Снова почувствуй - Мона Кастен

Она. Не. Замолкала.

Меня мучил вопрос, как Исаак выдерживал работу с ней. Это была самая длинная смена, которую я когда-либо проводила в стейк-хаусе. После того как она наконец со мной попрощалась, а я сняла фартук и повесила обратно в шкафчик Исаака, у меня совсем не осталось сил. Я уже представляла себе, как упаду на свою кровать в общежитии и буду просто наслаждаться тишиной, но потом бросила взгляд на мобильник и застыла.

Три непрочитанных сообщения. И один звонок. Все от Исаака.

Сердце упало в пятки, и я дрожащими пальцами открыла сообщения.

«Почему ты не берешь трубку?»

«О, так кажется, что случилось что-то плохое… но это не так! Хорошие новости!»

И затем третье сообщение.

«О’кей, я больше не вытерплю: мама очнулась. Все нормально».

Я перечитала сообщение еще раз. И еще. Колотящееся сердце подпрыгивало до самого горла, и внезапно я ощутила лишь одно желание: мне нужно увидеть Исаака.

Так быстро, как только могла, я напечатала:

«Где ты?»

Его ответ пришел через полминуты.

«В квартире. Только что вернулся из больницы».

«Никуда не уходи».

На улице было так холодно, что я совсем замерзла, пока добралась до его дома. Там проскакала вверх по лестнице, причем больше подтягивалась по перилам, чем на самом деле подпрыгивала.

Когда я стукнула в дверь всего второй раз, он ее распахнул и улыбнулся мне. А в следующий момент притянул меня в свои объятия и оторвал от пола.

– Врачи говорят, она на пути к выздоровлению. И через полторы недели сможет вернуться домой. Ей можно будет домой, Сойер! – взволнованно воскликнул он и выглядел при этом гораздо более живым, чем в последние несколько дней, от чего у меня в сердце появилась необыкновенная легкость. Я уткнулась лицом ему в шею и глубоко втянула в себя его знакомый запах.

– Это здорово, Исаак. Просто здорово, – пробормотала я, наслаждаясь ощущением его рук на моем теле.

– Да, правда? – Он снова поставил меня на ноги. Потом нахмурился. А через секунду наклонился вперед и понюхал мои волосы. – Ты пахнешь стейком.

Я кивнула:

– Взяла сегодня одну смену.

Он закрыл дверь.

– Ты взяла смену? Помимо всех остальных своих дел?

Кивнув, я потерла глаза холодными руками.

Исаак посмотрел на меня так, как будто только что сообразил, кто стоял перед ним.

– Почему ты это сделала?

– Потому что я тебя…

Ох, твою мать.

Не лучший момент.

Совсем не лучший момент, чтобы признаваться в своих чувствах. На самом деле это наихудший момент, который я только могла для этого выбрать. Слова едва не вырвались у меня прямо посреди коридора, пока я стояла в теплой зимней одежде, с мокрым носом и онемевшими от холода руками.

Взгляд Исаака потемнел.

– Потому что ты что?

– Ничего. Я устала. У вас еще есть еда? Джан дома? – быстро спросила я, скинув сначала куртку, а потом первый сапог. Но прежде чем успела снять второй, Исаак поймал меня за руку и притянул к себе. Очень близко, пока наши лица не оказались на расстоянии всего пары сантиметров друг от друга. Я видела неуверенный блеск в его глазах, когда он положил вторую руку мне на спину.

– Потому что ты меня что, Сойер? – хриплым голосом спросил он.

Я тихо выдохнула.

– Потому что тебе нужна моя помощь, а я хочу, чтобы тебе стало лучше.

– Но почему? – снова задал вопрос он, как будто надеялся на другой ответ.

– Потому что я мазохистка. Честно, другое слово, которым можно назвать болтовню Элис, мне даже в голову не приходит. – Я избегала его взгляда, однако, когда он тихо засмеялся, у меня стало так легко на душе. – Как ты только мог пойти с ней на свидание?

– Я ведь тебе уже говорил, что это было не свидание, она новенькая в городе, мне стало ее жалко, потому что у нее нет друзей. Кроме того, она показалась мне достаточно милой, чтобы свести ее с Джаном. Серьезно, ты правда думала, что я так легко покончу с нами и не моргнув глазом пойду искать себе другую?

Я неловко пожала плечами:

– Вы флиртовали.

– Что? – в недоумении спросил он. – Когда я, прости, с кем-то там флиртовал?

– Когда я в последний раз была в стейк-хаусе, ты завязывал ей фартук.

У него приподнялся уголок рта.

– Ты тоже часто завязывала фартук Роджеру.

– И ты помог ей спуститься со стремянки. – Я и сама поняла, как глупо это прозвучало, но почему-то не могла ничего с собой поделать.

Я ничего не могла с собой поделать, потому что была так сильно в него влюблена, что это сводило меня с ума.

– Клянусь тебе, что между нами ничего нет. И не было. Я бы никогда… – Он покачал головой.

– Я действительно думала… В смысле… Кто-то вроде нее просто больше бы тебе подошел, – беспомощно произнесла я.

Его хватка у меня на спине стала крепче.

– Нет никого, кто подходил бы мне больше или кого бы я хотел больше, чем тебя, Сойер. Никого.

Мне до сих пор сложно было поверить в то, что он правда так считал. И что он говорил это, хотя вокруг нас царил самый настоящий хаос. Но сейчас что-то изменилось. Сейчас я хотела ему верить. Я хотела быть для него той самой. И если последние недели что-то мне и показали, так это то, что теперь я не могла представить себе жизнь без него.

– Я тебя люблю, – выпалила я.

Я все еще стояла в одном сапоге, пахла жирным стейком, а из носа у меня текло, но мне было плевать.

– Что? – прохрипел Исаак.

– Знаю, что сейчас не лучший момент, чтобы тебе это говорить. Я плохо выгляжу, а у вас в коридоре не особенно романтично… даже по моим меркам. Но, – я неуклюже пожала плечами. – Я люблю тебя, Исаак. И даже очень сильно.

А потом он меня поцеловал.

Его губы накрыли мои и открылись, и когда наши языки встретились, я издала отчаянный всхлип. Как же я по нему скучала. Он запустил одну руку мне в волосы, а другой так крепко прижимал меня к себе, что мне стало почти нечем дышать. Но и дыхание, как и мой сапог или мокрый нос, отходило на второй план, пока он не останавливался.

– Я тоже тебя люблю. Очень, – задыхаясь, произнес он и тут же поцеловал меня вновь.

Исаак любил меня.

Он любил меня.

А я любила его.

Безумие, разве нет?

– Нам надо поговорить, – сказала я между двумя поцелуями, но Исаак мотнул головой и потерся носом о мой нос.