Легенда о вампирах. Диаблери - Ана Шерри

Лия направилась в сторону Марка, а он встречал ее с улыбкой на губах. Он победил! Она подходила к нему все ближе и ближе, а он ждал ее, наслаждаясь победой.

– Я скоро отправлю тебя к мужу, дорогая, но сначала напьюсь твоей крови, как и обещал.

Лия продолжала идти на него, чувствуя, как крик боли, сидящий внутри нее, вырывается наружу. Но она осознавала, что делает: она идет на смерть. Она не могла убить Марка, но прекрасно знала, что умрет в любом случае. В памяти всплыли ее же слова Алену: «Я без тебя жить не буду». И боль вернулась с новой силой, а желание вырвать сердце вамвольфа утроилось.

Она видела, как оголились клыки Марка. Он готов был накинуться на нее, но что-то острое впилось в спину Лии, заставляя остановиться в шаге от него. Она обернулась и увидела Димитрия с арбалетом в руках. Он облегчил ей смерть, она была благодарна ему за это. Дрожащими руками он зарядил еще одну стрелу и снова направил ее на Лию. Она отвернулась, чувствуя, как стрела заставила замереть ее сердце. Он попал в цель! Прямо в ее сердце! Резкая боль прошла по всему ее телу, и девушка пошатнулась. Взглянув на грудь, Лия увидела, как кровь стекает по торчащему из груди наконечнику. Она прошла навылет, прочно застряв в сердце, заставив его остановиться навсегда. Но оно умерло еще раньше, разорвавшись пополам, когда девушка увидела лежащего на полу Алена. В глазах потемнело. Она услышала слова Марка:

– Жаль, не я это сделал. Теперь твое сердце дырявое, и оно уже не причинит мне вреда. Прощай, Лия Цепеш. Я передам твоему папочке привет.

Лия сквозь темноту увидела его ухмылку. И понимая, что сейчас упадет, собрав последние силы, рывком вытащила стрелу из своей груди и резко всадила ему в сердце.

Упав от боли и слабости, она услышала истошный крик Марка! А потом звук стих, и пепел окутал ее, словно снег, – вамвольф растворился так же внезапно, как и появился.

Теперь можно было умереть спокойно, зная, что он не причинит никому вреда.

Захлебываясь своей кровью, Лия чувствовала, как немеют руки и ноги. Она уже не ощущала тела. Ее больше не было.

– Лия! – знакомый голос Мариана не давал ей уйти спокойно в ночь, его руки теребили ее. – Ты не можешь бросить меня! Не уходи, Лия.

Она слышала его и, впервые увидев его слезы, закрыла глаза.

Все померкло.

Стало темно.

И уже не больно.

Несколько месяцев спустя. Альпы, Франция

– Давай, давай, еще немного! – кричала Мери. – Совсем чуть-чуть. Мариан, мне нужна твоя помощь!

Сквозь ночь доносились только ее стоны. Ни крика, ни слез. Она ослабла. Кричать просто не было сил.

Мариан схватил ее за руку:

– Давай, милая, ты можешь. Ты сильная. Я с тобой.

Лия посмотрела на него и слегка улыбнулась, слыша, как за дверью что-то упало.

– Визард! Дьявол! Открой дверь!

Мариан вздохнул, виновато улыбнулся Лие и открыл дверь. На него тут же налетел обезумевший Ален.

– Я убью тебя!

– Посторонним вход воспрещен! – спокойно произнес Мариан, и Лия в этот момент вскрикнула.

Ален кинулся к ней, хватая ее за руку.

– Девочка моя, – другой рукой он поправил ей волосы, – все будет хорошо.

Лия недовольно на него посмотрела. Ее лицо было в поту, дыхание стало прерывистым, и схватки были все чаще и чаще.

– Хорошо? – простонала она. – Хорошо? Черт! Ален! Мне не хорошо!

Она почувствовала, что все внутри готово вырваться наружу, но не закричала, сдерживая себя.

– Кричи! – растерялся Ален. – Почему ты молчишь? А вы что стоите? Делайте что-нибудь!

Мери, улыбаясь, посмотрела на Мариана. Она убедилась, что отцы на родах, даже если они врачи, паникуют больше рожающих женщин.

– Ален! – крикнула Лия. – Кажется, началось. Уйди!

– Не уйду!

– Уйди! Я тебя сейчас ненавижу.

– Я это чувствую, но не уйду.

– Ален! – снова крикнула Лия и схватила его за руку, чувствуя схватку. – Ребенок сейчас появится. Ну почему так больно?

– Я с тобой, девочка моя.

Несколько минут ее стонов, последние усилия, и долгожданный ребенок наконец закричал.

– Ура! Мальчик! – крикнула Мери и положила его на живот матери.

Лия выдохнула и расслабленно откинулась на подушку, руками поглаживая маленькое теплое тельце.

– Девочка моя, ты только что подарила мне сына, – растерянно прошептал Ален, осторожно проводя пальцем по личику ребенка.

Он уже не надеялся увидеть это своими глазами. Казалось, смерть не отпустит его, но Диаблери и любовь смогли ее побороть. В тот миг, когда Лия перестала дышать, казалось, что все кончено. Если бы не…

– Он спас нам жизнь, Лия. Наш сын любил нас, находясь внутри тебя. Но он дал нам вторую жизнь. Или третью? – Ален задумался, вспоминая, сколько смертей уже пережил.

Мариан засмеялся и, подмигнув Мери, направился к выходу. Они вышли, оставляя Алена и Лию наедине друг с другом и их малышом.

– Не верю, что я только что помог родиться первому чистокровному вампиру, – восторгался Мариан.

– Эта семейка такая милая. – Мери обняла его. – Когда буду рожать я, то точно не пущу тебя.

– Тебя никто не спросит, – прошептал он ей на ухо, и она рассмеялась.

Мариан взглянул в окно на зеленые пейзажи, высокие горы, их пики, покрытые снегом, на голубое небо, по которому медленно плыли пухлые облака. Здесь все по-другому: нет серости и холода, повсюду зелень и цветы, но маленький холодный городок навсегда останется в его памяти.

Сразу после того, как Ален и Лия вернулись к жизни, пришлось стереть память Димитрию и внушить, что он захотел вернуться на пост начальника больницы.

Даже несмотря на то, что он убил Лию, она не смогла поступить с ним так же. Он не виноват в том, что пытался убить вампира. Он защищал себя и своих людей.

Мариан вспомнил больницу и понял, что они сделали все верно: ушли, оставив маленький серый городок в прошлом, оставили свою работу, коллег и пациентов. Надо было начинать новую жизнь, как и хотел Ален – на родине своего отца. Ехать в Румынию Лия отказалась.

Мариан обнял Мери, не желая расставаться с ней. Он смертный человек и имел право на обычную жизнь, хотя понимал, что обычной она уже никогда не будет. Мери приняла его таким, какой он есть: векового человека, у которого в друзьях парочка вампиров. Она приняла его жизнь и предложение стать его женой.

Роды Лии прошли гладко, хоть и были продолжительными. Ален находился рядом с женой и любовался, как его сын сосет