Второе дыхание - Мария Рассохина

и его домашние уже спят? Собственный эгоизм и муки совести не позволили мне дождаться более подходящего времени и извиниться перед ним завтра, например, в школе. Но я уже здесь.

Я ступила на территорию участка. Сто седьмой, всё верно. Скромный приземистый домик — ничего особенного. Я медленно и нерешительно шагаю к дому, так сказать, прощупывая почву и тут… ощущаю Димино присутствие совсем рядом. Сильное и отчетливое дыхание. Иду по нему, захожу за дом. Дима очень красиво и гармонично движется, делая удары руками и ногами по воздуху. Каратэ. Это выглядит завораживающе, каждое, даже самое маленькое, казалось бы незначительное движение, преисполнено смысла. Я вижу, с каким старанием и чувством он это выполняет.

Как только Дима замечает меня, в его глазах мелькает удивление, но он продолжает делать то, что делал, не говоря ни слова. Правда, теперь я замечаю в его движениях некую рассеянность. Я подхожу ближе:

— Эй, привет. Слушай, я пришла извиниться за всё. Я делала все те глупости не со зла, просто у меня в голове переклинивает иногда. Прости.

Ноль внимания. Я подхожу еще ближе и ору ему буквально в ухо:

— Алё! Скажи хоть что-нибудь! Это по крайней мере невежливо!

Дима продолжает, словно меня вообще нет, ничто не может сбить его с ритма. Он сдвигает меня своим корпусом, резкие удары пролетают совсем рядом. Я уже направилась к велосипеду, чтобы уехать, но тут до меня донеслось:

— Впредь, не мешай мне, когда я делаю ката. Просто подожди немного, это вроде не так долго.

— Я пришла извиниться, стою тут распинаюсь, а ты машешь руками и ногами у меня перед носом и вообще не замечаешь. Какое неотложное дело!

— Когда делаешь ката, ничто не должно отвлекать, ясно? И к тому же, неужели ты думала, что я сижу тут круглые сутки и только и думаю «Когда же Полиночка придет и извинится передо мной? Ах!»

— Нет, но… — я устала возражать. На этот раз лучше промолчу вместо того, чтобы говорить очередную глупость. Не стоит сразу после извинений снова вступать в конфликт.

— В общем, я тебя предупредил. В следующий раз не мешай.

— Идем в дом, а то промокла совсем — после небольшой паузы добавил Дима.

Слава богу, он пригласил в дом. А то не знаю, что бы я дальше говорила, да и дождь замучал уже.

— У тебя дома есть кто-то?

— Все. Мама, сестры и любимый братик, конечно.

— А они не будут против, если я войду? Уже ведь поздно.

— Нет, нормально все. Уж под дождь-то тебя выгонять они точно не будут.

— Вы с братом так и не помирились?

— Я бы не сказал, что мы в принципе когда-либо пребываем в состоянии мира. Но сейчас мы как обычно благополучно друг друга игнорируем или перебрасываемся колкостями. Перед мамой и сестрами я извинился за то, что мы устроили. Так что считай, все в порядке.

Мы вошли на кухню. У окна на кресле-качалке развалился длинный темноволосый парень с фингалом и ссадинами на лице. Он с огромным интересом рассматривал свой бицепс на правой руке.

— А! Опять баб водишь! — он надменно взглянул на Диму.

— Знаешь, Даня, я думаю, твоя методика, к сожалению, не работает. Если долго смотреть на бицепс, он не вырастет.

— Когда ж ты успел, ты вроде ката свои крутил?

— Так получилось. Передо мной невозможно устоять, девчонки сами налетают.

— Придурок.

— Познакомься, это Полина.

— А как же девуля с каратэ?

— А ты разве не должен был помыть посуду? — спросил Дима, проигнорировав вопрос брата и глянув на раковину.

— «А ты разве не должен был помыть посуду?» — передразнил Даня дурацким голосом — Иди, лапай свою подружку.

Их диалог не походил на безобидную перебранку двух братьев, они искренне друг друга не переносили.

Даня поднялся с кресла, подошел и тыкнул мне в плечо своим длинным пальцем:

— И смотри, девочка, не прыгни на него сразу как только увидишь его черный пояс по каратэ.

С этими словами, что-то насвистывая, Даня вышел из дома. Я чувствовала себя ужасно неловко.

— Не обращай внимания на этого извращенца.

Дима усадил меня за стол и поставил под нос чашку чая. Как кстати!

— Ну выкладывай. У тебя на лице написано, что тебя беспокоит что-то еще.

Я решила не тянуть и выпалила:

— Ну раз уж я здесь, можно у вас переночевать?

Дима удивленно взглянул на меня.

— Просто я почувствовала, что сейчас дома мне не место.

Дальше я рассказала Диме о том, как у нас появилась Аня, и что она может быть той самой избранной, которая разрушит Водную стену. Я говорила о том, как с ней спелся мой брат, и как мама теперь с ней возится.

— Я не совсем понял, почему вы решили, что она избранная? Даже если верить, что она прошла через Водную стену, это еще ничего не доказывает.

— Но с ее появлением в деревне начались дожди. Да и Покрышки теперь совсем зачастили.

— В новостях говорят, что возможно, дожди и частые Покрышки являются следствием ослабления Водной стены. Может быть, поэтому девчонка смогла пройти. Оказалась в нужное время в нужном месте. Я все же думаю, что избранный — это кто-то внутри деревни.

— Возможно. Так что мама сейчас занимается исследованиями.

— …Если этот избранный вообще есть, в чем я сомневаюсь с каждым годом все больше.

Мы очень долго рассуждали на эту тему и случайно заснули прямо за столом. Я проснулась от разразившегося надо мной голоса:

— Вы что, были настолько бухие, что даже до кровати не доползли? — проворчал Даня — Сдрысните отсюда, алкоголики, вам в школу пора.

Школа. От этого слова мое сердце взволновано застучало. А я уже успела о ней забыть. Рюкзак у меня дома, да и домашка не сделана — прогуляю сегодня.

Дима с недовольным кряхтением поднял голову со стола и немного размял шею.