Дом с колокольчиком - Лев Кузьмин

Дашутка поставила перед ним полное блюдце молока. Котёнок молоко вылакал, но от Дашутки тоже отвернулся.

Он не стал на неё смотреть даже тогда, когда маленькая Дашутка принялась разговаривать с ним так же ласково, как ласково разговаривает на ферме с коровами мать:

– Ну что-о ж ты… Ну что-о ж… Ну, погляди на меня! Ну, помурлычь… Мы-то ведь для тебя стараемся, мы-то ведь тебя очень любим! Мы даже к Плюху из-за тебя не побоялись войти, а ты всё сердишься… Эх ты, Сердиткин! Эх ты, Хмуркин! Эх ты, Гордей Гордеевич… – И Дашутка вдруг замерла, уставилась на Таню: – Слушай! А ведь его прямо так Гордеем и можно назвать!

– Верно! – засмеялась Таня. – Он Гордей и есть. И пускай у всех коты Васьки, а у нас будет – Гордей! Важный-преважный, ни у кого такого нет.

И тут котёнок уселся, голову поднял, этак бочком, зелёным глазком глянул на Дашутку, глянул на Таню, повёл чинно усишками, в которых застряла белая капля молока, – и замурлыкал!

Как видно, имя Гордей ему очень понравилось.