Прекрасно в теории - Софи Гонзалес

– Как ты думаешь, что будешь делать, если кто-то напишет и скажет, мол, ты ошиблась? Как ты справишься с этим?

Он был прав. Несколько месяцев назад я не могла. Может, даже месяц назад. Но теперь, когда что-то шло не так, это не казалось катастрофой, как раньше.

– Думаю, я справлюсь с этим. Может, я смогу также завести блог и выкладывать посты. Например, общие советы и индивидуальные разборы.

Броэм кивнул, широко раскрыв глаза.

– Мне нравится. И знаешь, работая онлайн, ты также можешь стать богаче. Это может перерасти в нечто большее. Может, Эйнсли подтолкнет тебя, чтобы завести свой канал?

– Возможно. Она иногда просила меня поучаствовать в ее видео.

Чем больше я об этом думала, тем более воодушевленной становилась. Это казалось вполне достижимым. И я ужасно скучала по письмам. По осознанию, что знаю, как кому-то помочь. По удовлетворению, которое получала, когда видела бешеный спрос на мои услуги благодаря сарафанному радио. По чувству цели.

И лишние деньги не повредят.

Мы с Броэмом закончили обедать так быстро, как могли, и поспешили к моему отцу.

– Привет, ребята.

Когда мы ворвались во входную дверь, он сидел за кухонным столом, обедая сэндвичем с индейкой и маринованными огурцами. Ох уж эти дьявольские пищевые привычки.

– Как прошло соревнование, приятель?

– Отлично, – сказал Броэм. – Я оказался на секунду впереди в двухсотметровом заплыве вольным стилем.

– Эй, молодец. – Папа протянул руку, чтобы дать пять, и Броэм поймал на середине.

После того как отец свыкся с мыслью, что я встречаюсь с парнем, а не девушкой – и честно говоря, на минуту это выглядело так, будто он свыкся с разочарованием – мы с Броэмом взяли за правило проводить с ним как можно больше времени по выходным. Я так мало виделась с папой, что, если Броэм собирался наладить контакт с моими близкими, у нас был своего рода компромисс.

К счастью, когда отец узнал о страсти Броэма к плаванию (в тот день Броэм забирал меня, чтобы отвезти на выступление Ориэллы), он рассказал, что в средней школе был в команде пловцов, о чем я даже не знала, а потом эти двое уединились. Иногда мне приходилось отрывать Броэма от разговоров с отцом, чтобы мы могли побыть вдвоем. Но я поняла. У Броэма не было так много возможностей общаться со взрослыми, которые находили бы время послушать о его достижениях, не говоря уже о том, чтобы одобрить… Вряд ли я могла ему в этом отказать.

…Как сейчас, например.

– Я вспоминаю свои школьные годы, – говорил папа моему восхищенному парню, который только что закончил рассказывать о финальной эстафете. – Я знал, что парень рядом со мной, несомненно, мой самый большой конкурент, поэтому проигнорировал всех остальных и шел с ним ноздря в ноздрю всю дистанцию, и потом, когда оставалась пара секунд, бу-ум, я плыл изо всех сил и максимально приблизился к нему. И, конечно же, мы одновременно пришли к финишу, и толпа взревела! – Папа помахал в воздухе недоеденным бутербродом для выразительности. Маринованный огурец выпал на пол.

– Это потрясающе, папа, но можем, пожалуйста, продолжить чуть позже? – спросила я, хватая Броэма за руку, чтобы увести. – Нам нужно кое-что сделать.

– Пока я разрешаю «кое-что» с рейтингом детям до 13.

Броэм посмеялся, когда я обернулась посмотреть на папу.

– Эм, может, не надо, пожалуйста?

– Иди, ты мне мешаешь, – сказал папа с лукавой усмешкой.

Улыбка Броэма дрогнула, и он посмотрел на отца. Думаю, чтобы убедиться, что его беззаботный тон не таил опасности. Я ободряюще сжала его руку, и мы направились в мою спальню.

– Он шутит, – прошептала я, когда мы зашли в комнату.

Броэм подождал, пока я повернулась, чтобы закрыть дверь, а потом, закрыв глаза, опустил руки мне на талию. Я была знакома с этим выражением. У меня сразу же перехватило дыхание.

– Ты был хорош сегодня, – выпалила я, обхватив ладонью его щеку. Он наклонился и поцеловал меня. Я поцеловала его в ответ, и все мысли улетучились из моей головы.

Интересно, как бы мне об этом рассказать? Может, я могу устроить массовую рассылку с электронным адресом шкафчика для всех предыдущих контактов. Таким образом все, кому когда-либо было не все равно, узнают, а остальное сделает сарафанное радио… но было ли это этично?

Я даже не поняла, в какой момент перестала отдавать себе отчет о происходящем, пока Броэм не отстранился.

– С тобой все в порядке?

Я поежилась и смущенно улыбнулась ему.

– Да, в полном. Я просто думала о моем сайте.

Броэм прильнул головой к моей и тяжело вздохнул, смеясь.

– Ты сгораешь от желания начать, да?

Он положил мой ноутбук на кровать, и я устроилась рядом с ним, прислонившись к его плечу, чтобы смотреть, как он работает.

– Что ты сейчас делаешь? – спросила я.

– Просто… регистрирую твое… доменное имя. – Броэм выбрал поиск мигающим курсором. – Есть идеи, как ты хочешь назвать его?

– Шкафчик восемьдесят девять?

Он напечатал www.dearlocker89.com. Имя загорелось зеленым. Свободно.

– Хочешь такое? – спросил он.

– Да, быстрее выбери его, пока кто-нибудь другой не забрал!

– Настоящая гонка на время, – пробормотал он. -

И… это все твое.

– Это все? У меня теперь есть сайт?

– У тебя есть домен, – улыбнулся Броэм. – Создание сайта займет некоторое время. Я напишу Финну и спрошу, какие программы он для своего использовал. Финн сказал, что он крутой.

– У Финна есть сайт?

– Да, – сказал Броэм, уставясь в телефон и набирая сообщение Финну. – Кажется, это что-то Райан Чед Правдоискатель точка ком.

Ну конечно же.

Броэм выключил телефон.

– Готово. Надеюсь, он скоро ответит.

Я легонько провела кончиками пальцев по его лопаткам.

– Думаю, нам не помешает устроить перерыв, пока мы ждем ответа.

Броэму не нужно было повторять дважды. В одну секунду он закрыл ноутбук и развернулся, чтобы снова поцеловать меня. В этот раз я толкнула его назад на кровать, а перед этим поставила ноутбук на пол в безопасное место.

И в эти дни этот вкус, этот запах заставляли меня чувствовать тепло, безопасность и то, что все это будет длиться вечно. Немного поразмыслив, я поняла, что у меня не избегающий тип привязанности. Потому что, несмотря на мои страхи, сомнения и замешательство в начале, теперь всякий раз, когда Броэм смотрел на меня или я смотрела на него, у меня не было чувства, словно меня душат.

У нас появился свой купол. Рядом с Броэмом я чувствовала себя в безопасности. А он рядом со мной.