Теперь открой глаза - Николь Фиорина

в замок багажника и повернул. Тот щелкнул и открылся. По щелям была распихана целая уйма денег, перевязанных резинками, и юное лицо Адриана просияло.

– Ты что, угораешь надо мной? – он повернулся ко мне, и поднял руку над багажником и подался вперед.

– Да тут, должно быть, десять штук!

– Тридцать, – поправил его я.

Что для такого дракона, как я, было лишь карманной мелочью. Мия обеспечена на всю жизнь, за этим я проследил. Всю последнюю неделю я разбирался с финансами, и Мия не будет нуждаться в деньгах до конца своих дней. Я в самом деле не думал, что стану поэтом с единственным бестселлером, но я закончил вторую рукопись и оставил ее на тумбочке вместе с письмом. Мия сама решит, передать ли ее Лори, поделиться ею со всем миром или оставить себе. Наверняка и продастся лучше, если я помру. Как бы то ни было, на этих страницах, в каждом слове были мы оба: я поэтично занимался с ней любовью до скончания веков.

– Ты должен кое-что сделать для меня, приятель, – искренне произнес я, и это привлекло его внимание. – Это очень важно для меня.

Адриан поднял голову и скрестил руки на груди.

– Ага, Оливер. Что угодно. Ты ведь знаешь, я обещания сдерживаю, а ты мой паря[10]. Я тебе верен. Всегда был.

– Когда уйду, отправлю тебе адрес. Положи деньги в черные мешки и оставь их на ступенях того дома. Я уже все поделил.

Немного денег для семьи Брэда Берна. Хотелось бы мне сделать для них больше. Но.

– А остальные?

– Остальные забирай себе, – я опустил руку с багажника и бросил сигарету на потрескавшийся асфальт. – Я хочу вызволить тебя из Звеньев, и, может, до конца жизни тебе не хватит, но хоть начнешь с чего-то. Ты хороший парень, Адриан. Я обещаю, в мире очень много дорог. Он слишком прекрасен для того, чтобы прожигать свои дни, утопая в наркотиках, дешевом пойле и бессмысленном сексе. Не растрать свои дни, А.

Адриан потер ладонью свой коротко стриженный затылок, а потом схватился за шею.

– Я не понимаю, – он покачал головой, посмотрел на меня своими карими глазами, пытаясь прочесть и понять. – А как же ты? И Призрак?

– Все будет в порядке, – успокоил его я. – Я тебе доверяю. Ну что, сделаешь это для меня?

– Да, конечно.

Следующие пять минут мы потратили на то, чтобы загрузить его машину, а когда закончили, попрощались. Я забрался в фургончик – оставалось всего несколько минут. Адриан проехал мимо меня, и я сунул в рот еще одну сигарету и открыл бардачок, чтобы достать подарок для Мии. Пальцы задрожали, коснувшись граней изорванной бумаги. Идеально.

Я не стал подъезжать к складу: остановился у заднего входа. Встреча была деловая, но такие люди, как Призрак, ни за что бы не впустили кого-то через парадный вход, предварительно не обыскав. Вдруг оружие? Или прослушка? Мне нужно было пронести внутрь пистолет, а большинство выходов не открывались снаружи.

В глаза ударил резкий порыв ветра. Я попытал счастья с последней дверью – и тут неудача. Где-то в четверти мили отсюда мигал одинокий уличный фонарь – вот и весь свет. Это не помогало. Я сделал шаг назад и осмотрел здание. Три двери, и оружие я смогу оставить только рядом с одной. Если ошибусь, план пойдет коту под хвост.

Я положил пистолет на кирпичную стену у двери номер три, оставил тачку за зданием и вернулся к парадному входу, сунув руки в карманы. Тревога меня не покидала и била все рекорды. Чуть раньше я сообщил Дексу о том, как все пойдет без участия Ли. Призрак считал, что заплатит половину сейчас, а потом мы встретимся снова, и я передам ему девственницу. Призрак также считал, что это просто очередная сделка.

Но это не так.

Сегодня мы оба умрем.

У входа со мной поздоровались люди: один ощупал меня на предмет оружия и проводов.

– Я чист, приятель, – успокоил его я, осматривая складское помещение.

Несколько складов поменьше с яркими голубыми дверьми: часть открыта, но что внутри – с этого ракурса не разглядеть.

– Ты опоздал, – прорычал он. – Где твоя девка?

Шея у накачанного паренька была огого: на коже проступали синие вены. Пятьдесят фунтов одного лица и еще более тяжелая печень. Если бы не говорящие рыжевато-блондинистые волосы и не ледяные голубые глаза, акцент бы выдал его на раз-два: ирландский кореш забрался так далеко от дома.

– Разве стоит приносить на вечеринку подарки, если их не станут открывать? – усмехнулся я.

Мужик прищурился, а я качнул головой.

– Обмен состоится после первой части оплаты, мы ведь все знаем, как это работает.

Ирландец глянул на второго парня.

– А парниша-то у нас настоящий игрок, а? Давайте уже.

Он кивнул, и я последовал за ним мимо складских помещений к задней части здания. Второй мужик последовал за нами.

Я заглянул в открытые двери, когда мы проходили мимо: в некоторых что-то лежало, в другие люди это что-то только заносили. Поднимали и пересчитывали. В других молодые и старые женщины рылись в одежде. Глаза их были пустыми.

Ноги несли меня вперед: мы дошли до конца, там, где коридор раздваивался. Три кабинета. К моему ужасу, ирландец повернул налево. Я надеялся, что мы пойдем направо. Замерев на месте, он повернулся ко мне.

– Что такое?

Я заставил себя сделать шаг вперед.

– Ничего, все путем!

Мы остановились у двери, и ирландец быстро открыл ее и запустил меня внутрь, махнув рукой.

– Придется подождать. Так что садись и наслаждайся, все за счет Призрака, – добавил он со смехом.

Я зашел в комнату, и дверь за мной захлопнулась. Я замер: из-за стола на меня смотрело знакомое лицо. В темных, бронзовых глазах царил хаос.

– Мам? – голос мой резко подскочил.

– Оливер, – выдохнул она, резко отведя меня в сторону от двери.

Я осмотрел комнату в поисках ответов. Она сжала мою руку.

– У нас мало времени. Тебе нужно выслушать меня…

– Какого черта творится?

Слова выпали из моего рта, но я их не услышал. Я вырвал руку из хватки матери и сделал шаг назад. Выражение ее лица смягчилось. Сердце забилось где-то в ушах. Я сжал челюсти, пытаясь понять, что все это значит.

– Тебя, блин, Декс послал? Из всех людей… послал мою мать, чтобы она убедилась, что дело сделано? Или ты хочешь увидеть, как умру я? То есть, последних двадцати лет пыток тебе оказалось мало? – прошипел я громким шепотом, развернулся и зарылся пальцами в