В Ад - Бренда К. Дэвис

этих существ Флинт и Блейз, потому что не могла сказать, самцы они или самки, но она знала, кто из них кто. У меня не было намерения когда-либо учиться отличать их друг от друга. Я недолюбливал их так же сильно, как они продолжали недолюбливать меня, но ради нее мы заключили непростое перемирие друг с другом.

Дракон фыркнул и взлетел, чтобы присоединиться к своему напарнику, кружащему на горизонте. Драконы приземлились и охраняли Ривер всякий раз, когда меня не было рядом с ней, как и гончие и несколько пука, которые прибыли на стену вскоре после финальной битвы с Люцифером.

Это была единственная причина, по которой я чувствовал себя в безопасности, оставляя ее одну путешествовать по Аду. Никто не был настолько безумен, чтобы сражаться со всем этим, а также с демонами и людьми, живущими здесь, чтобы попытаться напасть на нее.

Каким-то образом Ривер общалась с пуками и драконами, или они, по крайней мере, слушали ее. По ее приказу они воздерживались от употребления в пищу людей и демонов. Они лакомились адскими созданиями, которые подходили слишком близко к стене или отправлялись на охоту в дикие места.

После того, как мы прошли через Ад и вернулись, я отправил Корсона, Бейл, Магнуса, Шакса, Хока, Эрин, Ликса, Рафаэля, Каима, Варгаса и некоторых других демонов и людей с Рен и ее группой. Они охотились за тем, что осталось от последователей Люцифера.

Это была тяжелая работа, но они рассказывали нам о ней каждый раз, когда возвращались, чтобы отметиться или сделать перерыв. В прошлом месяце они вернулись, окровавленные и избитые, но торжествующе улыбающиеся. После того, как все остальные вернулись на неделю, большинство из них снова отправились в путь, но Эрин и Варгас остались. Варгас сломал ногу, и ему требовалось время на восстановление. Эрин попросила разрешения остаться с ним и Ривер.

За время их пребывания здесь я с удивлением осознал, что скучаю по компании своих друзей.

До Ривер я ни по чему не скучал. Это были эмоции, которых у меня никогда бы не было, и я бы не понял их, даже если бы они у меня были. Я понял это сейчас, потому что мне нравилось выпивать и смеяться с ними.

Я не пропустил драку. Еще одна вещь, которую я не мог себе представить до появления Ривер. Я был рожден, чтобы сражаться; это было все, что я когда-либо знал. Теперь я познал счастье, смех, любовь и семью. С меня было достаточно сражений.

Я также был рожден, чтобы руководить, и я делал это с твердым контролем, но и со снисходительностью. Ривер смягчила мою более безжалостную сторону, и мы вместе нашли время, чтобы судить и наказывать тех, кто нарушал законы, когда они предстали перед нами.

Я принадлежал этому месту, и править этим миром было тем, что я должен был делать.

Распахнув дверь в зал, я почувствовал, как мощный поток энергии, который она содержала, захлестнул меня, как только я вошел в затененное помещение. Ривер сидела на краю возвышения, держа Бейли на коленях, и читала ему сказку. Гейдж сидел по другую сторону от нее, указывая на книгу и издавая странные звуки. Они все смеялись над его неуклюжими попытками использовать язык демонов. Они втроем пытались выучить демонический, но некоторые слова давались им с трудом.

Лопан сидел по другую сторону от них, упираясь ногами в возвышение, пока Калах зажигал одну из свечей. Дейзи зависла над плечом Ривер, раскачиваясь взад-вперед и не отрываясь от книги.

Ривер перестала читать, когда дверь закрылась, и посмотрела на меня. Радость осветила ее лицо. В день своего двадцать третьего дня рождения она перестала стареть и стала бессмертной. Кроме того, что ее тело перестало стареть, оно оставалось человеческим во всех других отношениях.

Мы не знали, может ли она восстанавливать утраченные части тела, ни один из нас не хотел рисковать, чтобы узнать, что это может повлечь за собой, но она была бессмертной. Моей бессмертной.

Она взяла Бейли на руки, чтобы подняться, но я жестом остановил ее.

— Я приду к тебе. Так будет проще.

Она рассмеялась, когда я в мгновение ока преодолел разделявшую нас сотню футов. Бейли высвободился из ее объятий и бросился к Гейджу, когда я остановился перед ней и наклонился, чтобы поцеловать ее.

Положив руку на ее невероятно округлый живот, я почувствовал, как внутри нее бьется наш ребенок. Ривер положила свою руку поверх моей, и по ее пальцам пробежали искры. Как и она, малыш уже питался жизнью, и она постоянно пользовалась этим, чтобы сохранить здоровье ребенка и себя.

— Твой сын сегодня очень активен, — сказала она.

— Ты уверена, что это мальчик? — спросил я, когда малыш снова пошевелился и пнул меня.

— О да, и он такой же упрямый и капризный, как и его отец.

— Я больше не такой капризный, особенно с тобой.

Она улыбнулась и поцеловала меня в шею.

— Верно, сейчас ты гораздо лучше, чем когда я впервые встретила тебя.

Я погладил ее по животу, и малыш снова забрыкался. К концу месяца должен был родиться наш сын.

— Это потому, что ты дала мне все, чего я когда-либо хотел, и то, о чем я даже не мечтал, — ответил я.

— Я люблю тебя, — прошептала она.

Я поднял голову и посмотрел в ее фиалковые глаза, сияющие жизненной силой.

— И я тебя, Mah Kush-la.

Высвободившись из объятий Гейджа, Бейли подошел и протянул ко мне руки. Он обнял меня за шею, когда я взял его на руки. За этот год ребенок стал мне как родной, и он часто искал меня, когда нуждался в утешении. Гейдж стал моим братом, который быстро взрослел, становясь выше и шире в плечах.

— Ты почувствовал это сегодня? — спросил я Бейли, и он кивнул, положив свою руку рядом с моей на живот Ривер. Мой сын снова пнул, и Бейли завизжал от восторга.

Гейдж прислонился к Ривер, когда Лопан, Дейзи и Калах выскользнули из зала, оставив меня наедине с Ривер и нашей растущей семьей.

Конец