Пепел. Гори оно все... - Весела Костадинова

тела отстранились, но воздух между ними всё ещё искрил, заряженный электричеством. Они стояли, тяжело дыша, с глазами, всё ещё горящими от только что пережитого пламени. Его грудь вздымалась, пот блестел на висках, а её щёки пылали, выдавая бурю, что всё ещё клокотала внутри.

— Иди, — велел он, кивнув на калитку в дальнем углу сада, его голос был хриплым, надтреснутым, но твёрдым, как удар молота. — Иди, пока я не передумал и не переломал тебя по-настоящему.

Альбина замерла, её дыхание всё ещё сбивалось, а губы, припухшие от их поцелуя, горели, как от ожога. Она посмотрела на него — в его глазах, тёмных, как ночное небо перед грозой, смешались усталость и желание. Её сердце сжалось, но она заставила себя выпрямиться.

— Спасибо, — шепнула она, и её голос, едва слышный, дрожал от противоречивых эмоций — благодарности, гнева, боли. Это слово прозвучало как признание, но и как прощание.

Он усмехнулся горько и цинично.

- Не за что, малышка. Я на самом деле старый, циничный мужик, который очень хочет молодую девушку. Но ты…. Ты, наверное, достойна немного лучшего, чем просто стать моей очередной игрушкой. Умной, красивой…. И на время. Иди, Альбина, пока у меня приступ альтруизма.

Аля не заставила просить себя дважды, быстро вставила ключ в замок и выскочила за пределы комплекса.

Побежала по проселочной дороге сжимая в руках только маленькую сумочку с телефоном внутри.

Метров через десять заметила горящие фары и прибавила шагу.

- Слава богу, - из машины выскочил Дима и обнял ее за плечи, сразу накидывая сверху теплый свитер. – Ты что-то задержалась…. Все в порядке?

- Да, - она села внутрь и только тогда поняла, что вся трясется. – Все прошло так, как мы предполагали, - обняла себя за плечи, откидываясь на сидении. – Поехали, Дим. Ты все забрал?

- Да, маленькая. Все, - он завел мотор, и машина плавно тронулась с места. – Деньги, вещи. Снял все и с твоей карты и с моей. На первое время хватит, а дальше… Руки, ноги, голова, Аль, есть. Выкарабкаемся!

- Да, - кивнула она головой, всматриваясь в черную пустоту за окнами, где едва-едва угадывались темные тени деревьев.

Они выехали сначала на асфальт, потом на федеральную трассу и прибавив скорости помчались прочь от города. Не оглядываясь. Не сожалея.

На губах Альбина все еще ощущала шершавые, твердые губы Ярослава.

Альбина ушла не оглядываясь. Ушла с тем, кому доверила бы даже свою жизнь. Но правду говорят: посеешь ветер - пожнешь бурю. Из маленькой лжи рождается большая беда. И рано или поздно всем придется распутывать свои узлы.