Руководство по соблазнению сестры лучшего друга - Ви Киланд

было больше искр, когда мне было пятнадцать и я сидела на крыше родительского дома, а мой брат спал в трех метрах от меня. У меня возникло ощущение, что Холдену не терпится убраться к черту из моей квартиры. Поэтому я предприняла последнюю отчаянную попытку зажечь в нем хоть что-нибудь, подняв руки над головой и фальшиво потянувшись. Взгляд Холдена остановился на моем обнаженном животе, но затем он нахмурился и вытер руки о джинсы.

– Уже поздно. Мне пора идти.

Что ж, этот ход привел к обратным результатам.

Он ушел, а в моем горле застрял ком. Я думаю, положительным моментом было то, что он остановил все подступавшие слезы. Мое поведение повергло меня в отчаяние и печаль, и в два часа ночи я все еще пялилась в темный потолок, ища ответы, которых у меня не было. Наконец, я сорвала одеяло, села и потянулась за телефоном. Был только один способ получить ответы, а именно через прямое обращение к источнику вопросов. Не давая себе шанса передумать, я отправила Холдену сообщение, хотя на дворе стояла глубокая ночь.

Лала: Привет. Не спишь?

Он быстро ответил.

Холден: Не сплю. Наверное, из-за смены часовых поясов. А какое у тебя оправдание?

Лала: Встретимся через пять минут на пожарной лестнице?

Точки задвигались по кругу, остановились и, наконец, снова пришли в движение.

Холден: Конечно.

Я схватила бутылку вина и два бокала, открыла окно и вылезла наружу. Холден уже сидел на примыкающей пожарной лестнице.

– Привет, – прошептала я.

– Тебе следовало бы выспаться, – сказал он.

– Чересчур много мыслей, и мне нужно с тобой поговорить, Холден.

Наши взгляды встретились, и он кивнул.

Мне так много хотелось сказать, но в голове все перепуталось. Мне потребовались несколько минут, чтобы прийти в себя. Я налила нам по бокалу вина и передала один через решетку Холдену.

– Спасибо, – сказал он.

Я кивнула и глубоко вздохнула.

– Почему ты не поцеловал меня сегодня вечером, Холден? Мы не виделись целую неделю.

Он опустил глаза.

– Я не хотел на тебя давить. У тебя и так забот полон рот.

– Но я хотела, чтобы ты был рядом. Думаю, я это четко продемонстрировала.

Наши взгляды встретились, и на секунду или две я увидела в его взгляде знакомую искру. Но он отвернулся.

– Секс все усложнит. Я не хочу, чтобы тебе было грустно или плохо, когда ты уедешь из Нью-Йорка. Твое счастье значит для меня больше, чем мое собственное. – Он на секунду замолчал. – За последнюю неделю я много думал о Райане. Я пообещал ему, что всегда буду за тобой присматривать, и я пытаюсь это делать. Я не хочу говорить или делать ничего, что усложнит тебе жизнь. Это одна из причин, почему было так трудно разговаривать, когда мы оказались в твоей квартире. Я не хочу облажаться.

– Просто будь самим собой, Холден. Ты не можешь облажаться, когда у тебя благие намерения.

Он усмехнулся.

– Ты когда-нибудь слышала поговорку благими намерениями вымощена дорога в ад? Это я, Лала. Я и есть дорога в ад.

Мы оба замолчали, и он залпом осушил свой бокал.

– Что ты почувствовала, когда вернулась домой и увидела Уоррена?

Я нахмурилась.

– Было грустно. Он плакал и говорил, что все еще любит меня. Перед своим отъездом он вручил мне бессрочный билет на самолет в Калифорнию, чтобы я могла навестить его, если когда-нибудь захочу. Тяжело видеть, как ты причиняешь боль тому, кто тебе небезразличен.

Холден кивнул.

– Думаешь, то, что мы начали встречаться, было ошибкой? Я фактически втерся между вами двумя и разлучил вас.

Я покачала головой.

– Никуда ты не втирался. Того, что между нами произошло, я хотела так же сильно, как и ты, а может, даже больше. Я всегда буду любить Уоррена, в каком-то смысле. Он был добр ко мне и долгое время играл важную роль в моей жизни. Но рядом с тобой я поняла, что с ним мне не хватает чего-то важного. – Атмосфера стала до того тяжелой и печальной, что я попробовала поднять нам настроение. – Например, качественного секса.

Холден кивнул.

– Хоть на что-то я гожусь.

– Я шучу, Холден. Да, секс с тобой был замечательным, но между нами было нечто большее.

– Да…

На этот раз я осушила свой бокал. Я забрасывала Холдена мелкими вопросами, потому что боялась задать важный. Но мне нужно было знать.

– Что с нами будет, когда я вернусь в Филадельфию?

Холден покачал головой.

– Не знаю. Почему бы нам сымпровизировать?

Мои внутренности готовы были разорваться на части, но я заставила себя улыбнуться.

– Ладно. Звучит заманчиво.

Минуту спустя Холден указал пальцем в сторону своей квартиры.

– Я устал после поездки. Наверное, лучше пойти поспать.

– О. Да. Конечно.

Мне не хотелось заканчивать этот разговор, но я поднялась на ноги одновременно с Холденом и открыла окно.

– Спокойной ночи. Надеюсь, ты немного поспишь.

– И ты. Спокойной ночи, милая.

На полпути к окну я запаниковала и замерла.

– Подожди! Холден?

Он остановился, хотя уже занес внутрь одну ногу.

– Да?

– Я уеду в воскресенье. Как думаешь, мы сможем провести завтрашний вечер вместе? Это ведь будет моя последняя ночь здесь.

– Я бы хотел.

– Я тоже.

Каким-то чудом мне удалось сдержать слезы, когда я забралась обратно в дом и начала чистить зубы. Но когда я нырнула в постель и натянула одеяло, все эмоции нахлынули на меня разом. И я стала плакать.

И плакать.

И плакать.

Глава 29

Холден

– Эй, незнакомец, – улыбнулась Билли.

– Как дела, миссис Леннон? – Я посмотрел на Дика, татуировщика, чье кресло стояло напротив ее, и вздернул подбородок. – Как дела, чувак?

Он работал над татуировкой черепа для парня, который выглядел бы страшно, если бы не татуировки на голове.

Дик вздернул подбородок.

– Как делишки, рок-звезда?

– Где ты был? – спросила Билли. – О, подожди. Я точно знаю, где ты был. Занимался грязными делишками с прелестной малышкой Лалой. – Она бросила взгляд на мое лицо и выключила машину, а иглу, которую держала в руке, опустила в держатель. – О нет. Что стряслось?

Я пожал плечами.

– Ничего. Я зашел попросить совета