Не с тобой. Дилогия - Gesiona

— Мы что зря ехали? И не надо сейчас про мой ущербный музыкальный слух! — закатила глаза Алекс. — Этот факт и так всем давно известен.

Отсутствие у Александры музыкального слуха уже стало притчей в языцех. Она совершенно не была способна не только распознать фальшивые ноты в музыке, но и воспроизвести даже самую примитивную мелодию. К своему недостатку она относилась философски, заявляя, что петь ей это не мешает. А уж слушать или не слушать — личное дело каждого.

— Будет громко! — предупредил Джейден.

Обычно они шлифовали одну-две песни, сегодня же репетиция превратилась в полноценное выступление. Для одного-единственного человека. Джейден честно старался не смотреть в сторону дивана, на котором устроились их гостьи, но взгляд его, как приклеенный, вновь и вновь возвращался к Алисе. Он видел ее точеный профиль, тени от длинных ресниц, падающие на скулы, четко очерченные губы со вздернутыми уголками, высокую шею, не скрытую сегодня копной вьющихся волос. Почему-то ее шея не давала ему покоя. Раньше он и не подозревал, что эта часть женского тела может быть настолько притягательной. Алиса сидела боком к нему, поджав под себя одну ногу и положив руку на спинку дивана. И всякий раз, когда легкий бриз кондиционера шевелил выбившуюся из прически прядь, взгляд Джейдена невольно замирал на линии, ведущей от затылка к позвоночнику. Когда он таращился уж слишком долго, Алиса слегка поворачивала к нему голову и рассеянно улыбалась, и ему ничего не оставалось, как улыбаться тоже — нейтрально и отвлеченно. Однако она вновь вся превращалась в слух, и Джей, как маньяк, впивался взглядом в ее шею. Джейден пел, Алиса слушала.

Как и любой творец, он не был чужд тщеславия. И тот факт, что она так самозабвенно погружалась сейчас в ЕГО музыку, не мог оставлять его равнодушным. Он видел, как в зависимости от композиции слегка подрагивают в улыбке уголки ее губ, или как легкое облачко набегает на ее лицо, заставляя почти неуловимо морщиться гладкий лоб. У нее была очень живая мимика, и Джей радовался, видя, как созвучны его и ее эмоции.

Отыграв последнюю песню, он снял гитару и отставил инструмент, всей спиной ощущая напряженный взгляд сидящего за установкой брата. Все трое его согруппников молчали: Эйб и Брайан, потому что явно не понимали причин такого марафона, Тайлер — так как понимал слишком много, возможно даже больше его самого.

— На сегодня все, — произнес Джй дежурную фразу. — Спасибо, парни.

Тайлер отбросил палочки, вытер мокрое лицо полотенцем и шумно выбрался из-за барабанов. Подойдя к брату, он молча хлопнул того по плечу и обратился к Александре, которая уже давно возилась в ноутбуке, водрузив его на колени:

— Дашь мне пять минут?

— Да хоть десять, — пробормотала та, не отрывая взгляда от экрана. — Джей, все эскизы на рабочем столе. Дашь мне знать, когда определишься, окей?

Она подняла голову, поочередно посмотрела на каждого участника группы и покачала головой:

— Ну вы, ребята, даете! Прямо настоящее шоу. Я, конечно, глухой тетерев, но что-то мне подсказывает, что мы еще о вас услышим. И довольно скоро. Как думаешь, Алька? — повернулась она к подруге.

Та молчала, задумчиво глядя на Джейдена. И он чувствовал, как под ее взглядом у него перехватывает дыхание, словно кто-то невидимой рукой в железной перчатке медленно сдавливает горло, не давая ни единого шанса на вдох. Черт, почему он так реагирует? Почему для него так важно ее мнение?

— Я… я не знаю, Джейден…

— Джей, — хрипло поправил он.

— Джей, — кивнула она, — я ведь не музыкальный критик. Я очень мало смыслю в музыке и могу оценивать лишь на самом примитивном уровне «нравится — не нравится».

— Это как раз то, что нужно.

Она внимательно смотрела ему в глаза.

— Это лучшее, что я слышала за последнее время, — медленно произнесла она. — Ваша музыка — отличный транквилизатор. В ней столько жизни, огня. Столько страсти, — она замолчала на секунду. — Я хочу, чтобы вас услышали. Ведь вам есть, что сказать.

— Спасибо, — прошептал он.

Тягостную тишину нарушил вопль Тайлера, с разбегу нырнувшего под холодный душ:

— Ух, твою ж-ж-ж мать!…Простите, дамы!

И все внезапно пришло в движение. Синхронно зачехлили гитары и торопливо распрощались Эйб и Брайан, захлопнув крышку ноутбука, встала на ноги и потянулась всем своим изгибистым телом Александра, чем-то загрохотал, перекрывая шум воды и беспрестанно чертыхаясь, Тайлер.

— Что ж, мне пора, — поднялась и Алиса. — Спасибо за сегодняшнее приглашение.

— Я отвезу тебя, — утвердительно произнес Джейден.

В этот раз Алиса не стала возражать, лишь оглянулась на Александру. Та указала большим пальцем на дверь душевой и развела руками.

— Еще увидимся! — чмокнула она Алису в щеку, кивнула Джейдену: — Пока, Джей.

Некоторое время они ехали в машине молча. Алиса рассеянно следила за бесконечной вереницей однотипных строений складского типа, которые заполонили эту часть долины, а он следил за дорогой и, украдкой, за Алисой.

— Как долго существует ваша группа? — поинтересовалась она, поворачивая к нему лицо.

— В таком составе — недавно. До этого мы играли с Тайлером вдвоем. Знаешь, такой гаражно-подвальный уровень. Лет семь мы с ним так мыкались.

— Значит музыка была раньше, чем кино?

— В кино я стал сниматься, чтобы заработать. А музыка была всегда. С самого детства. Тай лупил по кастрюлям и сковородкам, а я вокалировал, используя любой, хотя бы отдаленно напоминающий микрофон, предмет. А в семь лет мне подарили первую гитару. Какое это было счастье! — усмехнулся Джейден, вспоминая. — И мы с Тайлером принялись копить на ударную установку. Смешно. Но, наверное, музыка увела нас с улиц. Мы росли в Северном Голливуде, а это не самый благополучный район.

Джейден замолчал, не понимая, с чего так разоткровенничался. Он не слишком любил вспоминать свое нищее детство с бесконечной сменой муниципальных квартир и школ.

— Впечатляющий путь: от Северного Голливуда до Бель-Эйр, — покачала головой Алиса.

— В Бель-Эйр живет Кэм, мой дом в Западном Голливуде.

— Что ж, полагаю, это тоже неплохо.

Их беседу прервал звонок мобильного Алисы. Она завозилась, извлекая его из заднего кармана джинсов.

— Привет! — улыбаясь, проговорила она в трубку. — Ты уже освободился?

Видимо, она услышала что-то