Королевство когтей - Деми Винтерс

сказал он тогда, породив лишь новые вопросы. Что такого было у урканцев, что требовалось Рюрику и его людям? Оружие? Книга? Она не могла даже представить, что именно это могло быть.

Загадкианцы, вынужденные задержаться, выглядели мрачно. Как удалось выведать Саге у Бьорна, каркас лодки удалось спасти, и оставалось лишь обшить его досками и заново заделать швы. Если Рюрик хотел выиграть время, то ему это удалось. И, судя по тому, что Сага слышала от дам Сигны, задержка отъезда загадкианцев никого из них не огорчала. Особенно радовалась Ирса, которой льстило, что они останутся на ее праздничный пир в честь дня рождения.

Сага проводила дни так, как от нее и ожидали. Посещала трапезы с королевской семьей, терпела разговоры Сигны и ее дам о свадьбе, вышивала, занималась Истечением и снятием мерок для платья, которое наденет на пир Ирсы. Она не смела даже пройтись к соколиной башне, чтобы проверить, не появилось ли там белое полотно. И была уверена, что Ана прекрасно понимала, что сейчас не время для дерзких шагов против Сигны. Нужно было запастись терпением. Затаиться. Дождаться, пока поиски поджигателя не утихнут.

Сага не сидела без дела, упражняясь во взломе замков и просматривая записи Клитенаров в поисках любой связи между Скоттой и Черным Плащом. Но, свернув последний свиток, она пришла к выводу, что если доказательства и существовали, то не здесь. Уныло вздохнув, Сага вернула их в зал записей.

К концу недели она стала беспокойной и раздраженной. Ей отчаянно хотелось вернуться к своим планам. Она могла вскрыть замок меньше чем за минуту. Пересчитала шаги до кабинета Альфсона. Наметила альковы и затененные углы, где могла бы укрыться. Она была готова.

И после долгой недели у нее появился шанс. Ссора на рынке из-за последней буханки хлеба быстро переросла в драку. Для устранения стычки были отправлены Королевские Когти, но толпа ополчилась и на них. К ночи город охватили беспорядки.

И как только Клитенары покинули Аскаборг, чтобы подавить насилие, Сага поняла, что время пришло.

***

Пробираясь по темному коридору, Сага натянула черный капюшон на туго заплетенные волосы. Тело потряхивало от предвкушения и радости, что она наконец сделает что-то, чтобы помочь Эйсе.

В одной руке она несла сумку с припасами: чернильницей, запасным пергаментом и перьями, а в другой сжимала в кармане пару булавок-брошей. Месяц назад сам выход из комнаты лишал Сагу уверенности. Могла ли она тогда представить, что будет красться по залам посреди ночи, замышляя взломать кабинет мейстера Альфсона?

Сухой кашель заставил волосы на ее затылке встать дыбом. Сага скользнула назад, прижавшись к стене и глубже прячась в тень, пока мимо не прошли двое Клитенаров. Лишь спустя несколько долгих мгновений, когда их шаги окончательно стихли, Сага сорвалась с места и побежала по коридору, не давая себе времени усомниться в своих действиях.

Вскоре узкий проход расширился в просторную черноту главной лестницы. Сага быстро спустилась, не останавливаясь даже на глухой звук скрипнувшей ступени. Молниеносно она юркнула в темный коридор и замерла в ожидании, Клитенаров, которые могли прийти на шум. Она досчитала до десяти и обратно.

Никто не появился.

Вскоре она уже кралась по коридору к кабинету мейстера Альфсона. А затем остановилась перед дверью. Сделав глубокий вдох, Сага шагнула вперед, напоминая себе обо всех, кто от нее зависел. Ана, Эйса, пропавшие Гальдра.

И потому, дрожащими руками, Сага вставила булавки в замочную скважину и принялась за дело. С неделей практики за плечами она была далека от мастерства. Но теперь она знала, как ощущаются булавки, погружающиеся в замок, знала, какое усилие нужно приложить, чтобы провернуть механизм. Она не ожидала, что дрожь в руках и бешеный стук сердца так осложнят задачу.

— Болотные змеи, — прошипела она, в пятый раз промахнувшись мимо паза в засове.

— …пятьдесят мертвых, если считать всех…

Сага застыла, и по рукам побежали мурашки. По коридору раздавались шаги, и с каждым ударом сердца они становились ближе. Ее охватила паника. Отступать было поздно, ведь ее непременно заметят. Единственный путь к спасению лежал через эту дверь.

Удвоив усилия, Сага надавила сильнее, пока голоса приближались.

— …столько шума из-за хлеба…

Она почувствовала, как булавка легко вошла внутрь, и сердце подпрыгнуло.

— …говорят, было страшно. Драли друг друга, как звери, давили ногами…

Сага резко провернула булавку и ощутила, как засов со скрежетом вышел из паза. Ее волной накрыло облегчение, но праздновать было некогда. Тихая, как кошка, она проскользнула внутрь и аккуратно закрыла дверь за собой.

— …думал, все утихнет, как только прибудет зерно с Загадки…

Приглушенные голоса прошли мимо двери, ровно там, где Сага стояла мгновения назад. Затем воцарилась тишина. Вернув засов в запертое положение, Сага попыталась стряхнуть напряжение с мышц. Она открыла дверь. Теперь у нее была вся ночь, чтобы перерыть шкаф.

Занавеси были чуть приоткрыты, и столб лунного света ложился на пол, освещая рабочий стол мейстера. Сага подкралась к нему и опустилась на колени перед шкафом. Когда ее пальцы коснулись замка, странное, темное ощущение прошелестело по ее коже. Сага дрожала, но принялась за работу и вскрыла замок меньше чем за минуту.

Внутри оказалось две полки. На верхней лежали разнообразные свитки, на нижней — стопка пергаментов, перевязанных бечевкой. В глубине ее живота развернулось тянущее желание, жажда поглотить все эти знания.

Отогнав его, Сага потянулась за свитком. Ослабив вощеную внешнюю бумагу, она осторожно развернула первый и разложила его на полу. Глаза жадно впивались в строки, нацарапанные чернилами.

Извлечь Микроб, — прочла она. — Обеспечить покой «Отрыжки Дракона». Собрать формы жизни в чистую шерсть изнутри полости и запечатать в стеклянную банку. Хранить возле жаровни и регулярно подкармливать бульоном. Микроб должен содержаться в максимально теплых условиях…

Взгляд Саги упал на странную иллюстрацию. Поднеся свечу ближе, она вгляделась в рисунок. Хотя изображение было грубым, похоже, что на нем из середины ровной каменистой равнины вырывалась вверх вода. Отрыжка Дракона. Сага никогда не видела ее собственными глазами, но этот рисунок совпадал с описаниями места, где сернистая вода с определенной периодичностью бьет из-под земли.

Нахмурившись, она потянулась к следующему свитку. На нем был изображен странный набор чаш, изогнутых трубок и приведены указания, как изолировать Микроб от других крошечных существ путем многократного разделения в фиалы с разными рецептами отваров.

Третий свиток заставил кровь в ее жилах застыть.

Введение Микроба в носителя, — гласил текст. — При приеме под черной луной носитель должен находиться возле огня и быть хорошо укрыт. Одного лунного цикла достаточно, чтобы Микроб