Моя вторая четвертинка - Маргарита Южина

Брат Милочки грустно кивнул:

– Ты у нее первый, подлец! – Потом немного подумал и добавил справедливости ради: – Нет, подлец, ты у нее второй, первый-то ее бывший муж, совсем недавно рассорились, он и оставил ее одну, мерзавец, с ребенком!.. Но и ты хорош!! Она столько дней от мужа не отходила, возле кроватки с дитем просиживала, а вчера… Стыдно сказать! Вчера ее не было черт-те сколько, а сегодня… ходит, как кавалерист – все ноги нараскаряку!! Да ты после этого уже с утра должен был возле меня на коленях стоять и руки ее просить!!! И ты, негодяй, мне еще будешь…

И как это лихо Серафим сумел увернуться! Кулак въехал аккурат в стену, отчего гость завопил и затряс рукой.

– Вот видите, вам больно! – мстительно заявил Серафим. – А мне, думаете, не больно, что вы обо мне такое могли подумать!! Это как только такое выговорили – жениться!! Еще и на коленях!! Да ваша сестра раскоряченная оттого, что вчера, как сумасшедшая, на коньках носилась! Ее бы в хоккейную сборную – цены б ей не было! Она ж… она ж меня затаскала совсем!! Я, можно сказать, в отпуске, решил отдохнуть культурно, тихонечко так на лед выехал – людей посмотреть, себя покатать, так ведь – налетела, как буйвол! Схватила! Потащила!.. Да у нас с ней вообще разные весовые категории!

Мужчина замотал головой:

– Нет, погодь… так ты чего? Это она от катка, что ль, такая… на шарнирах?

– Ну а от чего? – уже сурово уставился на него Серафим. – Вы мне тут загадками не говорите! Признавайтесь – сами-то верите, что на вашу сестрицу мог кто-то покушаться?

Гость собрал на лбу морщинки, завел глаза под лоб, и было видно по всему – не верил. Но признаваться не собирался.

– Я сразу говорю – жениться не хочу, – быстренько добавил Серафим.

– А придется… – развел руками братец. – Потому… куда ж я ее дену? У самого жисть не сложилась, так пусть хоть она…

«Так во-о-о-н оно что! – смекнул Серафим. – У самого жисть не сложилась! Сейчас сложим!»

Он тепло улыбнулся и предложил:

– Слушайте, а пойдемте чайку дерябнем?

– А водки? – вопросительно посмотрел на него гость. – У меня есть, я принес, думал, что мировую пить станем, по-родственному. Меня, между прочим, Лехой звать…

– Ну давайте уж вашу водку… Пошли в кухню…

Через полчаса за накрытым столом сидел уже пьяненький Леха, а рядом – Серафим, совсем трезвый, водку он не уважал. Серафим не переставая размахивал руками и работал языком:

– Вот ты скажи – ну на фига твоей сестре замуж, а? Нет, ты на меня смотри, а не в рюмку! Сам же говоришь – только что баба от первого своего паразита отделалась, а ты ей на шею второго паразита громоздишь! Ну чего она, рожу пьяную давно не лицезрела? Пусть отдохнет баба, дитенок успокоится, а там, глядишь, жизнь сама и наладится… И вообще, чего вы к сестре лезете, кода сами не пришей кобыле хвост? Вот вам я бы настойчиво рекомендовал жениться.

– М-мне? – уже туго соображал Леха.

– Именно! Кто вам носки стирает, рубашки чинит? Кто вас кормит, в конце концов? – наседал Серафим.

– Гос-сударство! – торжественно провозгласил Леха и даже выгнул спину коромыслом. – Оно мне платит… и кормит… и стира… не, оно не стирает, я сам… А чо ты докопался-то?!!

Серафим набрал в грудь воздуха, заботливо наполнил пустую рюмку и подождал, пока Леха не выпьет.

– Вам надо срочно жениться! Кто-нибудь на примете есть? – заговорщицким тоном проговорил Серафим. – Надо, надо жениться, и чем скорее, тем лучше!

– Чем… лучше? – не понял Леха.

– Чем скорее! Итак, соседки, сотрудницы, просто знакомые имеются? – уже крепко держал бразды правления в своих руках хозяин.

– Ну а… куда ж без них…

– Вот! Завтра же и начинай. Через неделю придешь, доложишь, понятно?

Леха дисциплинированно мотнул головой, взял под козырек и поплелся на выход. Серафим еще успел ему вручить пустую тару, дабы ничто больше не напоминало ему о шальной семейке.

Валя тащилась на свой этаж с полными пакетами, откуда раздавался «мелодичный» звон пивных бутылок. Возле своей двери женщина застопорилась, прилаживая пакеты поудобнее, чтобы открыть замок. И в это время из соседней квартиры выпорхнуло небесное создание – молоденькая девушка с копной светлых кудрей, в легкой дубленочке, с прекрасными, невинными глазами цвета утреннего неба.

– Ой, я вам, кажется, бутылку разбила! – испуганно прочирикала она, заслышав характерный звук бьющегося стекла.

Валя как зачарованная смотрела на девушку и даже не обращала внимания на то, что из-под ее пакетов выползала вонючая темная жижа.

– Да ничего, ничего, мы же теперь соседи, – радостно махнула она рукой. – Вы здесь живете, да? В этой квартире? А меня Валей зовут!

Девушка куда-то торопилась, однако задержалась, вежливо улыбнулась и произнесла:

– Очень приятно, а меня Олей звать. А вы в этой квартире поселились? Это хорошо, что вы, вы такая приятная, а то раньше здесь бабка жила с каким-то заковыристым именем, ну такая вредина! Музыку ей не включай, гостей не приводи…

– Старый человек, – махнула рукой Валя. – А по мне так приводите кого угодно… Послушайте, а вы умеете курицу варить? Вы знаете, я… в общем, я раньше никогда не готовила, а теперь решила жить самостоятельно, но вот курицу варить не умею, а есть хочется, прямо не знаю, что делать… Вы не заглянете ко мне сегодня вечерком? Показали бы, как с этой штукой управляться, ну с птицей… поболтали бы… А я, когда вам помощь потребуется, непременно помогу, если что – сразу же ко мне, не откажу…

Девушка подергала бровками, видимо, что-то соображая, потом согласно кивнула и пообещала:

– Хорошо, сегодня же забегу. Посмотрим, что с вашей курицей сделать…

Домой Валя зашла уже в самом распрекрасном настроении – нет, что ни говори, а побеседовать с приятным человеком всегда в радость. И ведь какая славная эта Оленька! Общается так мило, волосы, фигурка… Валя вдруг насторожилась – чего это она так возрадовалась? Еще не хватало, чтобы ее заподозрили в нетрадиционной сексуальной ориентации… И все же предстоящая встреча с соседкой радовала.

В отсутствие хозяйки гость беззастенчиво исследовал все содержимое серванта и шкафа, теперь рылся в пакетиках с крупой.

– Я не поняла… – растерянно протянула Валя, видя, как старательно ковыряется в пакете с рисом ее новый знакомый, представившийся Сизовым. – Ты решил сварить кашу? Рисовую? Я рисовую не ем.

– Да кто ее ест! – отмахнулся Сизов и вдруг стыдливо осел. – Ой. А я… короче, пока тебя не было, я тут подумал – вдруг ты деньги мои взяла да спьяну куда-нибудь в рис…

Валя только тяжко вздохнула. Сизов же, завидев пивные бутылки, сказочно обрадовался и даже похорошел – глазки заблестели, румянец неровно окрасил впалые щеки.