Самые прекрасные сказки тысячи и одной ночи - Арника Эстерль

– Сезам, откройся! – И к его радости, открылся вход в тайную пещеру.

Касим кинулся внутрь и обомлел. Повсюду сверкало золото, стояли свитки дорогих ковров, лежали горы богатой одежды. Касим стал хватать мешки, набитые золотом, и стаскивать их к выходу из пещеры. Наконец у сомкнутой скалы выросла гора мешков. Оставалось вынести их наружу и погрузить на мулов. И тут Касим понял, что забыл заветное слово.

– Сафар, откройся! – выкрикнул он наугад, но ничего не произошло, и Касим в испуге начал жалобно упрашивать: – Саид, открой дверь!.. Самир, открой дверь!.. Сулейма-ан, умоляю, открой дверь!

Долго метался Касим по пещере в поисках выхода, выбился из сил и свалился радом со своим бесполезным богатством.

Прошло время, и банда разбойников вернулась с новой добычей. Увидели они мулов и удивились, неужто кто-то разузнал про их тайную сокровищницу? Выкрикнув нужные слова, они ворвались в пещеру и сразу же наткнулись на Касима.

Взмахнул атаман саблей и зарубил непрошеного гостя. Потом стали разбойники размышлять, как тот проник в пещеру? Значит, кто-то выведал их тайну? И они оставили тело Касима для устрашения храбреца, который осмелился бы войти сюда, и с гиканьем ускакали.

День сменился ночью, а Касим так и не вернулся. Наутро жена его Фатима прибежала в дом Али-Бабы.

– О, горе мне! – причитала она. – Пропал Касим! Поехал он туда, куда указал ему ты, Али-Баба. Видно, гиблое это место!

– Не волнуйся, Фатима, – успокоил ее Али-Баба. – Я разыщу его.

Оседлал он своего мула и поехал в лес к чёрному валуну. Выкрикнув «Сезам, откройся!», он спустился в пещеру и увидел убитого Касима.

– О, злосчастная судьба! Что ты сотворила с моим братом? – зарыдал он.

Но делать нечего. Погрузил Али-Баба тело Касима на мула и поспешил домой, пока не явились разбойники.

Подъехал он к воротам дома Касима и постучал в ворота. На стук вышла служанка Марджана. Как женщине разумной, рассказал ей Али-Баба всю правду и попросил держать это в тайне, чтобы не проведали разбойники, где жил тот, кто проник в их пещеру. Тут выбежала из дому и Фатима. Громче прежнего заголосила она при виде мёртвого мужа. Как и положено безутешной вдове, она рвала на себе волосы, царапала лицо и возносила руки к небу.

– Не убивайся так, Фатима, – утешал ее Али-Баба. – Мы не оставим тебя в беде, будем хорошо заботиться. А пока займёмся похоронами Касима. Но сначала нужно устроить так, чтобы никто не знал, отчего он умер.

– Пусть будет так, как ты скажешь, – смирилась Фатима.

И за дело взялась Марджана. Она побежала к торговцу травами и попросила лечебных трав для опасно больного.

– Могу я спросить, кто болен в вашем доме? – полюбопытствовал торговец.

– Мой хозяин занемог с прошлого вечера, – ответила хитрая служанка.

На другой день она снова пришла и купила снадобье, которое даётся тем, кто приблизился к смерти.

– Совсем ослаб хозяин, – печально вздохнула она. – Боюсь, не обретёт он нужной для жизни силы.

Когда наступил вечер и этого дня, Марджана пошла в дом портного Мустафы, вложила ему в руку золотую монету и сказала:

– Пойдём со мной в один дом, там есть для тебя работа. Только позволь закрыть тебе глаза.

Она завязала платком глаза портного и привела его в дом, где в затемнённой комнате лежало тело ее зарубленного хозяина.

– Сделай саван к похоронам, – коротко сказала она.

Портной почти вслепую сделал то, что ему было велено, правильно уложил тело в саван и зашил его, после чего его с завязанными глазами отвели домой.

Уже с вечера слышались по всей улице плач и стенания. И следующий день начался с горестных криков в доме Касима. Марджана пошла в мечеть и, рассказав о смерти своего хозяина, попросила имама прийти и молиться. Пришло время, и по улице, ведущей к кладбищу, за телом усопшего потянулись плакальщицы, семья и соседи Касима. Был среди них и Али-Баба.

Случилось так, как и хотел Али-Баба. Все думали, что Касим умер от долгой болезни. Соседские женщины зачастили в его дом, чтобы утешить вдову. Прошли, как полагается, и сорок дней траура. Али-Баба переехал в дом Касима. Теперь уже он торговал в магазине брата, а всю выручку отдавал его вдове.

А разбойники, вернувшись в пещеру, обнаружили, что тело проникшего в их сокровищницу незнакомца исчезло.

– Одного я убил, но есть кто-то другой, кто знает наш секрет и крадёт наше золото! – злобно воскликнул атаман.

И он послал в город вора, переодетого купцом, чтобы тот выведал, кто там недавно умер. В доме его наверняка и живёт похититель.

Первым делом переодетый вор отправился потолкаться на базар. Где же ещё гуляют слухи и носятся новости? Набрёл он на портного Мустафу. Тот так быстро и ловко орудовал иголкой, что она просто мелькала в его пальцах.

– Как только взор твой поспевает за иглой? – подивился вор.

– Всем известна острота моего зрения, – похвастал Мустафа. – Поверишь ли, всего несколько недель тому назад я зашил тело в саван в полной темноте.

– И ты можешь показать мне тот дом? – насторожился вор и положил в ладонь портного золотую монету.

– Меня вели туда с закрытыми глазами, – сказал Мустафа. Но если ты снова накинешь мне платок на глаза, я пойду по своим следам.

Мустафа встал там, где Марджана завязала ему глаза, и пошёл по улицам, держась за плечо вора. Он вслух считал шаги и вскоре остановился перед тем домом, где теперь жил Али-Баба.