Только когда мы вдвоем - Хлоя Лиезе

лишь головкой. Он действует медленно и осторожно, начиная проникать внутрь.

Я хватаю его запястье и сжимаю, привлекая внимание. «Больше», показываю я жестом.

У него вырывается выдох, наши глаза встречаются, и с невероятной заботой и размеренностью Райдер наполняет меня.

— Рай, — ахаю я.

Это ошеломляет. Я наполнена и растянута, но что самое главное, я пригвождена его взглядом, поражена в самое сердце, когда он приоткрывает рот, отстраняется и толкается в меня в первый раз.

— Нормально? — спрашивает он.

Я лихорадочно киваю.

— Да, — я накрываю рукой его щёку, и Райдер подаётся навстречу этому жесту, поворачиваясь, чтобы поцеловать меня в ладошку.

Со следующим движением его бёдер на моей коже начинают плясать искры. Каждый толчок дается всё легче, ибо моё тело расслабляется, и я становлюсь более влажной. Я уже вся мокрая, а Райдер восхитительно твёрдый. Каким-то образом мы идеально сочетаемся, как он и обещал. Его глаза удерживают мой взгляд с каждым размеренным, уверенным толчком, заставляющим воздух тихо вырываться из моих лёгких.

Я смаргиваю слёзы, которые он стирает большим пальцем. Он прижимается губами к моему уху и шепчет срывающимся, почти слишком тихим голосом:

— Потрогай меня.

Моё сердце сжимается. Он тоже нервничает. Крепко обнимая его, я целую его изгиб шеи и плеча, глажу по спине, разминаю мышцы. Райдер отстраняется ровно настолько, чтобы снова наблюдать за мной. Он подталкивает мои ноги бёдрами и разводит их шире, потираясь своим пахом о мой. Это создаёт давление на клитор, совсем как его язык делал ранее. Размеренные и мягкие круги, пока он покачивает бёдрами.

Его член становится толще. Дыхание затруднено. Виски покрываются бисеринками пота, и у него вырывается шумный вздох, когда я сжимаю мышцами его длину. Я повторяю действие, и он сбивается с ритма, но не отводит от меня глаз.

Во мне нарастает нежная, ноющая потребность, подобная тугому узлу, что вот-вот разорвётся. Это нечто резкое, спешное. Всякий раз, когда Райдер отстраняется и снова входит, я становлюсь всё отчаяннее, лихорадочнее. Пальцы на ногах поджимаются, руки хватаются за простыню. Что угодно, лишь бы закрепиться как якорь.

Райдер опускает голову и шепчет мне на ухо.

— Отпусти себя.

Моё тело напрягается, разрядка невероятно близка. Я не хочу, чтобы это ужасающее и прекрасное блаженство заканчивалось. С каждым движением моё тело сжимается сильнее, напряжение нарастает.

— Отпусти и позволь себе упасть, Уилла, — Райдер хватает мои руки и сцепляет наши пальцы. — Я тебя поймаю, — его голос срывается, движения ускоряются.

По моему лицу катятся слёзы. Всё моё тело дрожит. Это самое несексуальное на свете, и всё же я чувствую себя такой красивой, пока Райдер удерживает мой взгляд, пока он наклоняется и целует меня, не разрывая зрительного контакта. Погрузившись в моё тело, Райдер вжимается бёдрами в мои бёдра.

— Прости, — одними губами произносит он.

Его лоб морщится, рот приоткрывается, и он жарко и долго проливается в меня. Я смотрю, как напрягается его лицо, как дрожат руки, но его глаза не отрываются от моих. Я знаю, что он не хотел кончать первым, но мне было это нужно. Райдер вновь храбро идёт вперёд, показывая мне, что всё безопасно, и я могу довериться, последовав за ним.

Я выкрикиваю его имя, когда на меня накатывает первая сокрушительная волна. Я цепляюсь за Райдера, хватаю воздух ртом. Следующая волна достигает пика, и я кричу. Его бёдра покачиваются навстречу, он входит глубже, даря мне ощущение его всё ещё крепкой длины во мне. Ещё одна волна, потом ещё одна. Я дрожу и рыдаю, выгибаясь навстречу, словно выброшенная на берег и совершенно уничтоженная.

Это самый пугающий, ошеломительный и откровенный момент в моей жизни. Мне хочется, чтобы это никогда не заканчивалось.

Напоследок нежно двинув бёдрами, Райдер скатывается с меня и ложится на бок, затем подхватывает меня и прижимает к своей груди. Наше дыхание прерывистое и шумное, тела так и вздымаются. Мои руки везде. Его волосы, щёки, подбородок, руки. Я целую Райдера везде, заставляя его тихо посмеиваться.

Вскоре ладони Райдера тоже ласкают моё тело, мнут и гладят, пока не находят моё бедро. Одним проворным движением моя нога оказывается перекинута через его бедро, и в мой живот тычется…

— Уже? — мои глаза широко раскрываются, когда он проводит твёрдой головкой эрекции между моими бёдрами.

Райдер смеётся.

— Да, Уилла. Уже, — очередная дрожь счастья шепотом проносится по мне от того, что он говорит, не имея возможности слышать, но при этом не испытывая неуверенности или смущения. Потому что, как он и сказал ранее, друг с другом мы в безопасности. — Я кончил, типа, за три минуты. Это был приквел. Теперь пришло время основного действа.

Я прижимаюсь к нему потеснее, но всё равно не прячу лицо, чтобы он мог читать по губам.

— Это было идеально. Я тоже кончила быстро.

Райдер улыбается, пока я целую его.

— Верно. Но теперь я должен покрасоваться. Очаровать тебя своей выносливостью и лесорубными движениями.

— О да, пожалуйста, — потянувшись мимо его талии, я накрываю ладонью его задницу и одобрительно сжимаю. Пресвятые булочки. — Я столько месяцев хотела это сделать.

Райдер скользящим движением входит в меня, и мы оба ахаем.

— Я тоже, Солнце.

Мои губы опускаются к его хорошему уху и оставляют там легчайший поцелуй, после чего я шепчу:

— Я люблю тебя.

Он счастливо вздыхает и кивает. Его ладонь дотрагивается до его губ, затем сжимается в кулак и прижимается к его сердцу, а потом к моему. «Я люблю тебя».

Мы не вылезаем из той постели ещё долго, очень долго.

Глава 30. Райдер

Плейлист: MisterWives — Coloring Outside The Lines

Я на крыше, наконец-то руки дошли заново прикрепить отошедший сливной жёлоб. Я уже закончил латать дымоход, откуда и образовалась течь.

Я на середине замаха, когда слышу это.

Визг. Душераздирающий, ужасающий визг. Никогда ещё не был так благодарен за кохлеарные имплантаты, потому что иначе ни за что бы её не услышал.

— Уилла! — реву я в ответ. — Ты в порядке? — я спешно бросаю всё в ящик с инструментами, который поднял по лестнице на крышу. Я спускаюсь до середины лестницы, затем спрыгиваю и бегу в дом. Уилла застыла на пороге и смотрит на пол.

— Уилла, — зову я, подходя ближе. Когда она так и не отвечает, я обнимаю её обеими руками, ища сломанные кости или кровотечение. Что угодно, что объяснило бы её вопль, напоминавший предсмертный крик.

— Т-там, — шепчет она дрожащим голосом.

Я прослеживаю за её взглядом и замечаю нечто маленькое и