Очарованная призраками - Лора Себастьян

словно она была изначальной частью меня.

 Я дотрагиваюсь до взятой взаймы магии, как ребенок до начавшего расти зуба. Понятия не имею, как использовать, но если я…

– Ланселот должен сражаться, – медленно произношу я.

 Открываю глаза и понимаю, что Гвен и Гавейн уставились на меня во все глаза.

– Но он может погибнуть, Элейн, – напоминает Гвен.

– Он не умрет, – заверяю я. – Гавейн, принеси его щит.

 Гавейн не ждет, когда я повторю приказ, – тут же убегает в сторону палатки.

– Он не должен сражаться на том поле… но Ланселот сразится.

 Ланселот хмурится.

– А это еще что означает?

– Исцеление – сложный процесс, этому невозможно так сразу научиться. Но вот иллюзии… иллюзии – это просто, ведь так? – спрашиваю я у Гвен. – На Авалоне даже малые дети могли их сотворить. И вы с Морганой тоже могли это сделать.

– Да, это легко, – теряется Гвен. – Но у меня нет магии. Я не смогла бы даже сделать невидимым собственный мизинец, что уж говорить про остальное.

– Но что, если я смогу это сделать? – Я поднимаю на Гвен взгляд. – Исцелить у меня вряд ли получится, но зачаровать щит я, возможно, смогу. Пусть тот, кто поднимет его, будет выглядеть как Ланс. Даже если на самом деле это будет не он. Даже если на самом деле это будешь ты.

 Руки Гвен замирают, а потом она тоже поднимает на меня взгляд.

– Ты хочешь, чтобы я сразилась за него? – Ее глаза на мгновение вспыхивают, а потом она качает головой. – Я не могу. Даже в броне… никто не поверит, что я – это он.

– Для этого и нужны иллюзии!

– Ты хочешь использовать магию Морганы. И мою, – медленно говорит она.

 Я сглатываю.

– Я бы никогда этого не сделала без надобности. – Я чувствую себя вором. – Но…

 Гвен делает глубокий вдох – ей это не нравится, но она все равно кивает.

– Только в этот раз.

 Я киваю, хотя, судя по моим видениям, я нарушу это обещание.

– Только в этот раз.

 Гавейн приносит щит Ланселота, и Гвен надевает его доспехи. Они ей велики, но она все равно может в них двигаться. И даже в таком состоянии Гвен – более яротсный противник, чем все остальные.

– Ты точно справишься? – спрашивает ее Ланселот, и в его голосе слышится волнение.

 Гвен делает выпад, поднимая меч повыше.

– Да. – И в ее голосе нет места сомнениям.

– Ее сразу узнают. – Гавейн качает головой.

– Дай-ка мне щит, – говорю я.

 Гавейн молча протягивает мне щит – металлический, выкрашенный в цвета Камелота, красный и золотой.

– Элейн, ты уверена, что сможешь? – спрашивает Гвен.

 Она рассказала мне об основах магии, пока мы ждали возвращения Гавейна: как отыскать силу в пальцах, как направить ее в щит.

 «Представь это, – сказала она. – Представь то, что должно случиться. И поверь, что так и будет».

 Я ей не отвечаю. Прежде я никогда не пробовала колдовать: это не так-то просто. Кажется, что магия внутри меня живет свой жизнью.

 Гвен, Ланс и Гавейн молча наблюдают за мной. Я чувствую ароматы жасмина и апельсинов – запах Морганы, но немного не такой, как раньше. И щит начинает дрожать в моих руках.

– Элейн, – шепчет Ланс.

 Я не отвечаю – протягиваю щит Гвен, и она без колебаний его принимает.

– Давай же. Подними его.

 Гвен смотрит на меня так, словно никогда в жизни меня не видела, но слушается и поднимает щит, будто собирается блокировать удар.

 Воздух вокруг на мгновение сгущается, а потом тело и лицо Гвен меняются. Это больше не ее черты. Это черты Ланселота.

40

 Я возвращаюсь на место, когда трубы возвещают о начале финального поединка. Ланселот остался в лесу: если он вернется в палатку, то люди заметят, что теперь на турнире два Ланселота. Мы вернемся за ним, как только сможем.

– Куда подевалась Гвен? – спрашивает Артур, когда я прохожу мимо.

 Отец косится на меня, и я понимаю, что он тоже ждет ответа.

– Девичьи проблемы, – осторожно произношу я. – Но она скоро вернется, я уверена… она ни за что не пропустит хорошую схватку.

 Последнее замечание предназначено только для ушей Артура, но он хмурится, не понимая. Моргана подмечает, что что-то не так: я чувствую на себе ее взгляд и стараюсь не потонуть в чувстве вины.

 Как только Гвен выходит на поле и начинает сражаться, Артур тут же ее узнает. Иллюзия обманула окружающих, но Артур всегда очень внимательно наблюдал за тем, как сражается Гвен. Моргана находила турниры скучными, но он узнает движения меча, и ее изящную походку, и ее скорость. Гвен была куда быстрее Ланселота.

– Элейн, – шепчет он. – Что ты сделала?

 Я не отвечаю, но Артур этого и не ждет. Его взгляд прикован к Гвен: она едва успевает отклониться, чтобы избежать удара Ламорака, и валит его на землю, касается лезвием шеи – одним изя-щным движением.

– Если кто-нибудь узнает…

– Никто не узнает, – шиплю я сквозь сжатые зубы.

– Похоже, твой парень быстро оправился. – Отец привлекает мое внимание. – Я думал, та рана ему сильно помешает.

– Он крепче, чем кажется, – улыбаюсь я.

– Я слышал, что фейри быстро исцеляются, – продолжает он. – Но это практически чудо.

– Может, рана только казалась серьезной. – Я пожимаю плечами. – Из-за кольчуги сложно было понять.

– Может, – бормочет отец неуверенно.

 Гавейн проигрывает вскоре после этого – хотя, кажется, он делает это специально. Я заметила, как он поднял на меня взгляд, прежде чем упасть и позволить противнику коснуться его шеи.

– Любопытно, – продолжает отец. – Многие поставили на сэра Гавейна неплохие деньги. Считали, будто он победит… ходили слухи, что он тренировался в Тинтагеле. Что он более искусен, чем его отец, а это о многом говорит.

– Что ж, – я не отрываю взгляда от Гвен, – у всех бывают плохие дни. А кто этот, последний? – Я оглядываю противника Гвен – настоящую гору мышц с сальной бородой, выглядывающей из-под шлема.

– А, – отвечает отец, – это лорд Уред. Настоящая проблема. Выиграл турнир в Камелоте прошлой осенью, хотя кое-кто говорит, что он сжульничал.

 Лорд Уред тут же бьет Гвен локтем в лицо и сшибает с нее шлем, но щит она не выпускает, и иллюзия не исчезает. Хотя теперь видно, что нос ее сломан: из него струйкой стекает кровь.

 Артур хватает меня за руку.

– Все в порядке, – шепчу я так тихо, чтобы Моргана не услышала тоже. – Гвен и с худшим справлялась.

 Он качает головой.

– Лорд Уред не собирается сражаться честно, у нее нет ни шанса.

– Гвен на тебя непохожа. Если он