Синяя борода и солнечный зайчик - Полевка

помогала на протяжении учебы и с прослушиваниями. Когда мы с братом получили свои первые ведущие роли, моему счастью не было предела, но потом работа стала обыденностью, и вот тогда захотелось семью. Именно тут и возникла проблема. Без гормонов, выделяемых яичками, не может быть полноценного секса и, как выяснилось, ребенка тоже не могло быть по этой же причине. Недостаток гормонов не позволял зачать ребенка. Я прошел несколько курсов восстановительной гормональной терапии и мне все же удалось забеременеть, но я рано обрадовался. Выносить ребенка я не смог, произошел выкидыш. И так раз за разом я терял своих детей.

А потом у меня появился альфа, мой любимый и единственный. Он полюбил меня таким, каким я был: искалеченным, неполноценным. Он спокойно и терпеливо переносил мои вспышки ревности и истерики. Он примирил меня со мной, усмирил моих демонов и научил доверию. Я бросил сцену, сославшись на проблемы с голосом, и три года я жил счастливо, как в раю.

Но опять появилась Ванесса и потребовала, чтобы я вернулся на сцену. Я отказался. Я был так счастлив тогда! – Коломбина закрыл на мгновенье глаза, – она пригрозила, что виновные будут наказаны. Я только посмеялся в ответ. Но на бизнес моего альфы была устроена облава, все сделки срывались, его бухгалтерия была подвергнута тщательной проверке. Но мы не сдавались! Потом поползли грязные слухи и, вот тогда бизнес моего альфы рухнул в одночасье, а он сам попал в тяжелую аварию. Я сидел в его палате, ожидая, когда он придёт в сознание. В это время в палату зашла Ванесса. Она объяснила, что я и только я в ответе за все, что произошло с ним.

Она потребовала, чтобы я вернулся на сцену, иначе мой любимый не выживет. Она была глуха к моим мольбам. Она требовала и угрожала, и я сдался, подчинился, чтобы сохранить жизнь моему любимому. Я ушел из палаты следом за ней. Уже через месяц я опять выступал на сцене с моим братом. Я тогда умер, от меня осталась только оболочка без души.

Но вчера, - омега с болью поднял глаза на Тео, - появился мой любимый. Прошло столько лет! Он выжил, сумел поднять бизнес из руин и, главное, простил меня за то предательство. И теперь он пришел за мной, прося стать его законным супругом. Я пришел умолять Ванессу разрешить мне этот брак, я не хочу подвергать его опять опасности! Я больше не вынесу, если из-за меня будет страдать самый дорогой для меня человек!

- Вы не должны страдать! – Теодор был возмущен, - вы не вещь и не собственность этой гадюки в сладкой обёрточке! Я обязательно помогу вам, я сейчас же поговорю с Домиником, и он приструнит мать, – Тео сжал руки Коломбины.

- Ты не представляешь, какой страшный человек Ванесса, - тихо произнес Адамо, – для нее человеческая жизнь ничего не стоит. Я для тебя посторонний человек. Подумай вначале, нужен ли тебе такой враг за спиной. Извини, мне надо бежать, скоро конец антракта. Совсем как в пьесе, пора одевать костюм, - с горькой иронией произнес Коломбина.

- Хорошо, встретимся на банкете.

Тео поднялся наверх и встретил Роберта с Эмилем. Эмиль плакал. Увидев Теодора, быстро обнял его.

- Ты тоже выиграл этот конкурс, ты тоже бредил стажировкой в Ла Скала, – он все крепче прижимал брата к себе, – представить страшно, что бы могло случиться, если бы тебя первым нашел не Доминик, а Ванесса на конкурсе? Боги, какой кошмар! Как она могла, как посмела заставить несовершеннолетнего пройти через такое? А куда смотрели их родители?

- Ну что, отвести тебя обратно к Доминику? – улыбнулся Роберт, – ты всегда бросаешься помогать незнакомым людям? Тео, мальчик мой, не стоит так настойчиво предлагать свою помощь, не все поймут тебя правильно.

- Прости, я знаю, - Тео не выглядел виноватым, он рвался в бой, – но Адамо мне не чужой! Первая оперная ария, которую я услышал, была финальная ария Тоски в его исполнении. Это было моим самым ярким детским воспоминанием. Я вырос, слушая его голос, нам в музыкальной школе всегда ставили братьев в пример! Победа на конкурсе и дальше такой успех! Два брата благодаря своему трудолюбию достигли таких высот. Знали бы люди, какова цена этого успеха, что принесено в жертву!

- Но ты ведь никому не расскажешь? – насторожился Эмиль.

- Нет, что ты, как можно! Человек доверил мне свою тайну, я не могу его предать, – Тео покачал головой.

- Ну, то, что он последний из певцов-кастратов, это давно уже не тайна, – Роберт, пропустив омег вперед, пошел следом за ними, – просто об этом не принято говорить вслух. А вот то, что за всем этим стоит Ванесса, я не знал. Я, как и многие в обществе, думал у них романтические отношения, аристократы просто так не оказывают покровительство актерам.

- Теодор, - Роберт придержал Тео за локоть, - я прошу тебя не привлекать внимание к этой истории. Незамужнему омеге из высшего общества не стоит общаться с актерами, пусть даже и тайно. Не надо давать людям темы для пересудов. В лицо ничего не скажут, не посмеют, но в кулуарах будут зубоскалить. Пока для всех ты только воспитанник Доминика, и поэтому встречаться с Коломбиной до приема ты никак не мог. Ты меня понимаешь? Не надо афишировать ваше знакомство, если не ради себя, то хотя бы ради Доминика! Будь аккуратнее, люди все замечают, а за тобой, поверь, присматривают особенно ревностно.

- Хорошо, – Теодор сложил и убрал в карман маску Коломбины, - отведешь меня к Доминику?

* - *

Доминик на каком-то странном гортанном языке разговаривал с молодым и красивым альфой. Лицо у незнакомого альфы было смуглым, с миндалевидным разрезом карих глаз и пухлыми губами в обрамлении небольшой бородки с усами. Подойдя к Доминику, Тео взял его под руку. Незнакомец с любопытством посмотрел на Тео. Когда Доминик представил его как своего воспитанника, в глазах альфы зажегся интерес, но стоило Доминику добавить, что Теодор является его женихом, огонек интереса в глазах альфы быстро погас. Теодор перестал для него существовать и стал невидимкой.

Альфа был эмиром и совладельцем одной из планет из небольшой планетарной системы, расположенной недалеко от Центра. Название этой планеты Тео помнил по урокам космологии и, будучи по природе своей очень любопытным, омега