Чудовищная правда - К. А. Найт

— Значит, мы идеально подходим друг другу. — Я хихикаю, поворачиваясь и еще раз любуясь собой в зеркале. Светлые волны были закручены в два, пусть и небольших, рога, а остальные волосы струятся волнами. Выгляжу я, если можно так выразиться, неплохо и вполне подхожу на роль спутницы монстра.

— Ты выглядишь достаточно хорошо, чтобы съесть тебя, — хмыкает он, и я со смехом отступаю назад.

— Плохой монстр! — ругаю его, убегая.

— Разве ты не знаешь, что нельзя убегать от хищника, Талли? — поддразнивает он, преследуя меня. — Мы всегда ловим свою добычу.

⁓

Когда мы добираемся до места встречи, мне приходится отбиваться от Катона — он постоянно распускает руки, — но вскоре успокаивается, когда мы заходим в лабораторию. Я решила, что это лучшее место для встречи, ведь именно здесь все началось и, надеюсь, закончится. Мое счастье теряется на фоне нервозности, когда я жду их прихода.

То, что я им скажу, изменит все, и мне почти стыдно за то, что я стану виновником этой новости. Я надеялась, что ошибалась, но знаю, что это не так. То, что они сделали… Я качаю головой в отвращении, все еще пытаясь осознать все это.

Времени на раздумья и переживания больше нет, потому что на лестнице появляется усмехающаяся Ария. Брачная жизнь пошла ей на пользу. На ней короткая меховая юбка и топ, а ее огненные волосы заплетены в косу, демонстрируют ее отмеченную спину.

Акуджи идет по пятам, не спуская глаз со своей спутницы жизни, даже когда приветствует нас.

— Талли. — Ария обнимает меня, заставляя вздрогнуть, и тут же отстраняется. — Что случилось? — Она пытается повернуть меня, и я охотно подчиняюсь. — Талия! — кричит она.

Смеясь, я беру Катона за руку.

— Мы тоже спаривались.

Она визжит и снова лезет обниматься, но потом шлепает меня по руке.

— А нас не пригласили!

— Это были только мы, скромно и интимно. — Я пожимаю плечами.

— Поздравляю, брат. — Акуджи с ухмылкой хлопает Катона по спине. — Знал, что ты будешь следующим.

— Как я мог не быть? — Катон подмигивает мне.

— Это новости? — взволнованно спрашивает Ария, и я трезвею, тяжело сглатывая.

— Нет, я нашла кое-что в исследованиях, кое-что… кое-что, во что я с трудом могу поверить, но я думаю, что будет лучше, если я просто объясню без вопросов, хорошо? Я пока не знаю, что это значит и что делать дальше, но это касается всех… Это касается нас, Ария.

Она внимательно смотрит на меня и скрещивает руки.

— Что бы ты ни сказала, мы справимся. Мы доверяем тебе, Талия. Говори.

Акуджи кладет ладонь на плечо своей подруги, и Ария прислоняется к нему. Катон подходит ко мне, предлагая свою силу и мне, в основном повторяя позы остальных.

Облизывая губы, я смотрю на него, и он кивает.

— Итак, мы знаем, что люди создали монстров. Они экспериментировали над ними, чтобы достичь своих целей. В штаб-квартире я узнала не только это, но и то, что с тех пор, как была возведена стена, они пытались создать еще больше, соединяя различные ДНК. Думаю, они сделали это и здесь, а значит, у некоторых монстров могут быть разные черты или сильные стороны, но они также… они также создали программу размножения. — Глаза Арии сужаются, и я киваю. — Они хотят, чтобы люди и монстры спаривались. Им нужно потомство для следующего поколения, и они поняли, что для достижения цели им нужны спаренные пары. Вот почему они отправили нас за стену, надеясь, что так и будет. Вот почему… вот почему… — Катон притягивает меня ближе, и я продолжаю. — Они хотели чтобы меня изнасиловали, но монстр отказался. — Ария фыркает, и я продолжаю. — Оказывается, наши тела меняются, когда мы спариваемся. — Ее глаза вспыхивают, и я понимаю, что она это знает. — Наша кровь, вся наша сущность меняется. Это великолепно и с научной точки зрения невозможно, но это происходит, и именно этого они хотели. Они накачивали трущобы наркотиками. Вот почему так много болезней и смертей. Они отсеивают слабых, но когда я копнула глубже…

— Что? — Ария спрашивает.

— Они меняют нашу ДНК, и это неестественно, но я поняла, что некоторые из наши ДНК изначально не были естественными. Я думаю, они ставят на нас эксперименты. Я думаю, это один большой эксперимент. — Тяжело сглотнув, я встречаюсь с ними взглядом. — И я не думаю, что мы вообще люди.

Эта новость взрывается как бомба, а Ария просто смотрит.

Я смотрю в ответ, не зная, что еще сказать.

Раздается стук ботинок по лестнице, и мы оборачиваемся. Наверху стоит, ухмыляясь, темноволосая фигуристая женщина. Она выглядит знакомой, и тут я понимаю, что это та самая женщина с моей работы, когда я только устроилась на нее — журналистка, как они ее называли. Она заискивающе улыбается нам, в ее глазах светится сила, которая меня пугает. За ее спиной, словно тень со шрамом, вырисовывается Самаэль, который рычит и смотрит на всех нас.

— Она права, и у меня есть доказательства, — говорит женщина.

ЭПИЛОГ

МЕСЯЦ СПУСТЯ…

ТАЛИЯ

Я нервно жду прихода Катона, покусывая губу. В «Убежище» вовсю льются напитки, все празднуют, по максимуму наслаждаясь временем. Им это необходимо, учитывая все происходящее, но я? Я — нет. Жду свою пару, который входит в дверь, хлопая Акуджи по плечу и ухмыляясь. Мгновенно он находит меня взглядом, и его ухмылка расширяется, когда он направляется прямо ко мне.

Ария хихикает рядом со мной.

— Удачи, — шепчет она, выскальзывая из кабинки и бросаясь на свою пару, которая с усмешкой ловит ее в воздухе. Их тигр пробирается сквозь ноги, но я держусь от него подальше — плохие воспоминания и все такое. Однако я могу согласиться с тем, что он присматривает за Арией.

— Талли, — вздыхает Катон, как будто он наконец-то счастлив, что он со мной, когда садиться рядом и крепко целует, а затем улыбается мне. — Как прошел твой девичник?

— Хорошо. Я кое-что узнала, — говорю я.

Он приподнимает брови.

— Ты сказала мне, что не будешь работаешь.

— Я не работала. — Я работаю без остановки с тех пор, как бросила бомбу в лаборатории много недель назад, собирая доказательства и пытаясь выяснить, что именно мы собой представляем. Ария пытается помочь, но в основном раздражала меня, а Катон помогает, когда может, но поскольку люди готовятся к войне у наших стен, они каждую ночь заняты модернизацией города.

Эта война вновь объединила всех монстров, даже Дарклингов Самаэля, хотя одна