, что его терпение уже на исходе и он вот-вот взорвется. – Пожалуйста, присядь на минутку.

Лусия мгновенно уловила напряжение в его голосе, сбросила с плеч манто и уселась рядом.

– Что случилось?

– Мне предложили контракт в одном очень знаменитом фламенко-клубе в Мехико. Как сольному исполнителю.

– И как долго ты будешь отсутствовать?

– Пока не знаю. Может, месяц… А может, уеду на год… Или даже навсегда…

Менике поднялся с дивана и подошел к окну, глянув вниз на бесконечный поток машин, запрудивших всю проезжую часть Пятой авеню. Даже на их тридцатом этаже было слышно, как громко сигналят клаксоны автомобилей.

– Лусия, я просто… Я больше не могу так.

– Чего ты не можешь?

– Таскаться за тобой этаким хвостиком. У меня тоже есть талант, какие-то способности… Я хочу реализовать все это, пока не станет слишком поздно.

– Конечно! Что за разговор! Предусмотрим больше твоих сольных выступлений в наших концертах. Поговорю с папой, внесем нужные изменения в репертуар. Не вижу в этом никаких проблем, – сказала Лусия, закуривая сигарету.

– Нет, Лусия. Боюсь, ты меня не поняла.

– Чего я не поняла? Говорю же тебе, я могу дать тебе все, что тебе нужно.

– А я говорю тебе, что все то, что ты мне можешь дать, мне больше не нужно. И я не хочу этого. Речь идет о моей музыкальной карьере. В сущности, речь о нашем с тобой будущем.

– Si, я тоже постоянно думаю о нашем будущем. Ты же знаешь, как давно я мечтаю стать твоей женой, однако даже спустя столько лет, что мы вместе, ты так и не оказал мне этой чести. Почему ты не женишься на мне?

– Я много раз размышлял на эту тему. – Менике повернулся лицом к Лусии. – Кажется, наконец я нашел ответ.

– И что же это за ответ? У тебя появилась другая женщина? – Лусия сверкнула на него глазами.

– Нет, другой женщины у меня нет. Хотя в каком-то смысле я был бы рад, чтобы причина была именно в этом. Лусия! – Менике опустился перед ней на колени и взял ее за руки. – Разве ты не понимаешь, что я хочу жениться на тебе? Но я не хочу жениться и на всей твоей труппе, на твоей семье, на твоей карьере, наконец.

– Я тебя не понимаю, Менике, – растерянно посмотрела на него она. – Тебе не нравятся мои родственники? В этом вся проблема?

– Напротив! Я считаю твоих близких очень хорошими людьми. Беда в другом. Я, как был, так и останусь для всех вас посторонним человеком, даже когда стану твоим мужем. Твой отец распоряжается финансами, организует гастроли… По сути, он распоряжается твоей жизнью. Впрочем, это было бы не так уж и важно, если бы не многое другое. Мне уже тридцать пять. Все, чего я хочу для нас с тобой, – это маленький домик где-нибудь в Южной Америке. Вполне возможно, и в нашей любимой Испании, когда мы сможем туда вернуться. Я хочу, чтобы после того, как мы закроем дверь своего дома, никто бы к нам не врывался в любое время дня и ночи, независимо от того, хотим мы видеть этого человека или нет. Я хочу иметь детей, но растить и воспитывать их не в поездах, а как положено, чтобы они смогли стать достойными членами общества. Во всяком случае, так растили и воспитывали меня самого. Да и тебя тоже первые десять лет твоей жизни… Я хочу, чтобы мы смогли выступать вместе, найти такое место, которое было бы рядом с нашим домом, чтобы мы каждый вечер могли уходить из дома, а потом снова возвращаться к себе и спать в собственной постели. Лусия, я хочу, чтобы ты стала моей женой в полном смысле этого слова. Я хочу иметь свою семью, свою настоящую семью… Хочу, чтобы все мы… сбавили обороты и начали получать удовольствие от того, что у нас есть, наслаждаться тем успехом, который мы уже заработали, а не очертя голову нестись навстречу новым авантюрам. Ты понимаешь меня, mi amor?