Создатель злодейки. Том 2 - Sol Leesu

совершенно все равно, святая вы, ангел ли, как о вас говорят, или нет. Я ценю лишь одно: приносите вы мне деньги или нет.

Она в своем уме?..

– И что ты сделаешь, если я расскажу об всем его величеству? Как ты можешь себя так легкомысленно вести?

Шарлотта спрашивала об этом не столько с упреком, сколько с искренней тревогой за психическое состояние Софии, словно пыталась убедиться, не рехнулась ли она.

А София тем временем вспоминала письмо Айлы – одну-единственную страницу, прочитав которую она долго и серьезно думала: «Неужели это всерьез?»

– Я все размышляла, где мне найдут применение… А оказывается, вот где.

– О чем ты?

– Я просто пытаюсь вас немного развеселить.

Пробормотав эту несуразицу, София плавно перевела разговор и села рядом с Шарлоттой.

– Эй! Кто тебе разрешал здесь садиться?

– Ой, да что такого.

От наглости Софии Шарлотта настолько обалдела, что на какое-то время ее апатия отступила.

Глядя в то же окно, что и Шарлотта, София начала издалека:

– Говорят, у вашего рода большие долги? Когда я смотрю на вас, то вспоминаю собственное детство. Вы ведь, как и я, из семьи мелкого дворянина, да?

– …

– Такие, как мы, всегда жили под вывеской «Бедность». Поэтому вам следует обращать внимание на тех, кто пытается завоевать ваше сердце. Попросите у него драгоценные камни. Отличное развлечение, и настроение улучшается!

– У меня и так все хорошо.

– Не любите драгоценности? Хм. Зато я люблю их больше всего в мире, – не к месту добавила София.

– У меня достаточно украшений.

– И что, вам они неприятны?

Зачем она выспрашивает? Шарлотта нахмурилась, но, по привычке всегда искренне отвечая на вопросы собеседника, послушно продолжила:

– Поначалу радовалась, а теперь уже почти ничего не чувствую…

Дайте ей, она все возьмет. Будет хоть в кучу в этой комнате все складывать.

Вот почему ей быстро это наскучило. В конце концов причину она поняла после слов Айлы: все досталось ей не собственными силами.

И правда, всегда так было. Разве хоть раз в жизни она добыла что-то сама…

– Вам не надоела бедность?

– Ну, без бедности, конечно, было бы лучше. Но, кажется, мне и не мешает, что мы бедные, – вполголоса пробормотала Шарлотта, подперев подбородок.

В памяти всплыли счастливые дни на родине. А они действительно были счастливыми, даже в бедности.

Анализируя прошлое, она стала лучше понимать настоящее. После того как она приехала в столицу и привлекла внимание мужчин, включая наследного принца, было бы ложью сказать, что она не рассчитывала устроить свою судьбу. Все вокруг твердили об этом. Почему-то ей казалось, что она должна это сделать. Хотя никто из семьи не давил на Шарлотту, не требовал выбрать какого-нибудь мужчину и заплатить долги рода.

«То, что я коллекционировала мужчин и оценивала каждого… без сомнения, мой выбор и ошибка».

Похоже, она изначально не считала бедность чем-то мерзким и позорным.

«Зачем же я так отчаянно цеплялась?»

– Боялась, что отнимут…

– Это стоило того?

– Все так говорили.

– А для вас?

Похоже, не особенно.

Шарлотта, конечно, знала, что сильно привязана к семье, но что такое чувство любви между мужчиной и женщиной, до конца не понимала. Просто решила, что когда со всех сторон признаются в чувствах и говорят «люблю тебя», так и должно быть.

– А чего вы сами хотите?

Чего хочу?

Шарлотта снова задумалась над вопросом, который мучил ее с тех пор, как Айла посоветовала ей жить как хочется.

– Я просто хочу что-то сделать… сама… – шевельнула она губами.

Просто чего-то самостоятельно добиться.

Она не знала, чего действительно хотела, но хотела чего угодно. Сейчас она чувствовала себя куклой, не способной даже двигаться. Она никогда раньше не чувствовала себя так.

– Чтобы этого достичь, как сказала леди Мертензия, сначала нужно найти себя.

Шарлотта вдруг почувствовала, что ей хочется увидеть Айлу прямо сейчас. Плевать ей уже на наследного принца и прочее.

Встреча с ней, казалось, даст окончательный ответ. Возможно, это удушающее чувство ослабнет, хотя бы немного.

Пока она так думала…

– Я помогу вам, – спокойно сказала София. – Знаю, что сама не безгрешна, но зато не обманываю себя.

Говоря это, София выглядела полной решимости урвать свою приличную долю, как и заявляла ранее. Наверное, она считала деликатность излишеством в ситуации, когда все уже вышло наружу. В ней оказалось столько алчности, что Шарлотта поразилась, что не замечала этого раньше.

От очередной наглости горничной Шарлотта опять онемела, а потом вдруг хмыкнула и улыбнулась. Казалось, ей действительно стало чуть легче.

– Тогда помоги.

Так прошел месяц.

* * *

Я вела пальцем по змее, плавающей по всему телу Киллиана. Каждый раз, когда его мышцы дергались, змея дико изгибалась и ползла дальше.

Начинаясь на предплечье, змеиный узор заклинания пересекал его крепкие грудные мышцы и скользил по прессу все ниже. Я повторяла рукой движение змеи, обводя ее, и в какой-то момент застыла. Змея тянулась вниз без конца.

– Почему не продолжаешь?

Я замерла, остановившись на нижней части живота, и в мое ухо ударило его горячее дыхание.

От неожиданности я дернулась и попыталась убрать руку, но он накрыл мою своей, прежде чем я успела это сделать. И самовольно продолжил движения, которые я прервала. Гладил он не меня, а себя, но от кончиков пальцев все мое тело прошибала дрожь. Я прикусила губу и уткнулась лицом ему в плечо.

– Странно, что ты так смущаешься. После прошлой ночи.

Ох, ну вот. С каждым разом все наглее.

Хотя и без опыта он был довольно дерзким, но стоило привыкнуть и стать более умелым, он почувствовал себя как рыба в воде.

– П-почему ты с самого утра так себя ведешь?

– А какая разница, утро сейчас или не утро?

– Разве не устал за вчера?

– Ты просто лежишь тут рядом, такая растрепанная…

Надо же, какой выносливый…

Я резко села и, вдруг почувствовав странный холодок рядом с бедром, закрыла лицо руками. Последним, что я помнила, был момент, когда я, не в силах привести себя в порядок после слишком сильного удовольствия, отключилась словно в обмороке.

– Ах да, ты же уснула в процессе, так что мне пришлось в одиночестве грустно доводить дело до конца.

– …

– Может, поэтому все так.

– Это не «в процессе», а уже под самый конец.

– В самом разгаре.

– Ты же не собирался поделиться со мной накопленной за пятьсот лет энергией?

– Это и происходит.

– Мог бы ничего не отвечать…

Какой бы божественной и всесильной ни была моя способность к восстановлению…

Другой рукой я зажала Киллиану рот и