Возраст Суламифи - Наталья Миронова

– Да. Можно просто Света…

– Нет уж, лучше Светлана Юрьевна. У вас есть рекомендации?

– Да. – Светлана Юрьевна, заметно волнуясь, подала ему бумаги.

Климов прочитал бумаги и снова взглянул на нее. Окончила курсы секретарей. Проработала шесть лет в какой-то конторе, впоследствии развалившейся, потом – до осени 2008 года – в другой конторе, не устоявшей в кризисе. После этого – на временной работе в агентстве «Ассистент».

– Что за временная работа? – спросил Климов.

– Тоже секретарская, – еще более заметно волнуясь, ответила Светлана Юрьевна. – Там на рецепции секретарша ушла в декрет и осталась сидеть с ребенком, но она скоро выходит, так что… мне очень нужна эта работа.

– Английским владеете? – строго осведомился Климов.

– Да.

– Проверим. Работаете на компьютере?

– Конечно.

– Вот и хорошо. Идите сюда. – Он вывел ее в приемную и усадил за компьютер. – Переведите мне, пожалуйста… вот этот текст.

Климов дал ей русский текст своего старого письма в фирму «Торкетилл», уже переведенного Линой.

Светлана Юрьевна Власенкова, претендующая на место Светочки Шепелевой, бодро включила компьютер, вошла в «Ворд», создала новый файл и принялась переводить. Климов решил не стоять у нее над душой. Если ей нужно лазить в словари – пусть лазит. Она, в общем, ничего. За тридцать, одета скромно, в очках. Ей нужна работа. Все нормально. Не Светлана Андреевна, но ведь уже известно: Светлана Андреевна одна такая.

Она перевела. Довольно быстро, хотя письмо, конечно, простенькое.

– Извините, пожалуйста, пересядьте вон туда, – попросил Климов, а когда она пересела, отправил ее текст Лине с просьбой оценить перевод.

Он уже знал, что у Лины включена система оповещения о приходе писем. Если она сейчас работает за компьютером, ответит быстро. Если нет… Климов хотел послать эсэмэску «Проверь почту», но тут пришел ответ: «Перевод грамотный».

– Как у вас с устной речью? – спросил он Светлану Юрьевну. – По-английски?

– Я… умею поддерживать разговор.

– А на переговорах?

Она отрицательно покачала головой, но добавила:

– Я научусь, если нужно.

Скажи она, что это не входит в обязанности секретаря, Климов выставил бы ее за дверь. А так он сказал:

– Не нужно. На переговоры мы нанимаем переводчиков. Вы приняты с испытательным сроком. Как договаривались. Зарплата тоже как договаривались. Мы работаем с девяти до шести с перерывом на обед. Есть договоренность с соседним кафе, они кормят нас комплексными обедами по талонам. Все, что сверх комплексного – за свой счет. Еда приличная. Зайдите в бухгалтерию – третья дверь по коридору, – вас оформят и выдадут талоны. Иногда приходится задерживаться после шести. У вас с этим проблемы?

Опять она покачала головой.

– Сверхурочная работа оплачивается. Идите в бухгалтерию, бухгалтера зовут Деляра Аббасовна Гениатулина. Потом возвращайтесь сюда, я постепенно введу вас в курс дела.

И опять ему захотелось сплясать. Его охватила необыкновенная легкость. Он позвонил Лине.

– Как у тебя дела? Я, кажется, секретаршу нанял.

– У меня все в порядке. Работаю.

– Я так и понял. Постараюсь освободиться к шести. – Тут Климов сообразил, что кроме него теперь некому ехать за Настей в детский сад. – Обязательно освобожусь!

– Ладно, я тебя жду.

Он по телефону слышал, как она улыбается. И она его ждет. Что еще нужно для счастья?

Лине позвонила Карина Агаджанова.

– У меня есть для тебя перевод.

– Отдайте кому-нибудь еще. Я больше не буду у вас работать.

– Не валяй дурака.

– Я не валяю. Я не могу работать, когда не знаю: за переводом я еду или на свидание к Владу.

– Он мне обещал, что больше не появится.

– И вы верите? Он не добился своего, не отнял у меня сына. Может еще разок попробовать. – Лина в это не верила, но добавила: – Мало ли, что ему в голову взбредет! Двадцать пятого числа вы меня вызвали по его просьбе?

– Он сказал, что это в последний раз, – упрямо повторила Карина.

– Карина, почему вы его так боитесь?

– Я уже говорила, – ответила Карина. – Я сделала аборт, а у меня отец очень строгий.

– Скажите отцу, что у вас была внематочная беременность, – посоветовала Лина.

– Влад выкрал заключение.

– А вы скажите, что оно подложное! Столько лет прошло, а вы все еще его боитесь! Расскажите отцу правду. Ну пусть не всю правду, но расскажите, что Влад все эти годы вас шантажировал. Я думаю, отец встанет на вашу сторону.

– Послушай, Лина… Я скоро замуж выхожу…

– Поздравляю. Я тоже.

– Я хочу продать агентство.

– Я его покупать не буду, – улыбнулась Лина. – Предпочитаю работать дома…

– Я не о том, – досадливо перебила ее Карина. – Меня здесь скоро не будет, и Владу нечего будет здесь ловить. Но ты же хочешь работать? Вот и приезжай за переводом.

– Теперь, похоже, вы меня шантажируете.

– И не думала даже.

– Ладно, перешлите по электронке.

– Это документ с апостилем.

– Отсканируйте, – нашлась Лина, – и пришлите копию. У вас же есть сканер.

– Апостиль плохо выходит на скане.

– Карина, у меня такое чувство, что Влад там и держит вас за горло.

– Это не смешно! Он держит меня за горло двадцать лет! Ладно, я попробую версию с внематочной. Ну? Приедешь?

– Не могу, – отказалась Лина, – честное слово, не могу. У меня сын дома, у него в саду воспитательница болеет. – Может, не надо было этого говорить? Да нет, ерунда, ничего Влад ей теперь не сделает. После того, что сказал этим утром Понизовский… – Перестаньте бояться Влада, Карина. У него большие неприятности, ему не до вас. Я точно знаю, я сама их ему устроила. Вернее, он сам их себе устроил. А документ все-таки вышлите сканом.

– Ладно, высылаю.

– Скажите мне только одно, – спросила напоследок Лина, – та первая наша с ним встреча три года назад тоже была подстроена?

– Конечно, нет! – обиделась Карина. – Я понятия не имела, что он в тот день заявится!

– А зачем он приходил?

– Три года назад? Ты что, смеешься? Я что, помню? Что-то приносил на перевод. Погоди, я даже помню, как тогда сказала: «Ты что, сам не можешь?» А он мне: «Не царское это дело». На самом деле он всегда был двоечником.

– Что еще вы помните?