Семья - Тони Парсонс

Она скажет Оливии: «Посмотри, твой ребенок дал жизнь другому ребенку». И даже если мать не увидит в этом чуда и не испытает никакой радости, Кэт не будет держать на нее обиды, а только пожалеет ее.

Кэт посмотрела на своего сына, такого красивого и совершенного, и на мужчину рядом с ней — мужчину, который пытался устроиться как-нибудь так, чтобы не сидеть на заднице, и подумала, что эту забавную рану он получил, защищая их двоих от нападения хулигана, и тут же поняла, что обязана ему жизнью.

Тут к ней на кровать присел Паоло с двумя маленькими девочками на руках, Вей и Поппи, и обе стали торжественно разглядывать это странное существо, которое было гораздо меньше их самих. А потом его тронула за плечо Меган.

— Тебя ждет Джессика, — сказала она, забирая Поппи у него из рук. — В коридоре.

Паоло сперва ничего не понял, а потом кивнул, взял Вей за ручку и вывел из палаты. Джессика ждала его напротив двери.

— Ты еще не догадался? — спросила она.

Паоло посмотрел на жену, все еще одетую в праздничное платье и с конфетти, застрявшими в волосах, и у него не возникло ни малейших представлений, о чем он должен был догадаться. Разве на сегодня мало приключений?

— Иди сюда, глупый! — воскликнула Джессика. Она взяла его руку и положила себе на живот, а потом заглянула ему в глаза, и он тоже посмотрел в ее глаза — в глаза, которые знал лучше своих.

И тут у него отвисла челюсть. Оказывается, такое в жизни случается. Челюсть у человека действительно может отвиснуть, а рот — непроизвольно раскрыться.

— Не может быть! — потрясенно сказал он.

— Может! И не только может, но уже определенно есть! Меган тебе все объяснит. С научной точки зрения. Впрочем, в жизни есть вещи, которых не понять даже докторам. Я имею в виду нашу удачу.

Паоло продолжал смотреть на жену, и от навернувшихся слез ее красивое лицо поплыло у него перед глазами. Он не знал, что сказать. Он даже не понимал, что чувствует в этот момент.

И тогда он поднял на руки дочь, и она посмотрела на него своими огромными карими глазами, и в этих глазах светилась старая, как мир, радость — радость ребенка, который знает, что он любим, и чувствует себя в безопасности.