Танец с огнем - Весела Костадинова

а дальше видео само разлетелось. Сейчас уже никто не признается. Все свои телефоны подчистили дочиста.

Марат скрипнул зубами, желваки на скулах резко обозначились.

— Это дело рук Ярова, — глухо прорычал он. — Я нюхом чую. Без этого облезлого урода тут точно не обошлось…

Кира промолчала. Она давно научилась молчать именно тогда, когда нужно. Особенно когда Марат был в таком состоянии.

Ее пальцы продолжали спокойно и методично разминать его плечи, будто пытаясь хоть немного снять то бешеное напряжение, которое последние две недели буквально пожирало его изнутри.

— Если это так, — медленно сказала она, — то у нас в компании крыса…

Марат медленно кивнул головой.

— И она, возможно, высоко….

И снова едва заметный кивок головой.

Девушка не стала продолжать свои опасные мысли.

— Самбуров тоже так думает, — наконец, признался Марат. — Но… я опасаюсь, что его навыков не хватит… Ярова прикрывает кто-то очень и очень сильный. Сам по себе он ни о чем, хотя очень живучий и цепкий, не отнять. Но за ним стоит кто-то другой. А у Самбурова… не хватает сил понять, кто это….

Кира продолжала молча работать пальцами, методично снимая с его плеч тяжелую, свинцовую усталость и ноющую боль.

Через несколько секунд она тихо, почти шепотом произнесла:

— Там, где не справляются мужчины… иногда может справиться женщина.

Марат резко повернулся к ней, прищурившись.

— Ты сейчас о чем?

Кира встретила его взгляд спокойно, без тени смущения.

— Хмельницкая — расследователь. Это особая каста журналистов. Она умеет находить то, что другие просто не видят. Если эта женщина действительно расположена к вам — используйте ее знания и силу. Там, где Самбуров идет напролом, она сможет найти лазейку в обход. Тихо. Точно. И без лишнего шума.

Марат долго смотрел на нее. Потом медленно откинулся обратно в кресло, задумчиво постукивая пальцами по подлокотнику.

* Михаил Олегович Фаворов — международный эксперт в области общественного здравоохранения и эпидемиологии, посвятивший более 40 лет изучению и предотвращению инфекционных заболеваний в различных регионах мира — от редких видов гепатита в Средней Азии до брюшного тифа в Кении и Мали.

23

Они медленно брели по набережной Москва-реки и глядя как садится солнце. Марат смотрел на Дану, едва заметно улыбаясь.

— Что? — не выдержала она.

— Любуюсь тобой, — просто ответил он.

Дана хотела ответить, но промолчала. Они остановились у чугунных перил, глядя как плещется внизу вода.

— Не часто мне выпадают такие спокойные вечера, — тихо признался Марат, опираясь локтями на холодный металл. — Обычно в это время я либо на совещаниях, либо разгребаю очередной пожар. А сегодня… сегодня просто стою рядом с тобой и смотрю, как садится солнце. И, черт возьми, мне это нравится.

Дана мелодично рассмеялась.

— Рада, что ты уладил все свои проблемы, — она встала рядом.

Марат тут же переместился ближе к ней.

— С твоей помощью, — кивнул он. — Алена, я… очень благодарен тебе. Ты не обязана была….

— Не обязана, — медленно согласилась она, — да в общем-то моя помощь была минимальной — ты справился сам. Полная открытость, публикации всех исследований…

— Твой эксперт, — закончил за нее Марат с улыбкой. — Человек, слово которого слышат даже там, — он кивнул на здание Кремля, напротив которого они стояли. — Откуда ты его знаешь, Алена?

Женщина снова улыбнулась — загадочно, чуть прищурившись.

— У тебя, Марат, свои тайны, — пропела она мягко, но с явным намеком, глядя ему прямо в глаза. — У меня — свои.

Он рассмеялся, чуть откинув голову назад — жест, который Дана отлично знала. Ветер растрепал и его мягкие волосы, и женщина внезапно осознала, что не смотря на свой возраст, Марат по-прежнему красивый мужчина.

Он поймал ее взгляд и осторожно взял за руку. Поднес ладонь к губам и осторожно, бережно поцеловал.

— Осторожнее, — шутливо заметила она, — а если нас увидят знакомые и донесут Виктории?

При упоминании невесты лицо Марата мгновенно вытянулось, улыбка погасла.

— Ты поэтому отказалась идти со мной в ресторан? — тихо спросил он, все еще не отпуская ее руку.

Дана грустно улыбнулась и мягко, но решительно забрала ладонь обратно.

— Мы оба знаем, что твоя помолвка — вынужденная необходимость, — заметила она. — Сейчас в тебе говорят эмоции — ты опять справился, победил, заставил врагов заткнуться. Но не стоит дразнить гусей, Марат. Вика — девушка капризная, черт знает, что ей в башку взбредет. А Фурсенко тебе сейчас позарез нужен.

Лодыгин поморщился.

— Тот момент, когда ты заботишься о моей репутации больше, чем я сам.

— Я рациональна, Марат, только и всего, — снова улыбнулась Дана. — Да и мне лишние приключения ни к чему. Я не боюсь сенатора, — она не дала ему спросить, — однако и нарываться на неприятности не хочу, как ты понимаешь.

Лодыгин вздохнул, растрепав волосы рукой.

— Подумать только, можно сколько угодно раз быть удачливым и умным человеком, но без нужных связей… — он подобрал маленький камушек и бросил в темную реку. По воде пошли круги, отражая лица обоих.

— Не сожалей, — безразлично пожала плечами Дана, — она всего лишь одна из твоих ступенек.

Марат внимательно смотрел на спутницу, прищурив глаза.

— А ты?

— А я? — рассеяно отозвалась женщина, — понятия пока не имею, Марат. Может быть — временная спутница, может быть вообще никто, а может быть…. Кто знает? Только время.

Они долго молчали.

— Алена… — голос Лодыгина звучал хрипло.

— Нет, — рассмеялась она, перебив его, — не давай обещаний, Марат. В нашем с тобой случае они ни к чему. Я рада этому вечеру, рада, что ты выкрутился, все остальное не важно.

Она шагнула от перил и они снова медленно побрели по набережной.

— Ты знаешь, кто организовал тебе утечку? — осторожно спросила Дана.

— Яров…. — проскрипел зубами Марат, — уверен в этом. А вот кто исполнитель…. Работаем над этим.

— Яров? — женщина на секунду замялась. — Марат, а с чего ты взял, что это именно он?

— У тебя другая информация? — Лодыгин с любопытством обернулся.

— У меня нет вообще никакой информации, — спокойно ответила женщина. — Но почему именно он? Мне кажется, вокруг тебя хватает хищников и гораздо крупнее, которые с огромным удовольствием устроили бы тебе темную.

Марат сжал зубы так сильно, что хрустнуло.

— Это он. Нутром чую. Этот облезлый урод давно на меня зуб имеет. Давно мечтает меня сожрать.

Дана чуть приподняла бровь.

— Хм… О вашем недопонимании действительно ходит много слухов, но я всегда думала, что это просто сплетни. Обычная мужская вражда за территорию.

Марат остановился и посмотрел на нее тяжелым, долгим взглядом. В его глазах плескалась холодная ярость.

— У нас долгая история, — признался он, наконец.

— Полагаю, —