Конфеты со вкусом контрабанды - Галина Анатольевна Гордиенко

Наконец Леля выдавила:

– Я, кажется, покушать захотела. И… ну, сыр взяла…

Исчерпав все смягчающие ее вину обстоятельства, она намертво замолчала.

– Точно, – с удовольствием прокомментировал Генка. – Сыр взяла. И к нему – книжку какую-то идиотскую.

– Вовсе не идиотскую, – жалобно возразила мама.

– Ха! – ответил сынок. – Это женский-то роман!

– И что? – с любопытством спросила Лера.

– Отгадай! – хмыкнул Генка.

– Ну, раз ты сказал, что паспорт нашелся в холодильнике, значит… Значит, Леля его туда положила! Когда брала сыр! Машинально! Или когда сыр возвращала! Правильно?

– Почти. В части паспорта.

– Как это? В части паспорта?

– Так! Паспорт именно таким образом попал в холодильник. А вот сыр… Знаешь, где мы на следующий день нашли сыр?

– Где?

– В маминой сумочке!

И Генка, похохатывая, пояснил:

– Она, как бутерброд себе сделала, решила сыр вернуть в холодильник, а паспорт – в сумочку. А сама, как обычно, уткнулась в книжку! Вот и перепутала. И думаете, это был единственный случай?!

Сергей Анатольевич вышел из комнаты, и через пару секунд ребята услышали, как хлопнула дверца холодильника. Вернувшись, он отрицательно помотал головой и спросил:

– Ген, следующее место?

– Сумочка!

– Н-но… она же оставалась в прихожей, – возразил Сергей Анатольевич.

Гена хмыкнул. Сергей Анатольевич вздохнул и пошел в прихожую. За ним последовали заинтригованные происходящим псы. Ванька, пробравшийся в комнату, выбрал себе самое безопасное местечко: уселся на коленях ошеломленной Лели. Лера с любопытством рассматривала несчастное личико мачехи.

Через пару минут цепочка, возглавляемая хозяином дома, вернулась.

– Где еще? – потребовал дальнейших инструкций Сергей Анатольевич.

– Она и в туалете читает! – с готовностью продал родительницу Гена. – Как-то на полу там собственное колечко уронила. Вечно что-нибудь в руках вертит. Привычка такая.

Отчим кивнул, и поисковая экспедиция снова исчезла. Гена сердито посмотрел на мать:

– Варенье из кладовки брала? Ну, к чаю?

– Брала, – опустила повинную голову Леля. – Вишневое.

Вернувшийся было Сергей Анатольевич опять испарился. Ральф преданно последовал за ним. А ленивый буль решил, что с него хватит. И плюхнулся в ноги хозяйке, доверчиво подставив ей свой розовый голый животик. Лера ожиданий песика не обманула и тут же начала это кругленькое пузцо почесывать. Клоп благодарно заурчал.

– В чем вечером была? – сурово продолжил допрос Гена, стараясь не обращать внимания на наглого Ваньку.

Попугай обосновался на плече у поникшей Лели и ворковал ей что-то утешительное прямо в ушко. Причем предельно невнятно. Успокаивало Генку одно: все равно его мать большую часть лексикона бессовестной птицы не поняла бы.

– В… в…

Мама беспомощно посмотрела на сына и призналась:

– Не помню.

– В моей зеленой рубашке! – воскликнул Сергей Анатольевич и помчался к спальне.

Потом ребята услышали восторженный вопль, его поддержал возбужденный, радостный лай Ральфа, и в зале, потрясая найденными ключами, появился старший Коваленко.

– Ну, Генка, нет слов! – прокричал он. – Я в собственной рубахе в жизни бы не догадался посмотреть!

Потом ему пришлось утешать вдруг заплакавшую Лелю. Лерке досталось успокаивать переволновавшихся собак. А счастливому Генке удалось под этот шумок добраться до попугая.

