Феечка - С. И. Вендел

озадаченным часовым, он добавил, — потому что мне чертовски любопытно, как ты оказалась в компании орочьего военного отряда.

Судьбы, с чего вообще начать?

— Э-м, королева…

Равенна оглянулась и увидела, что Белларанд шутливо тычет рогом в копье одного из воинов.

Алларион хлопнул своего скакуна по боку:

— Не пугай их.

На то, что единорог фыркнул в ответ, Алларион лишь закатил глаза.

— Опасности нет, — заверила часового Равенна, вытирая слезы. Протиснувшись между Белларандом и берсерком, она погладила единорога по лоснящейся черной морде. — Это верные друзья.

Белларанд приветственно кивнул, его рубиновые глаза светились весельем. Настоящий сорванец. Когда он выдохнул горячий воздух ей прямо в лицо, Равенна не смогла сдержать слабой улыбки.

Подошел Оберон и коснулся рогом рога Белларанда. Вид того, как их единорог спокойно приветствует чужака, немного успокоил воинов, и они медленно опустили копья.

— Я не причиню вам вреда, — произнес Алларион на орочьем. — Я старый друг Равенны и пришел ей на помощь.

От этих слов глаза снова защипало.

— Алларион, тут такое случилось…

Он посерьезнел и по-отечески приобнял ее за плечи.

— Рассказывай всё, Вороненок.

— Пиздец, — Алларион стоял посреди большого шатра, в шоке уставившись на Лейту. — Это меняет всё.

Сама Лейта, судя по всему, восторгов не разделяла: она сидела на своей койке в углу, поджав губы и хмуро глядя на них снизу вверх.

У них ушло немало времени, чтобы подняться к лагерю. Равенна, захлебываясь слезами, объясняла, как попала к оркам и стала парой их короля. Труднее всего было рассказать о вчерашнем пленении Валлека.

Пока она представляла Аллариона Асте и Маттиасу, подтверждая, что его и Белларанда нужно принять как почетных гостей, она успела изложить суть дела. Но она так много хотела рассказать, что, войдя в шатер, совершенно забыла подготовить его к встрече с наследницей престола фэйри.

Алларион потер лицо рукой, выглядя совершенно ошеломленным.

— Значит, твой муж — король орков, а в плену у тебя — особа королевской крови фэйри. Я ничего не упустил?

— У Амаранты мой азаи.

— Ах да, это. — Алларион недовольно поджал губы. — Богини, Вороненок, я боялся, что ты влипнешь в неприятности, если останешься одна, но такое мне и в страшном сне не снилось.

— Я должна вернуть своего мужа. — Она пока не стала говорить ему об обмене. Он и так был на нее зол.

Алларион кивнул, снова переводя взгляд на Лейту. Они долго изучали друг друга, пока Лейта не нарушила тишину:

— Ты не похож на ее подданных.

— Потому что я не из них, — легко ответил он. — Я порвал с Амарантой и Фэйрилэндом. Как и ты, полагаю.

Лейта не заглотила наживку:

— Это не объясняет, почему твоя кровь не черная.

— А, это заслуга моей азаи.

Равенна ахнула, не веря своим ушам. С восторженной улыбкой Алларион рассказал о своих приключениях в человеческом королевстве Эйреан и о том, как целая деревня иных обосновалась там в поисках пар среди людей. Сам Алларион нашел свою судьбу в женщине по имени Молли; он увез ее в свой новый дом в Скарборо, и она помогла ему закрепить связь с землей.

— Как только это было сделано, мы отправились на юг, к твоему убежищу. — Улыбка Аллариона погасла. — Мы пришли за тобой, но тебя там не было.

Равенна покачала головой. Она не собиралась извиняться, потому что не жалела о содеянном.

— Мне жаль, что я заставила вас волноваться. Но я никогда не планировала оставаться в том лесу навсегда.

Алларион выглядел расстроенным, но отчитывать ее не стал.

— Что сделано, то сделано, — сказал он наконец. — Главное, что мы в итоге нашли друг друга.

— Как ты меня выследил? — Это казалось почти чудом. Да, они передавали весточки через связи в Эйреане, но, судя по всему, Алларион их даже не получал.

Он криво усмехнулся:

— Единороги. Помогло и то, что мы с Молли тайно жили в поместье моей матери. Там Белларанд услышал весть. Табуны вывели нас к землям орков, где Белларанд смог связаться с Каллистикс. Она-то и отправила нас на запад искать тебя.

Упоминание о «бабушке» заставило сердце Равенны заныть с новой силой. Ей бы сейчас не помешали железная воля и советы матриарха. Впрочем, несложно было догадаться, что бы сказала Каллистикс.

— Убей суку. Верни своего мужика. Делов-то.

— Очень похоже на мою мать, — хмыкнул Оберон.

— Ты оставил свою азаи, чтобы найти меня? — прошептала Равенна.

— Молли понимает. С моей родней она в безопасности.

Равенна не знала, что ответить. В животе неприятно засосало от мысли, что еще кто-то пожертвовал собой ради нее. Ей это осточертело — быть вечной причиной чужих бед.

Снова взглянув на Лейту, Алларион спросил:

— Амаранта прислала условия?

— Да. Я отправила встречное предложение. Ждем ответа.

Он рассеянно кивнул.

— Если бы стало известно, что жива наследница королевской крови, ты бы не шла в бой в одиночку. — Он перевел тяжелый взгляд на Равенну. — Фэйри живут в вечном страхе. Все понимают, что Амаранта — тиран, но им просто некуда податься. Если предложить им другой путь, большинство пойдет по нему.

Сердце Равенны болезненно екнуло, но она запретила себе надеяться. Надежда уже обошлась ей слишком дорого.

— Буду честна: судьба Фэйрилэнда меня мало волнует. Я хочу только освободить своего мужа.

— Понимаю. Твоя верность принадлежит твоему орку. — Алларион печально улыбнулся. — А моя — Молли и нашему дому в Эйреане. И всё же… — он вздохнул, подошел к Лейте и опустился на колено перед ее койкой, — не всё потеряно для наших земель.

Лейта вжалась в спинку кровати:

— Я не желаю участвовать в ваших планах. Я один раз сбежала оттуда — второй раз удача мне не улыбнется.

— Великой судьбы стоит опасаться, это правда. Но она настигнет тебя так или иначе. Должна быть причина, по которой ты спаслась во время той резни.

Лейта оскалилась:

— Причина в моей матери и сестре. Они умерли, чтобы я жила.

— И что ты сделаешь с этим даром?

— Они хотели, чтобы я жила, и я живу, — выплюнула она. — Поступить иначе — значит оскорбить их жертву.

— Оскорбить… или почтить?

— Попасть к ней в руки — именно то, чего они пытались избежать ценой жизни.

— Так не попадайся, — сказал Алларион. — Воспрянь.

Лицо Лейты потемнело от гнева, и она отвернулась.

Когда стало ясно, что она больше не проронит ни слова, Алларион встал. Он увидел, как побледнела Равенна.

Они умерли, чтобы я жила.

К горлу подкатила дурнота.

Алларион мягко коснулся ее плеча:

— Если ты выиграешь мне немного времени и переправишь через воду, у нас появится шанс.

Поздно вечером, после