Обладать - Антония Байетт

То значит – избираю я тебя

Помощницею для моих сеансов,

Товаркой милой. А потом, как знать,

Не станешь ли сама ты Духов жрицей?..

Тебе знакомы дамы, что сегодня

Придут. Вниманья жаждет баронесса.

Она скорбит о мопсе опочившем,

Что бегает в полях извечно-летних

И лай знакомый шлёт. Будь осторожна

С судьёю Хольмом, в нём живёт неверье

И, даже усыплённое, воспрянет

При поводе малейшем. Обещает

Других всех больше – в смысле благ духовных! —

Графиня молодая Клергров, скорбью

Объятая: ужасной лихорадкой

Был сын её единственный похищен

В вояже год назад, двух лет от роду.

Прерывистое слышно лепетанье

Его нам на сеансах – о чудесных

Лугах, где он венки из маргариток

Плетёт невянущие, – но графиню

Не утешает это; бледну прядку

Она с собой повсюду носит. Жаждет

Лишь одного – на миг его ладошки

Коснуться, поцелуй ему единый

Отдать, чтоб знать доподлинно – он есть,

А не проглочен Хаосом и Тьмою…

Я говорю об этом, Джеральдина,

Поскольку… я хочу тебе поведать

О том, как мы, с кем речь имеют Духи,

Стараемся «явленьями» дополнить

Дары и знаки Духов непрямые,

Что посланы бывают осязанью,

И зрению, и слуху – да, дополнить

И подкрепить, чтоб не было сомнений,

Чтоб истинность их стала очевидной!..

Звонят, бывает, Гости в Колокольцы;

По комнате Огни танцуют;

Руки Небесные касаются нас, смертных.

Бывают и Аппорты[161]– вин бокалы,

Цветы морские, и венки со смирной.

Порой же Силы не даруют знаков.

Но даже в дни пустые – когда тело

Моё болеет и не слышит ухо

Благие голоса – приходят люди

За утешеньем, иль за верой новой.

И я просила наставленья Духов,

Как быть в такие дни – и научили

Они меня, как… разыграть «явленья»,

Скорбящих тем утешив, озадачив

Всех маловеров подтвержденьем зримым.

Перчатки белые на «паутинках»

Сойдут за руки, что живут без тела;

Небесные венки на тонких нитях

Повиснут с люстры. Что один способен

Проделать Медиум, то двое смогут

Ещё улучшить. Так стройна, тонка ты,

Меж двух экранов, верно, проскользнёшь ты?..

А ручки твои в лайке пусть игриво

Промчат по кринолину, иль колена

Мужчины-подозрителя коснутся,

Благоуханьем бороду овеют…

Что ты сказала? Лгать ты не желаешь?

Позволь напомнить, кем была ты прежде:

Хорошенькой служанкой, что смотрела

На молодого господина томно

И угодила к госпоже в немилость.

Теперь спрошу я: кто пришёл на помощь?

Кто пищу, кров, одежду предоставил?

Открыл в тебе нежданные таланты,

И томность обратил на соисканье

Духовного и прочего богатства?..

Лепечешь благодарности?.. Ещё бы.

Пусть Благодарность приведёт к Доверью!

Обман наш малый – это род Искусства,

Простым иль сложным быть оно умеет.

Так женщины всё вкладывают сердце

В одежду кукол восковых (мужчины

Из мрамора ваяют херувимов),

Иль вышивают на подушках скромных

Цветы, что на холстах запечатлены

В дворцах вельмож… Ты ложью называешь

Те mises en scene, что на театре Духов

Я составляю. Та же в них искусность,

Что и в Искусстве. Истина в них скрыта,

Как в чудесах, представленных в Писаньи.

Искусству нужен Медиум, посредник —

Колоратура, темпера иль мрамор.

Посредством красок Образ Идеальный

Жены иль Матери себя являет

(Хотя моделью, может, послужила

Распутная какая-нибудь девка).

Через посредство языка вручают

Нам Идеал великие Поэты:

Стал прахом Дант, но Беатриче – с нами.

И вот, посредством Медиума плоти

С её животной дрожью, потом, стоном

Являются Тончайшие Сознанья

Для тех, кто с верой ждёт. И той же плоти

Приказывают тайно, научают,

Как фосфор зажигать, как нити свесить,

Иль как тяжёлый стул воздеть над полом.

Телесные покровы и одежды

Себе спрядают Духи из дыханья

Моей груди, – позволь, я поцелуем

Его частицу дам тебе. А коли

Не явятся Они, не облекутся —

То почему б нам не создать подобье —

Проворством пальцев и дыханьем тем же,

Вздымающим плоть бренную?.. Понятно?..

Порой вздыхает флейта неподдельно

Их голосом. Но коль Они забудут

Играть, пусть ту же музыку надежды,

Раскаянья, томленья – извлекают

Мои ль, твои ли губы… Говорит

Об истине Искусство, но однако ж

Все чудеса его предстанут ложью

В суде мирском, у химика в реторте…

Мы истину несём по воле Духов

И проявлять обязаны искусность.

Не надо на меня смотреть с вопросом

И со слезой во взоре. Дар сердечный

Прими, бокал вина, дитя-девица,