Причем, тот сам Генку спровоцировал. Просто когда Сергей Анатольевич, бросившись к жене, нечаянно смахнул его с плеча, Ванька со злости ТАКОЕ ляпнул…

Так что попугай пострадал в это злосчастное утро больше всех.

Во-первых, попал снова в клетку и был безжалостно там заперт.

Во-вторых, Генка, решив быть до конца суровым, накрыл клетку ненавистным Ваньке темным платком.

В-третьих, Генка, пока ловил попугая, в горячке боя выдрал у него из хвоста великолепнейшее перо! И прилично помял самого хозяина.

Птица настолько была деморализована своим поражением, что даже не сделала попытки популярно объяснить Генке, кто он такой и что она о нем думает. А это говорило о многом.

Короче, когда после поспешного завтрака основная часть семейства погрузилась в машину, Генкины наручные часы показывали уже семь сорок пять.

Помахав рукой вслед старому джипу, Гена почти сразу же наткнулся взглядом на идущего к нему Титова. И обреченно вздохнул: сумасшедший денек набирал обороты.

Глава 16

Ограбление пятое и последнее

В самой Москве события развивались строго по намеченному плану. Для начала, проводив родителей Светы на работу, ребята занялись установкой хитроумных жучков. Женька в очередной раз оказался вне конкуренции! Что касалось техники, естественно. Практически любой.

Первый жучок был спрятан в кухне. И знаете где? На самом видном месте: на боковой стеночке эмалированной миски, на дне которой еще оставалось немного молока. Светкина кошка утром не доела.

Второй жучок после долгих споров ребята решили пристроить в зале. По той причине, что там было больше всего мебели, оргтехники и книг. А значит, времени на эту комнату потребуется прилично. В конце концов, не немые же те грабители!

Драгоценный жучок был старательно прикреплен к металлическому карнизу. По общему мнению: там спрятать что-либо было невозможно, а, значит, и трогать карниз вряд ли будут.

Оставив растерянную и немного испуганную Светлану дома, ребята вышли из подъезда и разошлись в стороны, беря под наблюдение весь двор: нельзя было прозевать, когда квартиру примутся пасти.

Решили начать действовать сразу же. До конца каникул оставалось времени не так и много, а с этой опасной историей уж точно нужно было закончить к началу занятий.

Ребятам повезло: на трудовую вахту заступил старый знакомый. Парень, дежуривший на лестничной площадке у Наташкиной двери. Он даже не потрудился сменить свои вчерашние вещи! Благодаря одежде, они узнали его издалека. Гришка даже оскорбился:

– За баранов нас держат, что ли?!

И проводил ненавидящим взглядом парня в подъезд дома.

– Почему – «за баранов»? – удивился Жека.

– А как же? Смотри: пятую квартиру, сволочи, вскрывают, и хоть бы хны! Думают: мы не свяжем все эти ограбления в одно дело!

– Мы бы и не связали, – буркнул Гена. – Если бы Таня не подняла бучу вокруг той коробки.

– Точно, – поддержал Жека. – Мы, скорее всего, лишь в школе бы встретились. В сентябре. Меня вон предки который день на дачу пытаются запихнуть! Свежим воздухом подышать.

– А меня – к бабке, – мрачно согласился Гришка. – В Долгопрудный.

Ребята переглянулись. Титов, посмотрев на часы, подтолкнул ногой к Гришке старый, набитый различным тряпьем рюкзак. Завьялов тяжело вздохнул:

– Что, легенды менять не станем?

– А зачем? – пожал плечами Гена. – Эта, по крайней мере, новехонькая.

– Сам подумай, – влез Титов, – я к Наташке с прогулкой подкатывался, теперь ты абсолютно так же Светку из дома выдернешь! Еще заподозрят чего…

– Ладно уж!

И Гришка, мученически кривясь, поплелся к Светкиному подъезду.

* * *

Дальше все пошло как по маслу.