Комиссар Гордон. Первое дело - Ульф Нильсон

Комиссар покачал головой и разлил чай по чашкам.

Вдруг бельчонок нахмурился.

- Подлые воришки! - воскликнул он. - Где эти водлые поришки?

- Воры пойманы, во всём сознались и вернули украденное, - сказал комиссар. - Они некоторым образом в тюрьме. Но можно сказать… можно сказать, что их нет.

- Как это нет?

- Выпей чаю, - сказал комиссар.

- И съешь кекс!

Бельчонок съел кекс и попросил ещё один. Они так сладко пахнут, сказал он, и он так любит смородиновый джем. Это почти так же вкусно, как орехи. Доев, бельчонок повеселел.

- Я почти ничего не понял, - сказал он и подул на чай.

- Понимать не обязательно, - сказал комиссар. - Главное - чувствовать, что всё правильно.

Бельчонок выпил чай.

- Но я всё же хочу увидеть воров, - сказал он. - Я хочу знать, как выглядит вор!

Комиссар снял со стены маленькое зеркало. Что за странная штука? - подумал бельчонок. Дома у него зеркала не было - ведь он не любил современные вещи.

Бельчонок посмотрел на существо в зеркале. Он никогда толком не видел себя со стороны и насторожённо поглядывал на отражение.

- Он злой, жадный и ненасытный! - заключил бельчонок.

- Да, - согласился комиссар. - Временами. Но ещё он бывает весёлым и добрым.

Бельчонок обрадовался.

- Возможно, - сказал он и снова посмотрел на отражение. - Возможно, и немного добрым тоже.

И вернул зеркало комиссару.

- Я не очень разбираюсь в этих современных штуках, у меня от них голова кружится, - сказал он и собрался уходить. - Спокойной ночи!

- Спокойной ночи!

Комиссар и Жаби остались за столом допивать свой чай.

С улицы до них доносился голос бельчонка:

- Сто четыре, сто пять, сто шесть, сто семь, сто восемь, сто девять…

Комиссар Гордон и Жаби сидели рядом за письменным столом, довольные и счастливые. Правда, они старались сохранять серьёзный и значительный вид - они же были настоящие полицейские.

Вдруг вернулся бельчонок. Он принёс им в подарок большой орех.

Комиссар и Жаби важно кивнули ему, как и подобает серьёзным и значительным полицейским.

- Я решил подарить вам этот красивый и необычный орех, - сказал бельчонок, - Это очень хороший подарок. Орех наверняка двойной, и мне его уже очень не хватает, но мне так хотелось вас отблагодарить.

Бельчонок положил орех на стол и поклонился. Комиссар и Жаби тоже поклонились. Когда Вальдемар закрыл за собой дверь, Жаби взяла орех и прогрызла сверху большую, ровную и красивую дырку. Сунула туда свою тонкую лапку и вытащила два ореха.

- Двойной! - обрадовалась она. - Можно загадать два желания.

Будет лучше, если загадает комиссар, решила Жаби. Это должно быть что-то важное для полицейской работы, а не какая-нибудь чепуха. Поэтому пусть загадывает тот, у кого больше опыта.

Комиссар торжественно улыбнулся, сплёл пальцы и прокашлялся.

- Мы, полицейские, хотим, чтобы преступлений не было. В хорошем полицейском округе не должно быть преступлений!

- А разве мы не хотим, чтобы было побольше ужасных воров, которых мы могли бы поймать? - спросила Жаби, - Побольше трудных и захватывающих расследований?

Комиссар бодро помотал головой:

- Нет. Лучше пусть ничего не происходит, вообще ничего!

Жаби немного подумала и кивнула.

Комиссар думал о камине, о чашке чая и кексах. Он вздохнул.

- Мы, полицейские, хотим, чтобы наказаний тоже не было. Лучше всего, если воры по мере необходимости будут наказывать сами себя. Тюрьму надо обустроить поуютнее. Пусть там живёт тот, у кого нет дома. Например, помощник полицейского…

Жаби была с ним совершенно согласна и чем больше об этом размышляла, тем довольнее становилась.

Комиссар вспомнил о кроватях и начал клевать носом.

- Ты можешь загадать ещё одно крошечное желание! - сказала Жаби.

Комиссар встряхнулся.

- В таком случае я желаю нам подольше поспать завтра утром.

Комиссар достал листок бумаги и записал самые главные желания.

- Ставим печать! - воскликнула Жаби.

И они вместе достали печать и поднесли её к бумаге. Жаби подвинула печать чуть вправо.

Комиссар - чуть влево. Потом они вместе изо всех сил нажали: КА-ДАНК!

- Я положу эту бумагу в ящик для важных записей, - сказал комиссар.

Полицейские улыбнулись друг другу.

Они раскрыли своё первое дело.