Мне не забыть - Елена Свиридова

Лера очнулась в постели. На тумбочке в вазе стояли свежие розы, на белой салфетке лежали фрукты. Через окно был виден весенний лес в полупрозрачной голубоватой дымке. Она была одна в просторной палате, на широкой постели, укутанная одеялами. Приподнявшись на локтях, она увидела телефонный аппарат. Рядом лежала записка: «Когда проснешься, позвони мне на работу. Макс».

Лера протянула руку, быстро, на память, набрала номер.

— Приемная подполковника Денисова, — ответил бодрый мужской голос.

— Пожалуйста, соедините меня… Это Валерия…

— Одну минуту.

— Привет, — сказал Максим в трубке. — Как ты себя чувствуешь?

— Не знаю. Кажется, вообще не чувствую… Макс, Соня в порядке?

— Утром пошла в лицей.

— Слава Богу… Макс, меня посадят?

— Что за чушь?

— За убийство.

— Самооборона.

— Откуда у меня взялся пистолет?

— Ну, что за дела. Это твое личное оружие, лицензия номер 3425, выдана двадцать второго апреля тысяча девятьсот девяносто пятого года…

— Что?…

— Не забивай себе голову всякими глупостями. Ты как себя чувствуешь?

— Ты уже спрашивал. Я не знаю, вроде бы я в порядке…

— Тогда жди посетителей. Кстати, этот тип выжил. Плохой из тебя снайпер, в упор мажешь.

— Где он?

— Он очнулся в больнице и сделал вид, что ничего не помнит. Он косит под психа, притворяется, что у него амнезия. Опять же из сериала. Насмотрелся «Санта-Барбары» и прочего. Его из больницы переводят в психушку. А теперь извини, я очень занят. Поговорим позже. Пока.

— Пока, Макс… — устало произнесла Лера и положила трубку.

Она попыталась встать, но голова закружилась, и она снова откинулась на подушку.

В палату заглянула молоденькая девушка в белом халате.

— Валерия Романовна, вы проснулись? Скоро принесут завтрак. А сейчас мы примем лекарство…

— Давайте ваше лекарство, — сказала Лера.

— К вам там пришли. — Медсестра улыбнулась. — Я просила подождать.

— Не надо ждать. Пусть заходят.

— Хорошо, я сейчас их приведу.

Лера села в постели, накинула халат. Все вокруг было какое-то странное, нереальное. Ей подумалось — может быть, все это опять сон? Продолжение сна?

Дверь палаты приоткрылась, вбежала Наташа, молча обняла Леру.

— Вот какой я устроила цирк, — тихо сказала Лера.

— К тебе очередь, дорогая!

— Господи, кто еще?

— Сюрприз! Но сначала — по делу. Лернер прислал записку. Читай сразу, он должен убедиться, что ты прочитала в здравом уме и твердой памяти.

— Я должна выступать сегодня? — с испугом спросила Лера.

— На такое даже великий шоу-мен не способен. Читай.

«Валерия, у тебя на реабилитацию ровно десять дней. Показ «Приключений» в Олимпийском назначен на двадцать второе мая. Выздоравливай. Твой «тезка».

Лера чмокнула записку, улыбнулась.

— Ну, где сюрприз?

— Будет тебе сюрприз! Какая нетерпеливая!

— Как у вас с Адиком?

— Отлично.

— Где он?

— Под дверью!

— Господи, пусть заходит!

Наташа махнула рукой, и создатель бард-рока, с гитарой в руках, вошел в палату.

— Все равно все это сон, — тихо сказала Лера… — В жизни так не бывает. Знаешь, там со мной была бабушка Магда, это она мне помогла…

— Вот и продолжай смотреть свой сон, — сказал Адик, — а я буду петь тебе колыбельную…

Он и вправду пел какую-то незнакомую новую песню, постукивал пальцами по корпусу гитары, и Лера, слушая его, улыбалась счастливой улыбкой.

Потом Наташа сказала:

— Вечером приедут Лешка со Светкой. Юрик, между прочим, до сих пор у них. Утром он колотит Мишку, а вечером Мишка колотит его. Леха одного учит ушу, а другого — конфу… Марина с Соней не могут его оттуда вытащить.

— Фу, — сказала Лера. — От детей одни неприятности.

— Вот и я про то же!

— Оставь, Натали, — сказал Адик. — Не забивай Лерке голову.

— Ладно, мы пошли. — Наташа наклонилась, поцеловала Леру. — Не удивляйся, сюрпризов будет много!

— Интриганка! — засмеялась Лера.

— Закрой глаза и жди. Откроешь, когда я скажу.

Лера зажмурилась. Сон продолжался.

— Смотри! — раздался издалека голос Наташи.

Лера открыла глаза и увидела перед собой черную рясу священника и большой золотой крест.

«Наверное, я умерла, пришли меня отпевать, — подумала она. — Пусть, так будет лучше, но все это слишком странно и совсем не похоже на реальность… Но есть ли вообще реальность? Где я? В каком измерении? В какой параллели?»…

Над расшитой золотом ризой светилась знакомая улыбка, радостно смотрели такие милые, родные глаза…

— Серый? Ты? — не веря своим глазам, спросила Лера.

— Я пришел благословить тебя, — произнес нараспев Ваня. — Ты — лучшая из дочерей Господа нашего, да будет благословенно имя твое и деяния твои…

— Серенький, родной мой… — Лера схватила его руку и поднесла к губам. Он почему-то напомнил ей мудрого старца с седой бородой, которого она видела во сне много лет назад…

— Успокойся, дочь моя, великая милость Божия ждет тебя…

Лера зажмурилась, снова открыла глаза. «Где я? Кто со мной? Что происходит вокруг?..» Ей показалось, что не стены палаты окружают ее, а величественные стены неведомого храма… И музыка слышалась ей, странная и чудесная, фуги Баха смешивались с «THE WOOL» «Пинк флойд», и соединялись в пассажах бард-рока…

Она не знала, спит она или нет, грезится ей что-то наяву или явь превратилась в грезы, но когда она снова открыла глаза, то увидела вдруг лицо Юргена. Его большие голубые глаза озабоченно, тревожно смотрели на нее.

— Это сон, — сказала Лера, — так не бывает.

— Ты скоро проснешься, — он наклонился и поцеловал ее, словно королевич свою спящую царевну в хрустальном гробу… Он обнял ее, она почувствовала тепло его губ, тепло его рук…

— Какая прекрасная смерть… — сказала она.

— Какая прекрасная жизнь, — сказал он.

— Юрген, ущипни меня, тогда поверю!

— Лера, выслушай меня.

Это все же был сон…

— Я готова слушать тебя сто тысяч лет.

— Послушай меня сто секунд. Ты свободна. Священник обвенчает нас.