Стеклянная королева - Джена Шоуолтер

груди и обхватила ноги руками. Без тепла тела Саксона прохладный воздух быстро охладил мою влажную кожу, и я задрожала.

— Ты хороший принц, Саксон, и будешь еще лучшим королем. — мне нужно было подумать. Нужно было расшифровать остальную часть сказки… может, я упустила подсказку о том, как положить конец правлению мачехи?

— Да, — наконец сказала я своему птицоиду, и мой голос был решительным. — Давай вернем меня во дворец.

Глава 20

Веселитесь, веселитесь, будьте счастливы, будьте едины. Ведь скоро начнется падение.

Саксон

После того как мы переоделись в чистую сухую одежду, я, свистнув, вызвал из леса драконов. Они присоединились к нам и последовали за нами в воздух. Я держал Эшли в надежных объятиях.

Я никогда не устану держать ее на руках. Она моя судьба.

Я постарался не думать об этом, поскольку последствия были слишком обширны, чтобы исследовать их в данный момент. «Я не готов к этому».

Обычно принцесса расслаблялась, прижимаясь ко мне. На этот раз молчала, погрузившись в свои мысли. Она думала о нашем поцелуе?

Да. Я не мог выбросить из головы ее вкус. Она так отличалась от Леоноры. Ведьма целовала так, будто хотела доставить удовольствие только мне. Эшли целовалась так, словно хотела доставить удовольствие себе, а мое наслаждение было второстепенным, и мне это нравилось. Это означало, что она потерялась и действовала исключительно на инстинктах… давая своему телу то, что ему было нужно.

Я вспомнил ее тихие стоны, сладость губ, правильность запаха, дразнящего и манящего, и застонал.

Наш поцелуй был наполнен чувством собственничества и страсти, не похожим ни на что, что я испытывал раньше. Я чувствовал себя так, словно пил чистую, неразбавленную похоть прямо из крана, и ничто меньшее не могло удовлетворить меня снова. Я был поглощен Эшли, и от этого стал еще счастливее.

Когда она по собственной воле коснулась моих крыльев, я чуть не вспыхнул пламенем, а внутри меня остался только огонь. Мной овладела неистовая потребность, и я бы сгорел от нетерпения. Весь мой мир вдруг стал вращаться вокруг Эшли Чарминг-Анскелиса. Настоящее удовлетворение вспыхнуло, высмеивая все, что я чувствовал раньше.

Когда жар внутри меня усилился, я почувствовал пылинку любви.

«Все еще не готов».

Что же произошло в конце? Что превратило ее глаза в раны, заставив меня жаждать вырвать свое ноющее сердце и предложить его ей?

Мы добрались до конюшни, и я с радостью обнаружил, что Эверли и Офелия создали портал, как я и просил. Обрамленное, большое зеркало, в центре которого пробегала рябь.

Эшли вернется во дворец, как и планировалось, а я мог видеться с Ротом и Эверли по мере необходимости. Драконы могли играть, ничего не боясь. Проблема заключалась в том, что я еще не был готов расстаться со своей принцессой. За три жизни, проведенные в боли и страданиях, она подарила мне покой, и я жаждал большего.

Как я мог отпустить ее хотя бы на мгновение?

Навсегда?

Эшли присела перед драконами и сказала:

— Я должна вернуться во дворец, мои дорогие, но хотела бы, чтобы вы остались в конюшне. Это для вашей же безопасности. В портал нельзя войти, если вам не будет угрожать опасность. Вы поняли?

Пэган поймала муху языком. Пайр лизнула Эшли в щеку.

Она была матерью, о которой я всегда мечтал.

— Я так вас люблю. — со слезами на глазах Эшли поцеловала и обняла обоих драконов, а затем подошла ко мне. Не желая встречаться с моим взглядом, она погладила воротник моей туники. — Спасибо. За все.

Я испытал одну из тех мук, которые могла вызвать только она.

— Ты не должна меня благодарить, Эш. Сегодняшний день был наградой и для меня.

Она открывала и закрывала рот, в глазах светилось беспокойство, а затем решимость.

— Саксон?

Забеспокоившись, я сказал:

— Скажи мне. — что бы ее ни беспокоило, я все исправлю.

— Мне было весело с тобой сегодня. Последний раз такого не было… никогда.

Я расслабился.

— Но мы не можем больше целоваться, — закончила она.

Отрицание взорвалось в моей голове. Подсадить меня, а потом лишить моего любимого наркотика?

— Почему?

— Ты участвуешь в турнире, претендуя на руку принцессы Диор. — Эшли отступила на шаг, потом еще на один. — Это нечестно по отношению к ней, и нечестно по отношению ко мне. Или по отношению к тебе.

Прежде чем я успел ответить… а что я мог сказать, не раскрывая правды о Роте и Эверли?.. она покачала головой, как будто любой ответ был бы спорным.

Встав передо мной, она приподнялась на цыпочки и нежно прижалась губами к моим губам. Она обхватила мои щеки, как делала это во время нашего танца. Я понял, что мне это нравится. Сначала Эшли молчала, как будто запоминала мои ощущения.

— Может быть, в следующей жизни судьба будет добрее, а? — она отпустила меня, грустно улыбнувшись, а затем вошла в портал, исчезнув из виду.

Я долго стоял на месте, снова и снова сжимая кулаки. Наконец-то я понял, почему она прервала наш поцелуй. Из-за сводной сестры. Почтительный жест по отношению к девушке, которая стала ей нравиться. Но не поцеловать Эшли снова? Невозможно. И жениться на Диор? Никогда. Но я не мог рассказать почему участвую в турнире.

Пока я летел обратно к шатру, думал о других препятствиях на нашем пути. Я планировал свергнуть с престола ее отца… и не собирался останавливаться. Чем дольше у него была корона, тем быстрее он разрушал королевство.

Он дважды повышал налоги, обидел Вайолет, королеву Эйрарии и мать Эверли, и чуть не развязал войну с Азулом, родиной его жены, за то, что они предложили свою любимую Диор в качестве военного приза после того, как с помощью их солдат захватили королевство Рота. У эгоистичного Филиппа было слишком много гордости и никакого самоконтроля… опасное сочетание.

Будет ли Эшли презирать меня за то, что я буду наблюдать за гибелью ее отца? Вряд ли кто-то не заметил тоскливого взгляда, который она бросила на него по возвращении.

Меня охватило дурное предчувствие, но я отмахнулся от него, посчитав беспочвенным страхом. Король обращался с ней как с мусором. Он не заслуживал того, чтобы быть частью ее жизни. Я думал, что она уже начала принимать эту правду, как я принял правду об Эшли, моей судьбе, и Леоноре, которая не была ею.

Я больше не мог откладывать мысли о пыли любви.

Я произвел ее. Это произошло. Эшли была моей парой, той,